Лавочник с молнией в кармане. Том 2 - Борис Владимирович Романовский

Я мягко взял её ладонь и убрал от лица. Сердце колотилось как бешеное — ведь прямо за стеной сидела неуравновешенная Искра, и одному богу известно, как она отреагирует на эту сцену.

Хм, мне кажется, или температура в зале поднялась?..

Глава 4

Наследник возвращается домой

— О чём ты, Габриэла? — я шагнул назад, увеличивая между нами дистанцию.

— Это ведь Энтони с тобой такое сделал, да? — зло спросила Габриэла. На её глазах выступили слёзы. — Знай: ему это просто так с рук не сойдёт! Я тебе обещаю.

— О чём ты? — повторил я, нахмурившись. — Энтони даже не приехал.

— Что? — Габриэла захлопала глазами. — Как это не приехал?

— Да вот так, — пожал я плечами. — И правильно сделал, между прочим. Видела же, что на улице творилось? Гром, молнии, ливень. Я бы на его месте тоже сюда не сунулся.

— Но… — она оглядела моё лицо. — Откуда тогда синяк?

— Попытка ограбления, — я поморщился и коснулся скулы. — Уроды уже не в первый раз пытаются меня обчистить. Но каждый раз я даю им отпор. Не переживай, уж за себя постоять я точно могу, — усмехнулся я.

— Грабители… — Габриэла выглядела растерянной.

— Да-да, — покивал я. — Кстати, работу свою я закончил.

Сунув руку во внутренний карман, я вытащил тканевый мешочек и протянул его Габриэле.

— Тут твой кулон.

— Кулон… — прошептала она.

Раскрыв мешочек, девушка вытащила кулон и залюбовалась им.

— Прекрасная работа. Как и всегда, — выдохнула она.

Тут Габриэла окинула взглядом мою лавку, а затем снова остановилась на моём лице. В её глазах я видел сомнение.

— Энтони не приходил, — надавил я. — Его не было в моей лавке.

— Хорошо, — кивнула она и сделала шаг навстречу.

— Постой, Габриэла, — я сам шагнул к ней и взял за плечи. Глядя ей в глаза, я тихо произнёс: — Сейчас раннее утро, и твоё пребывание у меня может вызвать лишние подозрения. Ты это понимаешь?

— Да… — рассеянно кивнула она.

— Возвращайся домой, — я погладил её по плечу. — Позже мы с тобой обязательно встретимся, — я улыбнулся и, чуть подумав, добавил: — Но не в ближайшее время. Сегодня я еду в столицу. У деда юбилей, мне надо на нём присутствовать. Дня три меня точно не будет.

— Юбилей деда, — повторила за мной всё ещё растерянная Габриэла. — Хорошей поездки тебе, Артур.

— Спасибо.

Габриэла надела кулон, затем достала из кармашка мешочек, отсчитала десять талеров и вложила мне в руку.

— Это за кулон, — сказала она. — Артур… Вы…

— Госпожа баронесса, — вздохнул я. — Езжайте домой.

Мне с трудом удалось её проводить. И как только экипаж Габриэлы тронулся с места, позади меня медленно открылась дверь каморки. Я обернулся и увидел Искру. Она смотрела на меня чуть насмешливо, прищурив глаза.

— Какие у тебя, оказывается, близкие отношения с невестой Энтони Сина, которого ты убил.

— Это не то, о чём вы подумали, — я прочистил горло. — Мы виделись всего несколько раз. Просто Габриэла очень впечатлительная девушка. Она искренне испугалась, что её психованный ухажёр меня прикончит. Вот и примчалась ни свет ни заря.

— Почему-то меня ты не спешил предупредить, что уезжаешь в столицу, — Искра, продолжая ухмыляться, подошла ко мне.

— Ну, как-то не выдалось возможности, — пожал я плечами. — Кстати, не подскажите, что это такое?

Я вытащил из внутреннего кармана склянку, из которой пытался выпить Энтони.

Искра приняла склянку, открыла её и понюхала.

— Даю две Короны, — она внимательно посмотрела на меня. — Плачу сейчас.

— Не продаю, — покачал я головой. — Но буду очень благодарен, если скажете, что это такое.

Раз Искра сразу захотела выкупить склянку, значит, в ней и правда ценное лекарство.

Некоторое время девушка смотрела на меня, явно решая, стоит ли начинать конфликт из-за лекарства.

— Это исцеляющий нектар, — неохотно сказала она, вернув мне склянку. — Продукт одного известного Мистика-фармацевта. Останавливает кровь, даёт бодрости на полчаса-час. Самое то при несмертельном ранении.

— Спасибо, — довольно кивнул я, пряча склянку во внутренний карман.

Искра хмыкнула и вышла, бросив напоследок:

— Сейчас зайдёт мой человек. Он разберётся с кучером.

— Что значит «разберётся»? — бросил я в спину Искры.

Она не ответила.

Я остался в лавке один. Сильно хотелось спать, но нельзя — на улице уже утро, скоро надо идти на вокзал. Я поплёлся в каморку, налил воды, выпил и уселся за рабочий стол. Сам не заметил, как задремал.

Тут дверь снова открылась, и вошёл маленький азиат. Он подошёл ко мне и с явным акцентом спросил:

— Гиде он?

Вздохнув, я поднялся и открыл дверь в подвал. Азиат спустился в подвал и склонился над головой бессознательного кучера. И тут я увидел, как из его пальцев медленно вытягиваются голубоватые нити — они вплетались прямо в голову кучера. Тот несколько раз дёрнулся, затем медленно открыл глаза и сел. Двигался он словно зомби. Кучер поднялся, качнувшись пару раз, и застыл.

Азиат снял свой плащ, накинул его на плечи кучера, низко надвинул ему на голову капюшон и неспешно пошёл к лестнице. Кучер послушно поплёлся за ним. Я смотрел на всё это широко открытыми глазами.

— Что это? — спросил я, наконец опомнившись.

Азиат не ответил. Он просто прошёл через весь торговый зал, открыл дверь и вышел, а кучер покорно следовал за ним.

— Офигеть, — прокомментировала висящая рядом Шарлотта. — Это получается… он взял его под контроль? Как куклу?

— Похоже на то, — я почесал голову. — И вправду хорошая аналогия. Марионеточник какой-то.

— Мистики страшные, — с опаской сказала Шарлотта. — Я тут подумала… Искра ведь говорила, что существуют Мистики, умеющие видеть духов. Значит, рано или поздно меня могут заметить.

— И правда, — я взглянул на неё. — Но надеюсь, мы на такого не натолкнёмся.

— Для этого нам придётся всё время сидеть в лавке, — хихикнула Шарлотта. — Если будем сидеть тут вечно, то никто меня и не увидит.

Я покачал головой и вернулся к рабочему столу. Снова выпил воды. Сильно хотелось спать, но нельзя.