Преподаватель - Юлия Хокка

моя фигура не безупречна. Я работаю над собой, но нужно больше времени, а если… если что-то произойдет раньше, я боюсь, что могу тебе не понравиться, – с трудом, но призналась я.

Это было очень сложно – признаться в своих комплексах мужчине, который так тебе нравится и которого ты боишься потерять, да еще и в начале отношений.

Сначала я не хотела акцентировать его внимание на своих недостатках, думала, это неправильно, но при этом я всегда была убеждена, что все переживания и сложные вопросы необходимо обсуждать. В конце концов, если уж строить отношения, то на откровенности и доверии, и никак иначе.

И мне было очень важно услышать, что Олег скажет.

– Господи, малыш… Ты мне нравишься такой, какая ты есть. С тобой все хорошо. Мне нравишься ты, нравится твоя фигура. Нравится в одежде, понравится и без нее, не волнуйся, прошу тебя. Когда человек тебе действительно дорог, когда он важен, то тебя совершенно не волнуют его мнимые или реальные недостатки, понимаешь? К тому же ты прекрасна.

– Спасибо…

– Ты правда волновалась из-за этого? Из-за того, что я подумаю, когда ты разденешься?

Я кивнула. Шефер вздохнул и притянул меня в свои объятия.

– Глупышка. Ты красивая. И я без ума от тебя. Не знаю, кто поселил в твоей светлой и очаровательной голове эти глупости, но я тебе говорю, ты прекрасна. Слышишь?

– Угу.

– И я очень тебя хочу. Не давлю, ни в коем случае, но просто знай это. Я тебя хочу.

Я улыбнулась. Это прозвучало совсем не пошло.

– Я знаю. Олег?

– М?

– А размер груди важен?

– Нет.

– Хорошо.

Мы поговорили на тему внешности еще немного, поцеловались, затем перешли на обсуждение других вещей, потом снова поцеловались. И еще раз. А потом еще. А потом время внезапно закончилось, и Олегу уже пора было ехать.

Он надел подаренный мною свитер. Это очень приятно. Сказал, что ему безумно нравится. А еще я видела, что он сунул в чемодан и новую книгу.

Пока любимый заканчивал со сбором вещей, я подошла к полке и взглянула на портрет, нарисованный мной. Это вызвало странные чувства, а потом каким-то образом зацепило что-то в голове, заставив вдруг вспомнить.

– Олег, а когда у тебя день рождения?

– Двадцать пятого декабря, а что? – отозвался он, застегивая чемодан.

В первую секунду не осознала, а потом до меня дошло, и я повернулась к Шеферу.

– Он был четыре дня назад? Почему ты мне не сказал?..

Выпрямившись, Олег поправил волосы и задумчиво почесал голову.

– Слушай, не знаю… Я его не отмечал никак и уже давно не отмечаю. Как-то не придал этому значения даже.

– Я тебя не поздравила! Ни на словах, ни подарком!

Я искренне из-за этого расстроилась. Как же так? Это же день рождения! Это очень важный праздник. Подскочив к нему, я крепко его обняла и прошептала:

– С прошедшим днем рождения тогда. Желаю тебе быть счастливым. И ты самый лучший!

Олег коротко посмеялся и, обнимая в ответ, погладил меня по спине.

– Спасибо, Олененок, спасибо. А у тебя когда?

– Пятнадцатого июля. Это тебе тридцать лет исполнилось?

– Да. А тебе же двадцать сейчас?

– Да.

Время неумолимо приближалось к моменту расставания. Прощаться оказалось как-то уж слишком тяжело – мое такси подъехало, а мы все стояли и обнимались в коридоре. Ужасно не хотелось уезжать.

Увы, но объятия пришлось разорвать.

Олег проводил меня до машины:

– С наступающим, малыш.

– И тебя с наступающим. Счастливого пути и хорошей поездки. Напиши, как доберешься, пожалуйста.

– Обязательно. А ты напиши из дома.

– Хорошо. Пока, Олег.

– Пока, Олененок.

Поцеловавшись на прощание, я залезла в салон, Шефер подал мне мои подарки и захлопнул дверь машины. Поздоровавшись с водителем и пристегнувшись, я посмотрела в окно, провожая своего мужчину взглядом.

В салоне негромко играло радио. Мимо проносился засыпающий город. Обнимая игрушечного медвежонка, я смотрела в никуда, представляя, как любимый сейчас проверяет паспорт и билеты, как выключает свет, берет чемодан и выходит из квартиры. Как садится в машину. Едет в аэропорт. Тяжело вздохнув, я уткнулась лицом в игрушку.

Черт, я хотела побрызгать мишку парфюмом Шефера, но совсем забыла. Теперь жалела.

Настолько сильные грусть и тоска были неадекватны для не такой уж и долгой разлуки. Может, дело было в приближении Нового года – очень хотелось отметить его именно с Олегом. И казалось, что это очень важно – отмечать такой праздник с любимым. А может, причина была в чем-то еще.

Глава 44

Утром тридцать первого декабря мы ненадолго встретились с Машей: обменялись подарками и прогулялись, после чего я вернулась домой – обещала помочь бабушке с уборкой и готовкой. Новый год мы планировали встречать только вдвоем, но все равно решили приготовить что-нибудь вкусненькое. Сложно сказать, радовало меня или расстраивало то, что мама сегодня не придет. В реалиях настоящей жизни – скорее радовало, особенно после последних событий. Но в глубине души, где еще жил образ любящей и непьющей мамы из детства, – расстраивало.

Новый год – семейный праздник, а моя маленькая, поломанная семья так и не смогла соединиться даже на денек.

Был вариант поехать к тете Инге, она прислала мне сообщение с приглашением, но оставлять бабушку в одиночестве не хотелось. Каким бы грубым, резким и сложным человеком она ни была, все же бабушка меня по-своему любила, как и я ее. Яна тоже звала на тусовку, но и от этого приглашения я отказалась. Пока бабушка принимала душ, я сидела на диване перед телевизором и ждала своей очереди пойти в ванную. Показывали советские фильмы – и это еще одна причина, чтобы любить Новый год. Конечно, в век смартфонов и интернета любой мог посмотреть какое угодно кино и когда заблагорассудится, но именно тридцать первого декабря, именно по телевизору у этих старых фильмов была особая атмосфера.

Открыв в телефоне фотографию Олега, я стала разглядывать его идеальное лицо, черты которого уже знала наизусть. Мне ужасно его не хватало.

Стало интересно, а как любимый относится к советским фильмам, идущим в канун праздника? Какие из них – его любимые? Но писать ему я не стала – не хотела отвлекать.

Вечером мы сели за стол. Бабушка все же согласилась посмотреть то, что хотела я – до этого она говорила, что ее уже тошнит от одного и того же каждый год. Жаль, что большой красивой наряженной елки у нас не было. Бабушка заявила, что детей в доме нет