Великое молчание: наука и философия парадокса Ферми - Милан М. Чиркович

наряду с его исследованиями узких околозвездных зон обитаемости53 — традиционно воспринималась как часть анти-SETI повестки и обычно обсуждалась сообществом SETI исключительно в негативном контексте. Для наших целей неважно, что взгляды Харта были экстремальными в его упорном настаивании на уникальности Земли и человечества; именно реакция ортодоксального сообщества SETI указывает на более глубокий, структурный изъян. Вместо того чтобы конструктивно работать с опубликованными критическими аргументами, многие ортодоксальные круги SETI предпочитают продолжать монологи о достоинствах терпеливого радиопрослушивания и произносить литании по поводу нехватки финансирования для продолжения этого самого терпеливого радиопрослушивания.

По высшей иронии судьбы, даже ортодоксальный радио-SETI на самом деле искал действительно развитые технологические сообщества, хотя этот факт довольно искусно скрывался. Североирландский физик сэр Дэвид Бейтс еще в 1978 году указал — в статье, которую начисто проигнорировали как сторонники, так и противники SETI! — что ставка на всенаправленные радиомаяки в ортодоксальных проектах «прослушивания» SETI не имеет особого смысла по их же собственным правилам.54 А именно: такие маяки должны быть спроектированы со временем ожидания ответа порядка 10^4 лет или более, чтобы иметь разумный выбор других параметров; и Бейтс излишне сдержан, когда утверждает, что подобные временные масштабы были бы неприемлемы для правительств в любой точке Галактики! Даже на чисто техническом уровне создание и поддержание работы системы в течение столь долгого по человеческим меркам промежутка времени — задача не из легких. Весьма спорно, в какой степени создание машины, которая надежно прослужит 10^4 лет, сопоставимо со строительством сферы Дайсона или орбитального кольца. Если же добавить сюда культурный и политический аспекты, то заявления ортодоксального SETI о «поиске существ, подобных нам самим», звучат еще более пусто. Почти излишне говорить, что создание столь долговечных институтов и структур само по себе является макропроектом!

Конечно, существуют различные способы обойти аргумент Бейтса. Если инопланетяне знают о нашем существовании, они могут предпочесть использовать узконаправленный луч, нацеленный на Солнечную систему; это могло бы повысить эффективность, но следует помнить, что это также весьма далеко от «существ, подобных нам», поскольку нас все еще отделяют десятилетия, а возможно, и века от способности обнаруживать присутствие примитивных софонтов на поверхностях далеких экзопланет. А еще мы могли бы надеяться перехватить их внутренние переговоры — что требует куда более смелого полета фантазии и неоправданного оптимизма.

Что еще хуже, время от времени происходят «инциденты», серьезно подрывающие доверие к SETI55 — тогда как в «обычное» время выгода, получаемая от SETI даже без достижения конечного успеха, рекламируется скудно и невнятно. До недавнего возобновления поисков проявлений и артефактов цивилизаций более высокого типа по шкале Кардашёва, как описано в главе 8, единственным заметным примером того, как SETI принес плоды, представляющие более широкий междисциплинарный интерес, была инициатива SETI@home, которая дала толчок важным исследованиям в области распределенных научных вычислений.56 Это слишком мало для полувека деятельности лучших умов нашей планеты — и слишком мало по сравнению с грандиозным видением самих «отцов-основателей». Обсуждая неудачи и беды практического SETI, мы никогда не должны забывать, что это начинание зародилось благодаря мыслителям и провидцам, у которых хватало смелости обсуждать экологию атмосфер планет юпитерианского типа, переносить на чертежные доски проект «Циклоп», размышлять о «Галактическом клубе» всех развитых разумных существ и допускать возможность существования цивилизаций, использующих энергетические ресурсы целых галактик или квазизвездных объектов (КСО).57 Это были титанические провидческие шаги, встретившие в свое время сильное сопротивление; это вполне объяснимо. Что совершенно не объяснимо, так это продолжающееся сопротивление в XXI веке — к счастью, в последние годы несколько ослабевающее.

Нет сомнений, что неудачи SETI до сих пор в основном происходили на философском и методологическом уровнях. Некоторые из пионеров предупреждали об этом уже давно: лучшим примером служит резкий упрек Кардашёва, процитированный в главе 3, впервые прозвучавший в 1985 году и неоднократно повторявшийся им в различных вариантах на страницах его трудов: ключевое утверждение о том, что «внеземные цивилизации до сих пор не найдены, потому что, по сути, их еще и не искали».58 И только совсем, совсем недавно, благодаря прорыву дайсоновского мышления, о котором шла речь в главе 8, этот климат наконец начал меняться, и лед тронулся.

Что необходимо сделать? В самом конце этой книги осталось сделать лишь одно напутствие. Очевидно, что предрассудки прошлого должны быть преодолены. Заблуждения, подпитываемые лишь эмоциональными апелляциями к нашей человеческой исключительности, нелепые предвзятые мнения, распространяемые из-за колючей проволоки академических и дисциплинарных границ, недальновидная чушь, тиражируемая СМИ, — весь этот шум, забивающий каналы связи, должен быть вычищен и убран. Предстоит проделать колоссальный объем работы, но есть и нечто большее: ощущение азарта, драматизма, безошибочно узнаваемый дух приключений, что в наши дни редко встретишь в какой-либо сфере человеческой деятельности. Даже в науке ощущается явная нехватка истинного энтузиазма и чистой, бескорыстной радости открытия ради самого открытия и ради всеобщего знания, а не ради баллов за рецензируемые публикации, защищенных авторским правом патентов или снисходительного похлопывания по плечу со стороны политиков, промышленников или медиамагнатов. Культура «инфотейнмента» эффективно подавляет прилежание, упорный труд и критическое мышление — и она не обошла стороной астробиологию и науку SETI. В то время как сагановское послание о «бледно-голубой точке» актуально и важно как никогда с тех пор, как всего лишь 200 000 лет назад эволюционировал Homo sapiens, поскольку мы сталкиваемся с величайшими рисками и высочайшей неопределенностью, кажется, мы все сильнее увязаем в другом его послании: о необходимости быть «свечой во тьме».59 Нам следует перестать сокрушаться о якобы наступившем конце космической эры — и активно включиться в возрождение и обновление космических программ и космического мышления на глобальном уровне. Даже когда это будет достигнуто, это не станет началом конца — но вполне может оказаться концом начала величайшего из всех путешествий, самого дерзкого приключения из всех приключений.

Отказа от прошлых предрассудков недостаточно. Необходим позитивный импульс, пробуждение, новый дух открытости по отношению к оригинальным, умозрительным, даже безумным прорывам как в теоретической, так и в эмпирической сферах. В конце концов, именно это олицетворяла наука в свои самые блистательные моменты: мужество, убежденность и дух великих приключений. Эти качества могут, в конечном счете, выдержать испытание космическим временем, отразить последний вызов коперниканству и, в конечном итоге, прервать Великое молчание.

ПРИМЕЧАНИЯ

ВВОДНОЕ ПРИМЕЧАНИЕ

1. Последующие, более точные исследования дают еще более существенные временные различия, что будет обсуждаться во 2-й главе.

2. Своеобразную подборку источников см. в: Gindilis et al. (1969); Beck (1972);