Ищейка - Наталья Владимировна Бульба

И вновь она задумалась. Вздохнула, глядя куда-то в стену за его спиной. Поморщилась, качнула головой…

Это была игра на публику. Как демонстрация тяжести принимаемого решения.

С тем, что публикой был он, Ивлев был готов смириться. Главное — результат, а все остальное…

С остальным он лукавил, процесс его равнодушным тоже не оставлял.

— Хорошо, — кивнула княгиня, когда ее взгляд прояснился. — Я их приму, но… — она хмыкнула, намекая, что продолжение ему не понравится, — ты будешь должен.

Его реакции на свои слова Заславская дожидаться не стала. Стуча тростью по паркету, направилась к двери.

А он стоял… развернувшись, смотрел ей вслед. И с усмешкой думал, как она легко и просто сумела перевернуть все с ног на голову и перевесить свой долг на него.

Уже не намек, а четкое понимание, что ему было еще чему учиться.

И у кого.

Глава 3

— Что связывает вас с этой…

Я прекрасно видела, как Березина едва ли не корежит от необходимости произнести ее имя, но помогать не спешила.

То, что Ева сейчас делала для его дочери, было достойно той малости, чтобы обойтись без безликого местоимения.

— … с Евой, — наконец, выговорил он. Но смотрел при этом не на меня, а на жену, что тихо, в окружении подушек, спала на диване.

Симцову в этом отношении повезло меньше. Тоже спал, но не так умиротворенно — заклинание другое, более агрессивное, так что сны его были тревожны и беспокойны, и не столь удобно. В кресло его сгрузили, не особо заботясь о комфорте.

Игнат с Евой, в сопровождении трех бойцов и врача, уехали более четырех часов назад. Стас — два, но это уже было моей инициативой — чутье намекало не только на проблемы, но и на варианты их решения.

Нам с Березиным досталось самое тяжелое — просто ждать.

Нет, люди в доме кроме нас имелись, включая технарей и оперативника из полиции, что расположились в соседней с этим залом комнате, но…

Проще или сложнее им было, гадать я бы не стала. Когда беда грозит ребенку, любой нормальный человек, хотя бы теоретически способный помочь, будет изводить себя в случае вынужденного бездействия.

Мы хотя бы знали, что происходит, а вот они…

Приказ, который им отдал Симцов еще до моего появления, был категоричен: сидеть и не отсвечивать.

По независящим от него основаниям, отменить свое распоряжение подполковник был не в силах.

— Наставница, напарник, подруга… — подумав о том, что предпочла бы молчать и дальше, ответила я на вопрос. И лишь отойдя к окну, добавила: — Выбирайте, что нравится больше.

Паркет холодил ноги. В центре зала лежал ковер, здесь же чувствовалась стылость. Хоть и лето, но непогода украла тепло, словно создав соответствующий похищению Настеньки антураж.

Мне бы вернуться к столу… К камину, в кресле рядом с которым лежал оставленный там Стасом палантин.

Мне бы укрыть плечи, замотавшись в ткань, как в броню.

А еще закрыть уши и глаза. Не видеть и не слышать…

Ждать было трудно — я этого никогда не любила, уж лучше самой, но еще труднее, когда рядом не тот собеседник. Ни по духу, ни по внутренней совместимости.

Березин был именно таким.

Впрочем, не он первый, не он…

Я бы предпочла с такими, как он, больше не встречаться.

— И донор крови, — словно отвечая мне взаимностью, заметил Березин с некоторым сарказмом.

«И донор крови…» — повторила я мысленно и качнула головой, не соглашаясь сама с собой.

Теорию взаимодействия миров Ева рассказывала. Законов было несколько, но главный — один. Чтобы закрепиться в чужом мире надолго, нужен якорь. Человек, с которым тебя будут связывать чувства. Ребенок. Чужая кровь, которую ты будешь вынужден употреблять пусть и в небольших дозах, но регулярно.

Были еще ритуалы, но там без крови тоже не обходилось. Не говоря уже про человеческие жертвы.

Магам, владеющим стихиями, в этом отношении было проще, они «закреплялись» с их помощью, а вот ищейкам и пространственникам, как Ева и Ежи, без донорства никак.

Нет, без поддержки они могли находиться здесь достаточно долго, а вот использовать способности — нет. Просто не хватало сил.

Вот только объяснять ему…

В отличие от Кеосояди, который с детским любопытством докапывался до истины, этот счел возможным наклеить ярлык сложившегося у него мнения.

При таком раскладе что-либо доказывать не только глупо, но и зря тратить время.

И все-таки я сочла необходимым пусть и не выступить в защиту Евы — она в этом не нуждалась, так хотя бы оставить последнее слово за собой:

— Всего лишь плата за помощь. Не больше и не меньше.

Его лица я не увидела — даже не стала вглядываться в отражение в стекле, но ответ Березин принял. Ощущения от него стали другими. Словно он успокоился, определившись в знакомой системе координат.

А дождь за окном практически прекратился. Еще немного капало, но влажная поверхность лужицы, образовавшейся прямо под окном, вздрагивала уже не так часто. Как если бы и она успокаивалась, реагируя на наши эмоции.

А еще дело шло к рассвету. Летнему. Раннему. Но какому-то безрадостному, как если бы природа уже знала, насколько кардинально изменилась моя жизнь, о чем я еще не догадывалась.

Впрочем, причина подспудной тоски была мне известна. Та самая кровь… Вместе с ней Ева лишила меня и части эмоций.

Это пройдет достаточно быстро. Наступит утро, рассеется мрак и жизнь вновь заиграет красками. Словно ничего не произошло.

Оставалось только дождаться.

— И давно вы…

— … занимаюсь поиском? — вздохнув — разговор нравился мне все меньше, закончила я за него, заполнив очередную паузу. — Почти пять лет.

И ведь действительно… почти пять.

Начинала с простого. Вещи, спрятанные неподалеку от дома, в котором жила. Люди. Не потеряшки — просто жители и гости города, чьи слепки передавала Ева.

Несмотря на то, что, как говорила подруга, я — способная, на это ушла большая часть этого времени.

Потом стала волонтером в «Лиза Алерт». И это была лучшая часть этих пяти лет, когда я четко осознавала, насколько важны мои способности для каждого из тех людей, кого мы находили.

Но время шло, тренировки становились все более сложными и по расстояниям — искала не только на территории России, но и по времени — ушедшие из дома, пропавшие без вести, похищенные год, два, пять, семь, десять назад.

По интернету, анонимно, используя левый почтовый ящик и прокси-сервера,