Я плохому не научу - Лина Мак

И это так смешно, когда на тебя смотрит твой старший брат такими глазами, будто я огонь извергаю.

– Катя, с тобой всё в порядке?

– Да, – киваю я. – Сейчас чай попьём и будем собираться.

– Может, врача вызвать? Ты заболела? – вопрос за вопросом сыпется от брата, а я только улыбаюсь.

Глава 16

Чем ближе мы подъезжаем к дому Бариновых, тем больше во мне разгорается желание развернуться и уехать назад. Но проблема в том, что за рулём Макс, и меня никто не отпустит.

Да и не привыкла я отступать. На крайний случай у меня в сумочку поместился дамский пистолет. Папа когда-то дарил мне его на день рождения. Вот и пригодился.

Смотрю в окно и медленно перевожу взгляд на своё отражение. Так странно всё. Каждый раз, когда приходится наряжаться на такие праздники, чувствую себя куклой. Но в этот раз я особо не напрягалась.

Платье у меня было приготовлено заранее – нежно-голубое, длинное, с высоким разрезом и глубоким вырезом. На голове коса, украшенная мелкими камушками-заколками, и лёгкий мейк.

Я когда вышла из комнаты, то Каролина смотрела на меня как на привидение. А потом тихо выдохнула «вау». Приятно, но не то.

– Кать, давай договоримся, – Макс бросает на меня взгляд через зеркало заднего вида. – Что бы ни произошло, ты будешь стоять и вести себя как девочка.

– А когда было по-другому? – вскидываю бровь и смотрю на своего братца невинными глазками.

Макс только глаза закатывает, но больше ничего не говорит. Да и смысл что-то говорить. Все всё прекрасно знают.

Макс заезжает во двор Бариновых, а мне впору присвистнуть от количества собравшихся гостей. И все не так просты, как хотят казаться на самом деле.

Часть этих зажравшихся людей водят в мой клуб своих деток, чтобы привить им любовь к прекрасному. Но только смысл прививать то, чего не закладывается нигде, кроме как в моём клубе?

– Макс, нужно было меня высадить, и я бы уехала к себе. Что я буду делать в этом сборище? – Каролина смотрит на моего братца нервно, а вот Макс сама невозмутимость.

– Ну а что, только Катьке лавры принимать? – лыбится он как идиот. – Я, может, тоже решил жениться.

– Ты шути да не перегибай, Морозов, – Каролина бросает строгий взгляд на брата и выходит из машины.

Я же не успеваю дотронуться до ручки двери, как она сама открывается. На меня смотрят нахальные глаза, которые я бы не хотела видеть точно, а улыбка на губах говорит, что не так уж хозяин этих глаз и спокоен.

– Я и сама могу выйти, – бросаю, но мне не дают даже ноги спустить.

Тим одет в дорогой костюм, но, вероятно, у него привычка подёргивать рукава, чтобы они были на три четверти. Расстёгнутые верхние пуговицы и туфли. А ведь на улице мороз. Как и у меня внутри.

– Ты или выйдешь, приняв мою руку, или я тебя вынесу из машины, – уверенно заявляет Тим.

– Парень, ты бы придержал коней, – голос брата напряжён.

– Я и сама могу ответить, – рычу на Макса, но взгляд от Тима не отвожу. – Отойди, потеряшка. Я больше не подбираю никого, – специально бью словами.

И самой больно, но Тим даже бровью не ведёт.

– Правильно, – кивает он, но в сторону не отходит. – Нечего подбирать кого попало.

– Баринов, сгинь! Ты меня раздражаешь, – злюсь я, повышая голос.

И в первую очередь на себя, потому что хочу, как идиотка, чтобы он дотронулся до меня.

– Катя, дай руку, а то мы выглядим как два барана, – Тим смотрит на меня совершенно другим взглядом, и тут я замечаю за его спиной папу.

Он смотрит на нас так внимательно, будто ничего важнее нет. Не обманывай никого, папенька. Тебе насрать на меня и на других. Злюсь, но руку вкладываю в ладонь Тима.

По нему пробегает дрожь и передаётся мне, заставляя содрогнуться. Тим дёргает меня к себе и, прижав за талию, медленно вдыхает запах волос.

Дверь машины открыта, и только она скрывает нас сейчас от любопытных глаз, да и, судя по всему, Макс стоит так, что прикрывает всё.

– Отпусти, – хочу сказать грозно, а звучит жалко и совсем неуверенно.

– Не хочу, – отвечает Тим, вот только у него выходит уверенно, и, склонившись к шее, оставляет лёгкий поцелуй на ней.

– Ну наконец-то, – голос Баринова-старшего раздаётся близко, но я успеваю отскочить на шаг от Тима. – Я вижу, мой сын уже познакомился с Вами, Екатерина.

– Как видите, – киваю я, бросая взгляд на Баринова.

Не могу заставить себя улыбнуться. А ещё рука так и сжимает сумочку в желании достать свой сюрприз. А вот Тим, наоборот, улыбается, но только его улыбка сейчас похожа больше на оскал.

– Тогда приглашаю Вас в дом, – Баринов указывает рукой направление.

– Пап, – зову отца, но Тим становится ближе и подставляет руку.

– Я провожу, – уверенно заявляет он.

Макс, как специально, закрывает дверь, и теперь все смотрят на меня. Ненавижу эти сборища. Напьюсь сегодня и перестреляю половину. Пусть потом папа мне передачки носит.

Медленно выдыхаю, кладу свою руку на предложенный Тимом локоть, а он сразу накрывает её сверху своей.

– Василий, идём, – Баринов разворачивается к папе. – Наши дети нашли общий язык.

– Я не сомневался, – бросает папа, а Макс только закашливается за нами.

И почему у меня чувство, что я снова сражаюсь с ветряными мельницами.

– Сыграй сегодня Снегурочку, Катюш, – тихо шепчет на ухо Тим, когда мы поднимаемся по ступенькам. – Ты не пожалеешь.

– Пошёл на хрен, – выдыхаю я и приклеиваю улыбку к губам.

Будет вам сегодня и Снегурочка, и Катя, и Медуза Горгона.

Глава 17

– Кать, может, хватит? – говорит тихо брат, подойдя ко мне в очередной раз.

Смотрю на него, вскинув бровь, и придумываю какое-то новое словосочетание для отправки его на небо. Кручу в руках уже, кажется, третий бокал шампанского, а мысли не приходят.

Я постоянно вылавливаю фигуру Тима в толпе. Он привёл меня в зал и оставил. А мне мало, блин!

Все, кто хотел подойти ко мне, останавливались