Путь познания - Дмитрий Dmitro Серебряков

— Ну вот мы и на месте, — констатировала София, когда впереди между деревьями показались первые крыши домов. После чего иронично добавила. — Вперед, ребятишки, вас ждут великие дела.

Мы вышли к окраине Ружовки. Она казалась почти целой. Никаких разрушенных стен, никаких баррикад. Тихие домики с закрытыми ставнями, пустые улицы и легкий ветерок, качающий запертую калитку. Обычная деревня. Вот только из труб не шел дым, а на улице не было ни единой живой души.

— Странно, — прошептала Ингрид, перехватывая меч. — Слишком тихо. Даже для зачищенного места.

— Не расслабляться, — бросил Анри. — Идем к центру, к колодцу. Проверяем каждый дом по пути.

Я шагнул на пыльную улицу Ружовки, чувствуя, как по спине пробежал холодок. Обычная зачистка… Почему-то это словосочетание в последнее время не предвещало ничего хорошего. А еще меня удивил тот факт, что с командами Анри никто не стал спорить. Бестужев лишь согласно кивнул, а Ингрид даже не обратила внимания. Ну да это к лучшему. Снова разделяться явно плохая идея.

Мы углублялись в Ружовку, и чем ближе к центру, тем сильнее мне не нравилась тишина. Она была не просто мертвой, она стала вязкой. Белесые клочья тумана, сначала едва заметные у земли, начали стремительно ползти вверх, затягивая дома и дорогу плотной пеленой.

— Стоять! — вдруг скомандовал Бестужев, вскидывая руку.

Мы замерли. Анри недоуменно обернулся, но Бестужев уже не смотрел на него. Он принюхивался и щурился, глядя на молочно-белую стену перед нами.

— Это не просто туман, — негромко, но отчетливо произнес он. — Это магическая вязь. Концентрация маны зашкаливает, она буквально подавляет естественную влажность воздуха. Кто-то целенаправленно закрыл обзор.

— Откуда здесь взяться магии? — Ингрид перехватила меч, но ответа не последовало.

Туман впереди внезапно стал почти осязаемым, серым, а в следующую секунду резко, словно по команде, рассеялся. Я невольно зажмурился от резкой смены картинки, а когда открыл глаза, сердце пропустило удар.

Мы стояли в десяти шагах от центральной площади. Перед нами, закрывая нас своими телами, замерли оба инквизитора, а впереди них напряженная спина Софии. Она стояла, чуть пригнувшись, с оружием наготове, и я кожей чувствовал, как от неё исходила холодная расчетливая ярость.

Но не это заставило нас застыть в шоке. Посреди площади стояли трое.

Они не были похожи на то отребье, что мы видели раньше. Первый — гигант в угольно-черных латах, из щелей которых сочилось багровое пламя. В его руке покоился меч, черный как сама пустота, который, казалось, поглощал свет вокруг себя. Второй — полная противоположность: в вычурном аристократическом камзоле, с головой козла и загнутыми назад рогами. Он лениво поигрывал кроваво-красной шпагой, и его взгляд был наполнен ледяным презрением. Третий — скрыт под тяжелым балахоном. Мы не видели его лица, только костлявые пальцы, сжимавшие посох. Навершие посоха — черный кристалл — пульсировало так сильно, что воздух вокруг него шел трещинами.

— Грэгор, на тебе местная мелочь, — спокойно, почти буднично произнесла София. Её голос был твердым, но я отчетливо ощутил в нем нотки предельного напряжения. — Ди, ты займись малышами.

Инквизиторы синхронно кивнули. Грэгор мгновенно сорвался с места, исчезая в тени домов, а Ди — тот, что вечно что-то записывал в блокнот — в два прыжка оказался рядом с нами.

— Все, быстро ко мне! — жестко бросил он. — От меня ни на шаг. Кто выйдет за черту — тот труп.

— Какую черту? — Анри озвучил общую мысль, но инквизитор его проигнорировал.

Ди выхватил меч и, подняв его над головой, негромко, но веско произнес:

— Да пребудет свет защиты в сердце моем, и да проснется сила в словах моих.

Вокруг нас мгновенно раскрылся прозрачный мерцающий купол диаметром метров десять. Но рассмотреть его толком мы не успели.

В следующую секунду София сделала шаг вперед, и мир взорвался.

На нас обрушилось такое духовное давление, что колени подогнулись сами собой. Воздух стал плотным, осязаемым, он давил на плечи сотнями килограммов невидимого веса. Я почувствовал, как сердце забилось в горле, а в ушах зазвенело. Это не была просто сила — это была осязаемая воля высших существ, столкнувшаяся в смертельной схватке. Грань между обычным миром и Бездной стерлась, кажется, мы оказались в самом эпицентре бури.

Меж тем давление усилилось. Оно стало таким, что я услышал хруст собственных позвонков. Это была не просто духовная мощь — это было физическое воплощение плотности чужой воли. Воздух в куполе стал горячим и горьким. Глядя сквозь мерцающую преграду щита Ди, я видел, как пространство за его пределами начало искажаться: цвета поблекли, а очертания домов Ружовки поплыли, превращаясь в зыбкие тени.

Первым шевельнулся демон в латах. Он не побежал — он просто сделал шаг, и земля под его сапогом лопнула, разлетевшись каменным крошевом. Его черный меч прочертил в воздухе полосу абсолютной тьмы. Удар был таким тяжелым, что даже внутри купола мы почувствовали вибрацию почвы.

— Хрен тебе! — рявкнула София, и её голос прозвучал как удар хлыста, прорезая гул ауры.

Она рванула неестественно быстро. В её руках мелькнули два коротких клинка, окутанных холодным белым пламенем. Столкновение произошло мгновенно. Звон стали о сталь был настолько пронзительным, что Умеров, стоявший рядом со мной, схватился за уши, а из его носа потекла тонкая струйка крови.

София не пыталась до конца блокировать удары гиганта — она обтекала их, словно вода, нанося встречные выпады. Но демон в камзоле не собирался ждать. Козлиная голова дернулась, издав сухой ломающий звук, и он выбросил вперед руку с красной шпагой.

Это был не просто выпад. За шпагой тянулся шлейф из застывших капель крови, которые в полете превращались в острые как бритва иглы.

— Ди, держи купол! — крикнула София, уходя перекатом от багрового ливня.

Инквизитор зарычал, упираясь ногами в землю. Я видел, как на его лбу вздулись вены. Купол зазвенел под градом кровавых игл, покрываясь сетью трещин, но выстоял. А в это время третий — тот, что с посохом — начал свой ритуал.

Черный кристалл в навершии вспыхнул ядовито-зеленым светом. Он не бил своей силой напрямую. Он начал менять реальность вокруг Софии. Грязь под её ногами превратилась в извивающиеся щупальца, а воздух стал густым, как смола, сковывая её движения.

— С-с-смертная… — прошелестел голос из-под балахона, и от этого звука по моей коже пробежал мороз.

София оказалась зажата между мощью гиганта