Мифы Сахалина. От Хозяина неба Эндури и «каменной женщины» до обряда кормления воды и рая Бунни Боа - Елена Иконникова

или обработанных в ХХ веке, точно обозначается место основных событий. Так, сказка «Тюлень и камбала» (в обработке В. М. Санги) начинается следующими словами: «На севере Ых-мифа есть залив, отделенный от Пилакеркка — Охотского моря — песчаной косой». Топонимическое указание есть и в сказке «Как чайки-крачки стали жить вместе» (в обработке В. М. Санги), в которой упоминается о том, как герои «проезжали мимо острова Тьатьрур — острова Крачек[39]».

В настунде «Нивхи и небесный человек» (в записи Б. О. Пилсудского) одно из мест, в котором находился «горный хозяин», называется речкой Ых-мифа. Представлено в этом тексте и словосочетание «человек Ых-мифа», а в одном случае — с эпитетом «молодой». Одновременно с этим в настунде упоминается и слово «китайский» применительно к отрезу шелка.

«Кормление воды» и земля Ыхмиф

Сбор морской капусты и иных даров моря, промысел разных сортов рыбы (кеты, горбуши, тюленя, камбалы, наваги и др.) и морских зверей у нивхов был основой хозяйственной деятельности, а получаемые в результате промысла продукты (сырые, мороженые, вяленые, сушеные или вареные) становились важным средством жизнедеятельности этого народа. Именно поэтому нивхи обязательно использовали разные ритуалы «кормления воды» для последующего благополучия своих родов, живущих в непосредственной близости от моря и рек.

Слово «кета» (с литературным ударением на первый слог) обозначает ценную промысловую рыбу. Название этого тихоокеанского лосося на Сахалине и Курильских островах обычно произносится с ударением на последний слог. В сказке «Кыкык» в обработке В. М. Санги упоминается, что мачеха ела «белую мягкую юколу», а голодной падчерице бросила «хвостик вяленой кеты».

Нивхи представляли вселенную как пространство, состоящее из «трех плоскостей». Согласно мифам мир делился на три уровня: верхний (небо), средний (земля) и нижний (подземный мир). К первому и последнему мирам относились добрые и злые духи, а также духи-предки. Человек был частью среднего мира, в котором еще обитали хозяева природы, расположенность к людям или их неприятие людей сказывались на жизнедеятельности нивхов.

В сказке «Жена-нерпа» (из архива Г. А. Отаиной) герой прямо называет себя «средней земли» человеком.

В каждом нивхском роду имелись свои мифы о появлении первого человека. По преданию рода Кевонгов, нивх родился от капли смолы лиственницы. Сказители других родов утверждали, что их предки появились от брака человека и рыбы, от тигра или медведя.

Самыми главными из существ, которые вместе с человеком делят средний мир, считались хозяева гор (леса, тайги) и моря, а также хозяйка огня. Воплощением гор являлся медведь, а моря — косатка.

Косатка и касатка — абсолютно разные слова: первое означает млекопитающее из семейства дельфиновых, второе — маленькую перелетную птицу (или деревенскую ласточку, ласточку-касатку), от названия которой образованы несколько бытующих в России фамилий, например Касаткин или Касатский. Косатки как морские животные почитались нивхами, воспринимались ими как хозяева моря, подобные медведю — хозяину тайги. В работах дореволюционных исследователей слово «косатка» применительно к морским животным могло писаться и через гласную «а» в корне.

Живя на земле, нивхи придавали важное значение морю, поэтому Ч. М. Таксами писал следующее: «Большие “кормления воды”, ставшие у нивхов значительными праздниками, устраивали дважды в году: весной во время освобождения реки ото льда и глубокой осенью, сразу после становления льда. Только после “кормления воды” нивхи приступали к промыслам рыбы и морского зверя. До совершения обряда “кормления” нельзя было ловить рыбу или спускать лодку в воду, так как верили, что “хозяин воды” может не послать рыбы, и тогда нивхам грозит голодная смерть».

Нивхский скребок для очистки рыбы, XIX в.

Musée du quai Branly / Wikimedia Commons

К числу других видов деятельности нивхов относились охота на пушных зверей, собирательство ягод (брусники, голубики, клюквы и др.), трав (стеблей черемши, клубней сараны[40] и др.), водорослей (морская капуста и др.) и всего того, из чего можно было готовить еду и что могло использоваться в питании.

Собака у нивхов была домашним животным, имеющим разное назначение: для транспортных нужд, для изготовления меховых изделий, для обмена и др. По количеству собак определялась материальная стабильность нивхских семей.

Л. Я. Штернберг и Е. А. Крейнович, занимаясь изучением нивхской мифологии, отмечали, что в основе верований нивхов — оживление, одухотворение и персонификация природных стихий и явлений, которые в большинстве случаев выступали под именем богов-«хозяев». На верхней ступени пантеона нивхов находились хозяева лесных массивов сопок и равнинных частей, а также воды. Модель мира основывается на наделении свойством жизни вселенной, солнца, луны и др. У каждого пространства есть свои человекоподобные боги: «хозяин» леса (тайги, горы) и «хозяин» моря. С этими мифологическими представлениями связано и использование в традиционном нивхском жилище двух очагов: одного — обращенного к воде (в сторону реки), другого — к лесу (к горе).

От географии к мифу

Вселенная — это форма божественного существа, «голова» которого (мыс Марии[41]) и «подбородок» («Пытыкры») упираются в Охотское море, а «ноги» — два полуострова, упирающиеся в пролив Лаперуза[42].

В поэтическом переложении В. М. Санги «нивхов земля совершила крутой поворот» (то есть подверглась землетрясению):

Все на Ыхмифе тогда поменялось местами: Там, где спина была, — там оказался живот. В спину Ыхмифа Охотское море большое Бьется теперь — а по-нивхски оно Пилакерк. А с живота в побережье стучится волною Малое море — зовется оно Матькукерк…[43]

Природные реалии — горы, океан, утесы, деревья, животные — это средство сокрытия богов от людей. В нивхской мифологии выделяются и другие «хозяева» природы и ее стихий: огня, ветра, зайцев и др.

Хозяин тайги живет на самой высокой горе; с ним целые селения его сородичей.