Политическая история Римской империи. Том I - Юлий Беркович Циркин

бежал из их лагеря и явился к Пертинаксу с рассказом о попытке переворота. Позже недовольством преторианцев пытался воспользоваться Фалькон, и, опираясь на них, он предъявил свои претензии на власть. Однако и эта попытка не удалась. Несколько солдат были казнены, но самого Фалькона Пертинакс, не желая ссориться с сенатом, простил. Однако это помогло ему ненадолго.

28 марта преторианцы подняли очередной мятеж. Лет, которого Пертинакс направил к ним с целью убедить их вернуться в подчинение императора, предал его. Попытка принцепса самому успокоить солдат не удалась — он был убит. И вместе с ним был убит Эклект. Несколько позже Лет был смещен с поста префекта претория. Таким образом, все находившиеся в столице участники заговора против Коммода сошли со сцены. Правление Пертинакса продолжалось 87 дней.

В отличие от убийства Коммода умерщвление Пертинакса не было результатом заранее планировавшегося заговора. За преторианцами в тот момент, судя по всему, не стояло ни одной видной фигуры, и у них не было собственной кандидатуры на трон. И тогда в преторианском лагере начался настоящий аукцион: солдаты без всякого смущения предлагали трон тому, кто больше им заплатит. Таких претендентов оказалось двое — префект Рима Сульпициан и богатый сенатор Μ. Дидий Север Юлиан, одно время коллега Пертинакса по консулату. Сульпициан пообещал в случае его провозглашения выплатить преторианцам по 20 тыс. сестерциев каждому, а Дидий Юлиан — по 25 тыс. И это решило дело. Преторианцы объявили императором последнего. Кроме обещания денег их, по-видимому, привлек и лозунг Дидия Юлиана: восстановление памяти Коммода. Сенат беспрекословно ратифицировал этот выбор. Сульпициан в качестве префекта Города имел в своем распоряжении городские когорты, но повести их в бой против преторианцев он не решился, смирившись со своим положением. Эти события показали полное бессилие сената. Хотя теоретически именно он должен был решать вопрос о будущем принцепсе, реально его роль свелась лишь к формальному утверждению выбора воинов столичного гарнизона.

Казалось бы, фигура нового императора должна была удовлетворить различные круги гражданской и военной элиты[127]. Дидий Юлиан тоже принадлежал к «старой гвардии» Марка Аврелия. Воспитанный матерью Марка Домицией Луциллой, он вошел в ближайшее окружение императора. Занимая ряд военных и гражданских постов, он прославился своими победами над германцами. Будучи проконсулом Африки, Дидий Юлиан, возможно, принимал участие в заговоре против Коммода. Однако его кандидатура, в отличие от кандидатуры Пертинакса, заговорщиками явно не рассматривалась, и поэтому убийство Пертинакса и избрание Дидия Юлиана другие участники заговора сочли сигналом к собственному выдвижению.

Как только известие о гибели Пертинакса достигло провинциальных наместников, те заволновались. В апреле свои претензии на трон предъявили наместники Паннонии Л. Септимий Север, Британии — Д. Клодий Альбин и Сирии — Г. Песцений Нигер. Все они, вероятно, были участниками заговора против Коммода и, естественно, признали Пертинакса. Его убийство создало совершенно новую ситуацию, заговорщиками не предусмотренную. Теперь, освобожденные от принятого ими обязательства поддерживать Пертинакса, они сочли себя, по крайней мере, столь же достойными трона, сколько и Дидий Юлиан. Самым сильным из них был Нигер. В его распоряжении была значительная армия силой в 10 легионов, не считая вспомогательных частей, его активно поддерживали богатые города Востока, господство в Египте позволяло ему контролировать поставку значительной части хлеба в Рим, где он тоже пользовался большой популярностью. Недаром именно его боялся Дидий Юлиан. Он даже подослал к нему убийц, но неудачно. Это покушение только подтолкнуло Нигера к выступлению. Однако ближе всех к Риму находился Север, и он воспользовался этим.

Десять дней потратил Север на военную и дипломатическую подготовку похода. Его поддержал старший брат П. Септимий Гета, легат Нижней Мезии. На сторону Севера перешли также наместники Дакии Кв. Аврелий Пол Теренциан и Верхней Паннонии Г. Валерий Пудент. В Риме сторонниками Севера были его родственники Флавий Плавциан и Авит Алексиан, а также консул-суффект Л. Фабий Цилон, возможно тоже участник заговора против Коммода. Север договорился с Альбином, пообещав сделать его соправителем с титулом цезаря, привлек на свою сторону остальные дунайские и рейнские легионы и затем выступил в Италию. Когда Дидий Юлиан осознал опасность, было уже поздно — армия Севера перешла Альпы. Сенат по поручению императора объявил Севера «врагом отечества», но реально ничего сделать с ним не мог. Многие италийские города приветствовали Севера как мстителя за Пертинакса. Дидий Юлиан направил в его лагерь убийц, но они были разоблачены, и план провалился. Префект претория Туллий Криспин, сторонник Дидия Юлиана, попытался было захватить Равенну, чтобы не допустить перехода на сторону Севера стоявшего там флота, но опоздал: равеннский флот уже признал Севера императором. Криспин отошел в горы Умбрии и очень скоро сдался. После этого переход италийских городов на сторону претендента еще более ускорился. Рим был превращен в укрепленный лагерь, но в нем оставалось все меньше сторонников Дидия Юлиана. В панике он обратился к сенату с просьбой, чтобы все жрецы, весталки и сенаторы явились к армии, умоляя ее поддержать императора. Однако сенат решительно отказался это сделать. В полной растерянности Дидий Юлиан предложил Помпеяну стать его соправителем, надеясь на все еще высокий авторитет этого старого соратника Марка. Но тот снова отказался от какого-либо участия во власти. Последней опорой императора остались преторианцы, но, увидев, что им придется иметь дело с регулярной армией, те предпочли уж очень активно Дидия Юлиана не поддерживать. Предлогом стало то, что император так и не выплатил им обещанной суммы.

Север решил воспользоваться таким настроением преторианцев и отправил им в Рим послание, в котором приказал им либо убить Дидия Юлиана, либо уйти от него. Испуганные воины повиновались, и большинство их покинуло Рим. В этих условиях сенат не только отменил прежнее решение об объявлении Севера «врагом отечества», но и признал его императором, лишив этого положения Дидия Юлиана. Покинутый всеми, он был убит, и 9 июня 193 г. Север вступил в столицу. Как и в гражданской войне 68–69 гг., вопрос о новом императоре решался не столичными гвардейцами, а воинами провинциальных легионов. Первая фаза гражданской войны завершилась, но сама война далеко не закончилась.

В Риме новый принцепс приказал обожествить Пертинакса, и первым жрецом его стал сын убитого императора. Затем он расправился с преторианцами. Старая преторианская гвардия была распущена, и отныне она должна была формироваться из наиболее отличившихся воинов провинциальных легионов. В первый состав новых преторианских когорт преимущественно были включены поддерживавшие Севера иллирийцы. Однако долго оставаться в Риме Север не мог. Нигера к этому времени признал весь Восток. Проконсул Азии Азеллий Эмилиан овладел Византием, и этот захват вместе с владением Египтом позволял Нигеру поставить Рим на