Семнадцать мгновений любви. Романтические истории внуков Пушкина - Лариса Андреевна Черкашина

для них языке. В семье Николая Васильевича звучала русская речь, он прекрасно владел языком своих предков, но французское грассирование подчас его выдавало, – оно поистине неистребимо…

Уютный и тёплый дом Николая Васильевича называли «Русским домом в Бургундии», – в стенах одноэтажного особняка собраны многие фамильные и исторические реликвии. И гостей в нём бывало немало.

Николай Васильевич открыл для себя необычное увлечение: он пишет стихи. Но стихи не для печати, для себя. И обычно рассказывал: «Хоть и завещал Александр Сергеевич своему сыну, а моему прапрадеду, не баловаться стихотворчеством, я его запрет, каюсь, нарушил. Когда впервые побывал в Петербурге, в доме на Мойке, где умер мой предок, написал стихи. Правда, на французском. Но для Пушкина это ведь был не чужой язык».

В лицее Александра Пушкина прозвали «Французом» – французским языком отрок-поэт владел в совершенстве, уверяя даже, что тот ему «более по перу». На французском написаны и самые ранние его стихи. На языке Мольера и Гюго будут говорить далёкие потомки Пушкина!

Помимо родных детей и внуков у отца Николая имелись и чада духовные, не менее дорогие ему маленькие пациенты одной из московских больниц, – его боль и радость. В Москве ему были искренне рады, и не только потому, что он привозил для больных детей дорогие лекарства из Франции. Отец Николай лучше, чем кто-либо иной, умел найти слова утешения и надежды, исцелявшие подобно лекарствам.

Ещё одна забота Николая Васильевича: возвращать России её же утраченное наследие. Всякий раз, приезжая в Москву, он дарил библиотеке-фонду «Русское Зарубежье» настоящие сокровища – редкие дореволюционные издания книг и журналов, спасённые им архивы одиноких стариков-эмигрантов. Николай Васильевич считал, что, как наследник славного купеческого рода, известного своей благотворительностью, он обязан поддерживать вековые семейные традиции.

От Лопасни до Полтавы

Особо памятным для отца Николая стал один из последних его приездов в Россию. Тогда он впервые посетил подмосковную музей-усадьбу «Лопасня-Зачатьевское», родовое гнездо потомков поэта. Давняя-давняя мечта: помолиться в храме Зачатия Святой Праведной Анны и поклониться его святыням, наконец-то исполнилась, – ведь именно здесь, в далёком 1881‐м, венчались его прабабушка и прадед: Мария Пушкина и Николай Быков. И под старинные церковные своды возносились молитвы о вечной жизни и вечной любви.

Николай Васильевич с дочерью Ольгой и зятем Филиппом Гиено, мэром Семюр-ан-Оксуа (с пушкинским значком на груди). Фотография автора. 2009 г.

…Ну а сама Мария Александровна, прожив долгую жизнь, – скончалась она в сентябре 1939‐го, – упокоилась в Полтаве, под сенью Крестовоздвиженского монастыря. Рядом с мужем Николаем Владимировичем, погибшим в недоброй памяти восемнадцатом и погребённым в монастырском некрополе.

Однажды, оказавшись в тех памятных местах, – тогда в Полтаве, в Васильевке и Диканьке снимался фильм «Полон верой и любовью», – вместе с режиссёром Галиной Самойловой, пыталась разыскать могилы супругов Марии и Владимира Быковых. Увы, не удалось… Зато довелось увидеть на старом кладбище воистину историческую могилу – дочери Кочубея, героини пушкинской «Полтавы».

Что стыд Марии? Что молва?

Что для неё мирские пени,

Когда склоняется в колени

К ней старца гордая глава.

«Сильные характеры и глубокая, трагическая тень, набросанная на все эти ужасы, вот что увлекло меня», – признавался некогда сам поэт о героях своей «Полтавы». Считается, но то всего лишь версия, что Матрёна (не Мария!), мятежная дочь генерального судьи Войска Запорожского Василия Кочубея, она же – крестница и любовница гетмана Мазепы, в конце жизни постригшись монахиней, обрела здесь в Полтаве, на Монастырском кладбище, последний предел своим бурным страстям. Неподалёку от внучки того, кто обессмертил и её греховную любовь, и падение, и муки…

Потомки Пушкина в год столетия со дня смерти поэта. В первом ряду старейшины рода: внуки поэта Григорий Пушкин, Мария Быкова и Анна Пушкина. Москва. Фотография. 1937 г.

Такие вот замысловатые сюжеты дописывает порою сама жизнь.

Александр, хранитель пушкинской «Либереи»

О вы, в моей пустыне

Любимые творцы!

Займите же отныне

Беспечности часы.

Александр Пушкин

Крестины

Появление на свет в октябре 1863‐го маленького Саши явилось великой радостью для полковника Александра Пушкина – наконец-то родился сын!

Но рождение младенца послужило прологом и огромного семейного несчастья: через месяц не стало его милой бабушки – Наталии Пушкиной-Ланской.

Вид Крестовоздвиженского монастыря и Монастырского кладбища, где покоятся супруги Быковы. Полтава. Современная фотография

Казалось, ничто не предвещало трагедии: в мае того года, к великой радости детей и супруга, да и самой Наталии Николаевны, завершилось её двухлетнее путешествие: из Ниццы, поздоровевшая, она вернулась в Петербург. Видимо, именно тогда, по её возвращении, генерал Ланской снял квартиру в красивом доме на Екатерининском канале. И жить там предполагалось долго…

О тех днях вспоминала Александра Ланская, дочь Наталии Николаевны: «По возвращении из-за границы мы провели лето в подмосковной деревне брата Александра, но мать часто нас оставляла, наведывая отца, который по обязанности проживал в Елагинском дворце…»

Подмосковная деревня, куда на лето Наталия Николаевна отправила своих младших дочерей: Александру, Софью и Елизавету, находилась в Бронницком уезде Московской губернии и именовалась Мало-Ивановским. Именно отсюда и совершала она свои поездки в Петербург. Сюда же приходили и её весточки дочерям.

Обычные, ничем не примечательные дни. В сентябре завершилось, наконец-таки, обустройство новой квартиры в доме на набережной Екатерининского канала, вернулись домой и младшие дочери. В октябре до Петербурга долетела радостная весть: в семье её любимца Александра родился сын. Младенца нарекли родовым именем в честь отца и деда.

Внуки поэта: Наталья, Мария, Александр (стоит), Григорий, Ольга, Анна Пушкины. Вильна. Фотография. 1875 г.

Александра Ланская, в замужестве Арапова, сберегла в памяти все подробности той осени, ставшей последней для её матери: «Осень выдалась чудная; помня докторские предписания, мать относилась бережно к своему здоровью, и всё шло благополучно до ноября.<…> Переселившись в Москву, он (А.А. Пушкин), сильно желал, чтобы она приехала крестить внука, и этого сознания было достаточно, чтобы все остальные соображения разлетелись в прах.

Тщетно упрашивал её отец, под гнётом смутного предчувствия, чтобы она ограничилась заочной ролью, – она настояла на своём намерении».

При всей мягкости характера Наталия Николаевна обладала и даром убеждения, и твёрдостью воли. Когда-то, давным-давно, она также, наперекор всем доводам своей строгой маменьки, настояла на свадьбе с Александром Пушкиным…

Итак, в октябре Наталия Николаевна засобиралась в