Юный бастард. Книга восьмая - Юрий Николаевич Москаленко

кровь не смог. К тому же, мать в таком состоянии охотиться пробовала. Тут ведь, присмотритесь, всё её кровью вокруг залито. Просто, кровь уже свернулась за это время. Сможете помочь, господин? — с надеждой во взгляде, задаёт мне вопрос хобгоблин.

— Не скажу, так сразу. — неуверенно отвечаю я — Мне нужно осмотреть раненых и проверить их повреждения, и раны. Мало ли, там уже загноение пошло, или мусор попал в повреждённые участки тела. Чистить нужно раны, прежде чем магией на них воздействовать. Медаптечка у нас с собой, но для полноты действия, мне нужно свободно перемещаться по поляне, а не ползком тут ползать по жухлой траве, к тому же, залитой кровью раненых монстров.

— Сейчас всё сделаем. — заверяет меня гоблин — Даф уже взял под полный контроль всю троицу. Сопротивления ему они не оказали. Очень слабы. А малой и вовсе этому фокусу, пока что, мамой не обучен. — объясняет Нит, а сам уже готовит свой «Винторез» к стрельбе. И уже орку говорит. — Ну, что, выдвинемся на огневые рубежи? Стараемся взять две цели или, по возможности, ещё кого подстрелим?

И переводит взгляд на меня.

— Нам ведь ещё этих голодных зверей кормить. А так туши им за раз хватит голод утолить и сами тут пожарим себе шашлыков. Так, лишь шкуру себе заберём и кровь соберём в бурдюк, избавившись от воды. Ну, и их копыта наши будут с рогами. Вполне себе трофей! А мясо с костями им отдадим… — киваю я на лежащую и еле дышащую тушу медведицы. — Так что, работайте. Постарайтесь, как можно больше трофеев достать. Получится, хорошо! Нет… так хоть чтобы этих ненасытных животин накормить, чтобы они нами не утолили свой голод.

— Окажем им помощь, они не нападут на нас уже никогда. — заверяет меня гоблин — Мы для них станем, как члены их прайда, стаи, рода, семьи и племени. Мне об этом наш старый шаман рассказывал.

Вздыхает он тяжко.

— Хорошо. — говорю я — Показывайте пациента. Даф, держи их всех под контролем, чтобы дёргаться не стали, когда я в их ранах шурудить буду, а то ненароком прибьют меня, дёрнувшись от боли. А вы вдвоём, — обращаюсь я к орку с гоблином — давайте, обеспечивайте нас ужином и заработком. И сразу продумайте вопрос, где разделывать эти туши будете. И цели разберите. С вас станется, одновременно в одного и того же рогатого выстрелить. Работаем…

Что сказать за раненых… у медведицы располосована бочина. Сильных три, параллельных между собой, глубоких пореза. Удивительно даже, как она ещё от такой раны не окочурилась. Явно порог выживаемости у этого вида животных Пустоши очень высок.

У медвежонка похожие раны, но уже на спине. Страдает, скулит и жалуется… но вот угощение приняла, голодненькая. Я распаковал наш запас копчёного мяса, который мы с собой взяли в этот выход. Второму здоровому медвежонку тоже угощение перепало, впрочем, как и их мамаше. Та вначале и брать то его из моих рук не хотела… но голод взял своё, как и её слабость. Сил хоть, прожевать угощение ей хватило, и то радость…

А дальше, работа лекарем. Правда, врачую я сегодня не людей и даже не других обычных разумных. У меня сегодня особые пациенты. Вот и подход к ним, и лечение тоже особенные…

А, чего мудрить? В помощь мне вживлённый артефакт от Дроу.

Первая на очереди, медведица. И такому решению есть причины.

Проверил раны на предмет грязи, мусора и начинающего гниения. С помощью своих настоек очищаем повреждения. Как свести края раны? Даже не думаю сшить их, всё едино не смогу, сильно края разошлись. Сил мне на это не хватит, разве что орка позвать, как охоту они закончат с гоблином. Но вначале, попробуем всё сделать своими силами. И магия мне в этом, главная помощница.

Почти метровые порезы в длину и в глубину сантиметров на десять. Вот это когти у кого-то!

Я чищу рану матери медвежат и на удивление она молча, не дёргаясь, терпит боль. Снять её совсем моему пациенту, Даф, увы, никак не может…

Но вроде закончил я вычищать от грязи все три жуткие раны. Теперь дело за способностями от Дроу. Посмотрим, на сколько разрекламированы их возможности, как магинь-целителей.

А вот и крестик появился у меня во взгляде. Так… нацеливаем его на край первого пореза, а теперь подаём ману.

Ох! Вот это отток сил от меня пошёл. Выдержу ли?

Минут пять воздействия на края раны. Столько времени на всю длину ушло у меня чтобы, вычищенный мною один порез, закрыть.

А теперь немного отдохнуть, а главное подкрепиться. Слаб я как маг пока, чего уж тут. И накопители не сильно помогают…

А вот и довольные охотники вернулись. Послушаем, что расскажут…

— … троих достали! Все самцы, начиная с самого главаря, его сына переростка и второго по силе юнца. Громадины! Первых разом положили, а вот в третьего уже вдвоём стреляли, когда стадо оленье в забег пошло. Хоть и бесшумно почти работают винтовки, но страха почему-то навели среди оленьего общества. — смеётся, разгорячённый охотой орк. — У вас-то как, господин? — уточняет он у меня.

А Нит и вовсе уже сам осторожно осматривает раны на спине медведицы.

— Одну рану затянул. — говорю я — Сейчас отдохну немного, силы восстановлю и продолжим. Вы же, разделкой туш займитесь. Особое внимание на сбор крови, на рога, копыта и шкуру. Внутренности все сразу давайте сюда, раненых подкармливать будем. Им силы восстанавливать тоже нужно. И огонь, кто-то из вас пускай разводит. Мне мясо этих оленей тоже не помешает отведать. Сил много потратил. От приличного, зажаренного на углях куска мяса я бы точно не отказался, и желательно с кровью, чтобы оно было. Так… каждый своим делом занимается. И куда ты вархаммеров потащил? — смотрю я удивлённо на орка.

— Так, не по месту же оленей разделывать? — удивлённо смотрит он на меня. — Сейчас, на вархаммеров наших их загрузим и сюда перевезём. На этой полянке всем места хватит.

Я же уже к Дафу образами обращаюсь и прошу его, пока медведица отдыхает и в сознании находится, чтобы он узнал у неё, если есть такая возможность, кто же на них напал, и что стало с этим недобрым хищником, кто их, царей Пустоши, ни в грош не ставит, и не боится совсем…

А сам настраиваюсь на дальнейшее лечение.

За час, наверное, но все раны на теле медведицы залечил. А почему начал именно с неё? Так всё просто. Если она погибнет,