Сказки народов СССР. Том 2 - Автор Неизвестен -- Народные сказки

— Хвастун, лгун! — сказал начальник стражи. — Невозможно убить нашего хозяина! А к своему отцу ты пройдешь, если сможешь одолеть нас. Попробуй-ка!

— Хорошо! — сказал Мэргэн и прыгнул в воду.

Плыл он быстрее морской рыбы. Волны горами отходили от него. Подплыл Мэргэн к лодке начальника стражи, схватил ее и приподнял над водой. Стражники испугались, побросали свои копья и луки, закричали. На нос лодки бросились, в воду упали. Плыть не могли: тяжелые кольчуги потянули их на дно.

После этого Мэргэн подплыл к другим лодкам. Стражники видели, как утонула лодка их начальника, и не стали биться: побросали луки и стрелы, сами в страхе к берегу стали грести.

Мэргэн доплыл до последней лодки и влез в нее. Стражники на колени упали, стали пощады просить. Тогда Мэргэн велел везти себя к тому месту, где был закован его отец. Привезли его.

Тут Мэргэн вытащил из-за пазухи чудесный топорик Хозяина тайги и нырнул в воду. Вокруг разные рыбы плавали, звон цепей раздавался.

Подплыл Мэргэн и увидел жилье, в котором сидел старик, прикованный к большому камню. Это его отец был. Перерубил Мэргэн топориком цепь, взял на руки отца и вынырнул к лодке. Посадил его в лодку, к берегу поплыл.

На берегу уже собрались пленники Хозяина тайги. Среди них была и мать Мэргэна, и девушка — невеста Мэргэна, и ее мать. Все храброго Мэргэна встречали. Радовались, смеялись. На радостях большой пир устроили.

Три дня пировали. На четвертый день собрались все, отправились в родное стойбище. Благополучно пришли.

Близко ли было, далеко ли было — сказке конец.

Отважный сын

Давно это было. Очень давно. С тех пор много времени прошло. Там, где реки текли, теперь высокие горы стоят. Там, где горы стояли, теперь широкие реки текут.

Жила тогда в одном стойбище женщина Вайда с маленьким сыном, Анга его звали. Отца у мальчика не было — тигр убил.

Однажды заболела Вайда. Совсем ей плохо: лежит в своей юрте, встать не может. Пришли соседки, сказали:

— Это злые черти — бусеу — напустили на нее болезнь и мучают ее! Надо выгнать бусеу!

Созвали они в юрту больной много людей, погасили свет и стали пугать и выгонять бусеу: били в железные котлы, стучали трещотками, громко кричали: «Гаа-гаа! Гаа-гаа!» Только помочь больной не могли. Тогда позвали шамана. Пришел шаман в хое — рогатой шапке, подогрел на углях свой бубен, чтобы он звучнее был, и стал изо всей мочи бить в него колотушкой. Бьет, а сам кружится по юрте, прыгает из стороны в сторону, выкрикивает заклинания, железные побрякушки у него на поясе звенят, лязгают.

Долго шаман бил в свой бубен, долго кружился, а помочь больной тоже не мог.

— Выздоровела бы она, — сказала одна старуха, — если бы кто достал для нее чешуйку змеи Оглома да шерстинку большого медведя — Хозяина всех медведей. Да трудно это, опасно! Чтобы найти змею Оглома, всю тайгу пройти надо. А найдешь ее — новая опасность идет. Возле змеи Оглома живет другая змея — Симун. Она набрасывается и на змею Оглома и на всех, кто осмелится подойти к ней. Дыхнет змея Симун огнем — и обуглятся у человека руки!

Анга слушает, все запоминает, сам молчит.

Другая старуха о медведе рассказывает:

— И к Хозяину медведей никто не посмеет идти. Живет он на высокой горе, в глубокой пещере. На гору взобраться трудно. Подойти к Хозяину медведей страшно! Где такой отважный найдется?

Покачали головами старухи, поговорили и ушли. Мать и сын одни в юрте остались. Мать лежит, на сына смотрит, сама горько плачет.

— Вот больна я, не встану… Как теперь жить будешь?

Сын говорит:

— Ты не плачь! Вылечу я тебя: достану и чешуйку змеи Оглома и шерстинку Хозяина медведей достану!

— Мал ты, чтобы за такое дело браться! Пропадешь!

— У меня страха нет, — отвечает Анга. — Пойду я! Может быть, и не пропаду!

Отточил он получше копье, взял большой котел, взял длинную кожаную веревку и пошел. Идет — сам по пути с елок смолу сдирает, в котел складывает.

Долго он шел. Очень долго. В одном месте остановился. Видит — речка течет. Возле речки — большое дерево. Толще и выше всех деревьев оно. За листвой его днем солнца не видно, ночью — месяца не видно. А вокруг дерева все выжжено.

Под этим деревом и жила змея Симун.

Принялся Анга щипать мох. Много нащипал. Все тело мохом обернул, крепко-накрепко веревкой обвязался. После того в речку вошел, с головой окунулся. Много воды мох впитал. Анга на берег вышел — вода из моха сочится, на землю стекает. Тут он смело к дереву пошел и стал изо всех сил копьем о котел стучать. Страшный шум поднял. Все птицы далеко разлетелись, все звери далеко разбежались.

Змея Симун услышала шум и выползла из своего гнезда. Ползет она к Анге, шипит. А за ней красный след остается — трава и камни горят.

Подползла змея Симун к Анге, раскрыла пасть и дохнула на него сильным пламенем. А ему ничего: мокрый мох его от огня защищает.

Дохнула змея Симун еще раз. От Анги пар поднялся, все кругом застлал. Изловчился Анга и бросил котел со смолой прямо в пасть змее. Растопилась смола и залила глотку змее Симун. Издохла она.

Немного прошло времени — подползла к Анге другая змея и сказала:

— Я — змея Оглома. Всю жизнь я боролась со змеей Симун и никак не могла одолеть ее. Змея эта одного за другим съедала моих детей. Ты мне помог — избавил меня от нее. Скажи, что тебе дать в награду?

Анга сказал:

— Мне ничего не нужно. Дай только одну чешуйку с твоего тела, чтобы вылечить мою мать!

Змея Оглома дала Анге свою чешуйку, и он пошел дальше.

Долго он шел. Никто не скажет, сколько шел. Наконец увидел он высокую гору. Хотел на вершину посмотреть — шапка с головы свалилась: такая высокая гора!

Стал Анга подниматься на гору. Карабкается с выступа на выступ, хватается за всякий камень, руки в кровь царапает — о себе не думает. Одно помнит: мать больная в юрте лежит.

Много ли прошло времени, мало ли, только добрался он до глубокой пещеры. Вошел в пещеру, а в пещере огромный медведь — Хозяин всех медведей спит, лапы в стороны раскинул, сам стонет.

Посмотрел на него Анга и видит: в заднюю ногу медведя острый сучок