ФСБ. Бывших не бывает? - Валерий Владимирович Пирогов

с первых лет советской власти вплоть до окончания Великой Отечественной войны искренне и беззаветно боролись за утверждение в мире коммунистической идеи и защищали Родину и коммунизм всеми доступными средствами (в разведке в тылу врага и с оружием в руках на фронте). Это бесспорно – большинство выдающихся разведчиков этих лет были евреями, и число Героев Советского Союза среди фронтовиков и Героев Соцтруда среди ученых говорит об этом.

Этот факт лишь красноречиво свидетельствует о том, что советские евреи были патриотами своей страны – СССР, как, очевидно, были патриотами или действовали прагматично или от безысходности 150 тысяч евреев, воевавших в гитлеровской армии против СССР. Геринг послал их на фронт вместо концлагерей, заявив, что он сам решает, кого считать евреем, а кого нет. Из 150 тысяч евреев, попавших на фронт, 10 тысяч оказались в плену. Скорее всего они тоже быстро сообразили, где теперь их родина…

Однако после создания государства Израиль по инициативе так нелюбимого ими сегодня Сталина евреи в разведке вскоре перевелись или переметнулись на сторону Запада, а журналисты стали коварно и злобно подтачивать идеологические устои советской власти, критикуя и очерняя историю, культуру, общественный строй и положение в СССР. То же продолжается и после 1991 года в России.

Причина такого поведения евреев, проживающих в России и выехавших на Запад, очевидна. Пока не было государства Израиль, они считали своей родиной СССР, который они создавали на руинах Российской империи для себя, в руководстве которого они всегда присутствовали, культуру и идеологию которого они талантливо и безапелляционно оккупировали. В годы ВОВ они воевали не столько за Родину, сколько, ощущая физическую угрозу, за само существование еврейской цивилизации.

Но как только Земля обетованная – Израиль стала для них политической и экзистенциальной реальностью и путеводной тропой («Натив»), выбор большинства советских евреев был предрешен. Они не просто выезжали из СССР, многие из них одновременно становились противниками взрастившего их Отечества.

Генри, в юности впитавший коммунистические идеи и активно работавший как агент Коминтерна, в годы Второй мировой войны в Лондоне продолжал средствами пропаганды отстаивать интересы СССР, противостоящего фашизму, но, вернувшись в Москву, где после «дела врачей» начались репрессии против приверженцев сионизма, вскоре был арестован.

Пробыв год под следствием, он, с одной стороны, стал ярым антисталинистом и реально возглавил диссидентское движение, но, с другой стороны, был взят на заметку Пятым управлением КГБ, которое «скорректировало его курс». Генри был умен и талантлив и умело «вписался» в процесс информирования и просвещения граждан страны в нейтральном политическом ключе.

Теперь можно только догадываться, какие еще силы боролись не столько на стороне сохранения СССР, но за то, что они хотели увидеть в ходе его реформирования или развала. АнтиКОКОМ с вице-премьером Маслюковым, заместителем начальника ГРУ Гусевым и примкнувшими к ним (или используемыми ими) Генри и Суриковым, – это была только одна из составляющих этих сил. КГБ и другие советские спецслужбы в те годы действительно были всемогущи и многолики.

У ФСБ новые старые проблемы – предатели и дураки

Помощник директора ФСБ Иванов накануне получил справку о мобилизационных ресурсах России, а сейчас не раз внимательно просматривал её. То, о чем стоило задуматься, лежало на поверхности:

«Мужчины в России составляют менее половины населения. Контингент призывного возраста недостаточен для восполнения потребностей Вооруженных сил, наполовину он не соответствует по состоянию здоровья и оставляет желать лучшего по уровню образования.

Ресурс Вооруженных сил распылен по многочисленным военным ведомствам, государственным и частным охранным структурам, зачастую используется нерационально, и в силу своей бесконтрольности и маргинальности представляет питательную среду для организованной преступности. Итого из 35 миллионов взрослых мужчин, потенциально пригодных к военной службе, от 4,5 до 5 млн человек постоянно находятся в военизированных структурах и непосредственно не участвуют в производственной деятельности, создающей ВВП.

В МВД – 1,3 млн человек, в том числе в ВВ – 170 тысяч, в спецназе и ОМОН – более 25 тыс. Непосредственно в Вооруженных силах – 1 млн человек: СВ – 300 тыс., ВВС – 183 тыс., ВМФ – 161 тыс., РВСН – 120 тыс., ВКО – 100 тыс., ВДВ – 35 тыс. В МЧС – 370 тысяч, в том числе в противопожарной охране – 280 тыс., и в гражданской обороне 19, 5 тыс.

Во ФСИН – 365 тыс. человек, в ФСБ – 160 тыс., в том числе пограничная служба 100 тыс., в СВР – до 20 тыс., в ФСО – 10 тыс., в прокуратуре – до 85 тыс., в ФТС – 68 тыс., в ФМС – 35 тыс., в ФССП – 23 тыс., судей – 30 тысяч, в том числе федеральные судьи и судьи общей юрисдикции – 23 тыс. и мировые судьи 7 тыс., в Следственном комитете – до 20 тысяч.

В различных охранных структурах – 1,5 млн человек, в том числе в охранных структурах госкомпаний – до 170 тыс., в ЧОПах – до 750 тысяч, в ВОХР РЖД – 80 тысяч и в других (службы безопасности, телохранители, частные детективы инкассаторы, охранники, сторожа…) до 500 тысяч».

«Где-то среди них затерялись бывшие профессионалы из КГБ/ФСБ, СВР, ГРУ? – подумал помощник. – Впрочем, почему бывшие, ведь бывших чекистов и разведчиков не бывает по определению! – И тут же поправил себя: – Тогда где же вы, «небывшие»?»

Вскоре Иванов привел своих знакомых Маркелова и Дмитриева в Академию наук, чтобы познакомить их с тем, чем дышит научный мир. Там выступали известные историки, философы и политологи.

– Кто-то должен серьезно разобраться с многочисленными хитросплетениями политических и религиозных, экзистенциальных и мистических метаморфоз современного миропорядка, – голос академика Блинова звучал с пафосными нотками, отчего отчасти скрадывалась острота содержания его речи.

– Мы, дорогой Михаил Николаевич, тоже вносим свой немалый вклад в это дело, – уточнил руководитель группы генерал Виктор Федорович Павлов, бывший директор НИИ ФСБ, прикомандированный в академию для анализа проблем национальной безопасности и выработки предложений.

Когда создавалась эта группа, долгое время состоявшая всего из трех человек, предполагалось, что достаточно будет держать руку на пульсе деятельности академии, выявлять в её работе наиболее перспективные и значимые для безопасности государства проблемы и «отслеживать», выражаясь чекистским языком, как они претворяются в жизнь. При необходимости акцентировать на отдельных вопросах внимание государства, правоохранительных и силовых ведомств для оказания поддержки, обеспечения режима секретности и приоритета в ведущих отраслях науки, экономики и обороноспособности государства.

Тогда никто не предполагал, сколько направлений деятельности Академии наук отвечает этим задачам. Создавая группу, даже не удосужились заглянуть в перспективный план работы академии. Когда через полгода чекисты увидели количество и существо проблем, представляющих первоочередной интерес для судьбы государства, то поняли, что не зря пришли сюда. Еще год ушел на выработку концепции деятельности группы и методики взаимодействия с аппаратом академии и другими государственными структурами. В первую очередь с Советом безопасности, с ФСБ и Минобороны, с ФСТЭК…

Когда Павлов доложил руководству ФСБ концепцию работы группы и предложения по её увеличению, руководство отреагировало ожидаемо