Бывшие. Тайный сын для Сибиряка - Лия Малинина

– Какая свадьба?! – рычал Градский прожигая меня яростным взглядом. – Ты не могла придумать легенду интереснее?

– Ой, все! – я махнула рукой и направилась к выходу из комнаты. – Что было, то прошло! Я приехала сюда работать! Идем, осмотримся.

– Ну уж нет! – он не позволил мне далеко от него отойти, подхватил за локоть и увлек к кровати.

– Ты что делаешь? – взвилась я, но он ни на секунду не ослабил хватку.

Рывком развернул меня к себе и взял в свой плен мою вторую руку.

– Хватит недомолвок, ты не находишь? – он скептически поднял одну бровь. – Мы выясним все здесь и сейчас!

– Там Стас один, – начала было отнекиваться я, – вдруг он…

– У него сейчас куча важных дел, – парировал он, – рассмотреть комнату, опробовать игрушки и попытаться отковырять рисунок орла от стены.

– В смысле? – я не поняла его последнюю фразу.

– Потом объясню, – отрезал он, – рассказывай!

– Да что рассказывать? – я еще раз, и все также безуспешно, попыталась освободиться от него, но он, в этот раз, решил услышать от меня все, что я хотела сказать.

– Все, – он качнул головой, – и по порядку!

Я вздохнула и начала говорить, мысленно возвращаясь в те дни.

Мы с Игорем никак не могли распрощаться в аэропорту. Стояли, прилипнув друг к другу, как сиамские близнецы и целовались, целовались, целовались. Словно хотели напитаться друг другом на эти две недели разлуки.

Мы прилетели в Новокузнецк втроем, а улетала я одна. Света осталась в клинике, травматологическим отделением которой заведовал ее бывший муж, с которым у них произошла неожиданная встреча.

Моя, всегда спокойная и уравновешенная подруга, была похожа на разъяренную фурию, которая грозилась немедленно покинуть клинику с аппаратом Елизарова наперевес.

Но мы, кажется, убедили ее остаться, а у бывшего добавился пучок седых волос. Ну и поделом ему, за все, что он сотворил.

А Нату не отпустил Градский. Они только разобрались в своих отношениях и поняли, что все еще любят друг друга, так что расставаться им совсем не хотелось.

А меня ждали дела. Я должна была провести открытие детского досугового центра. Планировалось, что все займет не больше пары недель, и я снова вернусь в Сибирь, к подругам и Игорю.

Весь полет я вспоминала короткий отпуск, который круто изменил мою жизнь. Я то и дело прикладывала пальцы к зацелованным губам и улыбалась.

После встречи с Игорем, все мои страхи и установки – никогда не ввязываться в серьезные отношения, будто растворились, как дымка. Как можно было довериться совершенно незнакомому человеку? Раствориться в нем? Я потом очень часто задавала себе этот вопрос. Ответ был один – влюбилась.

Едва самолет приземлился, я сразу же включила телефон и позвонила Игорю сказать, что долетела, но абонент был недоступен. Я не придала этому значения, ну мало ли, что бывает, но когда и на следующий день он не появился в сети, я позвонила Нате.

– Наташ, – взволнованно проговорила я в трубку, – ты не знаешь, у Игоря все в порядке? Не могу до него дозвониться.

– Да вроде в порядке, – задумчиво проговорила подруга, – мы с Арсением на Алтай уехали, в его отель в Манжероке, но если что-то узнаю, напишу.

Я ходила по своей квартире кругами не зная, что и думать. Первый день или два было просто беспокойство о нем, а потом…

Потом в мою голову начала закрадываться мысль, что он просто проводил очередную туристку на самолет и перевернул очередную страницу своей жизни. Что и подтвердилось, в итоге.

Через четыре дня на мой телефон пришло уведомление о том, что Градский появился в сети. Я бросилась набирать его номер. Один звонок, второй – он не брал трубку. Наконец, после третьей опытки дозвониться, трубку подняла девушка:

– Ну может быть уже хватит названивать моему жениху, – недовольно проговорила она.

– Какому жениху? – сначала не поняла я. – Мне нужен Игорь Градский!

– Он и есть мой жених, у нас свадьба через месяц, – холодно отрезала она, – как вы достали уже, ветреные туристки! Приезжаете сюда, задницами своими тощими крутите перед нашими мужиками!

– Трубку ему передайте! – оборвала я ее монолог.

– Спит он, – она хмыкнула в трубку, – и вообще, не будет он с тобой разговаривать! Он мне во всем признался, долго стоял на коленях и просил прощения. Я простила, у нас свадьба скоро. Не лезь к нам, а, как человека тебя прошу, – девушка закончила свою отповедь и отключила телефон.

Через минуту, в одном из мессенджеров я получила фото, на котором был спящий Игорь, с обнаженным торсом, а на его груди лежала пышногрудая рыжая девушка и улыбалась мне, с победным видом смотря в камеру и демонстрировала помолвочное кольцо на безымянном пальце.

Телефон выпал из моих рук и я, медленно держась за стену, опустилась на пол.

Слез не было. Была пустота. Гулкая, звенящая пустота. Я сидела на полу, прижавшись спиной к стене, и не могла оторвать взгляд от черного прямоугольника телефона, лежащего в нескольких шагах. Он казался теперь посторонним, опасным предметом. Мозг, отказываясь принимать картину целиком, выхватывал и бесконечно прокручивал детали: знакомый контур его плеча, татуировку на ребрах, рассыпанные по подушке рыжие волосы. И эта улыбка. Она прожигала меня сквозь экран, заставляя вновь почувствовать себя той маленькой девочкой, которую однажды предали.

– После этого звонка, я вычеркнула тебя из своей жизни, – закончила я свой рассказ.

Отошла от Градского, который, наконец отпустил мои руки и устало опустилась на кровать.

– Наташа и Света пытались расспрашивать меня, что случилось, – продолжила я тихо, – но я пресекала все их попытки поговорить о тебе. Мне было больно и стыдно. Стыдно, понимаешь?! – я подняла на него глаза полные слез. – От того, что стала любовницей почти женатого человека.

Игорь медленно подошел, опустился передо мной на корточки и обхватил мои колени руками.

– А потом я узнала,