Аристократ - Анна Кондакова

На это я лишь покачал головой, вспомнив, как легко гвардеец подмял меня в дамском туалете, стоило только чуть отвлечься. К тому же, никаких овеумных сил во мне не осталось, только паршивое состояние, будто я беспробудно пил две недели, а теперь страдаю с похмелья.

Я вынул из кармана нож.

— Зато у меня есть это.

Генри кивнул и обратился к сестре.

— Приготовь к бою Шёпот, — он снял шляпу и сдёрнул с тульи верёвку, обмотал её вокруг правого запястья и водрузил шляпу на место. — Всё, идём. И старайтесь без особой надобности кодо не использовать, особенно ночью, когда харпаги наблюдают.

— Харпаги? — переспросил я.

— Потом объясню… — Генри первым двинулся в сторону выхода в город.

Мы проследовали в арку и вышли на привокзальную площадь.

На первый взгляд это была обычная площадь обычного города, но это только на первый взгляд. Если вспомнить вокзал Лэнсома, то вокруг него и днём и ночью сновали автокэбы, мелькали люди.

Здесь же царствовала пустота. Город будто вымер.

— Туда. Быстро. — Генри указал налево, в сторону узкого проулка между двумя двухэтажными каменными домами.

На одном из них висела подсвеченная лампой вывеска «Почтовое отделение № 1 города Ронстад», на втором — «Булочная». Все окна на зданиях закрывали ставни, крепко сколоченные и совсем новые, их ещё даже покрасить не успели.

Вдруг душераздирающий крик прорезал тишину, послышался звон разбитого стекла, пьяный хохот. И снова чей-то вскрик.

— Новички напоролись на засаду, — сказал Генри. — Не останавливаемся, идём, идём. Быстрее!

Мне было так хреново, что я молчал и тупо следовал советам Генри, стараясь хотя бы не отстать. Мы миновали уже половину проулка, когда сзади раздался частый и хриплый смех, а следом прозвучал вопрос:

— Думал, ты тут самый хитрый, малыш Генри?..

* * *

Из глубины теней по обеим сторонам проулка, будто из ниоткуда, возникли четверо.

В тусклом свете луны я разглядел их потные хмурые лица, не обещающие ничего хорошего. У троих в руках блестели друидские боевые топоры. Острые и лёгкие. Похожие я видел на мясных рынках Лэнсома, ими удобно разделывать туши и рубить кости.

Главарь шайки подошёл ближе.

Это был высокий здоровяк в дорогом костюме, идеально пошитом по размеру. Неплохо для уличного грабителя.

— Ка-а-а-а-ай! — проорал он в небо, задрав голову. — Ка-а-а-а-а-ай! Ты ви-и-идишь их?

— Ви-и-и-жу, ви-и-жу, — зашептало отовсюду.

И от этого тягучего шёпота меня парализовало мгновенно, холод пронёсся по позвоночнику.

А потом я услышал шаги.

С противоположного конца переулка к нам приближалась женщина. Её тело прикрывала лишь сорочка из белого кружева. Седые волосы, прямые и длинные, источали слабый голубоватый свет. При каждом шаге незнакомки раздавался глухой деревянный стук, хотя женщина была босиком.

— Кай! — вновь обратился к ней здоровяк. — Смотри-ка, новая кровь, Кай. Кого из них ты хочешь забрать в свой Искусственный сад?

— Приготовьтесь, — шепнул Генри, оглянувшись на меня и Джо. — Это Гарпия Кай. Не грубите ей, и, может быть, она нас отпустит…

Мы встали спинами друг к другу.

Генри вытянул верёвку, что обматывала его запястье, и взял её как лассо, приготовив скользящую петлю. Джо набрала воздуха в грудь и выдала еле слышное «М-м-м-м-м». Я же крепче сжал нож.

Овеум… как же мне не хватало овеума… дьявол… никаких сил…

Кай приближалась.

Шайка расступилась перед женщиной, а та выпрямила руку и указала на нас.

— Его. Дай мне его, Соло.

— Великая Кай… прошу вас, — примирительно сказал Генри. — Мы только прибыли, мы ещё не успели даже…

— Его-о! — выкрикнула женщина. Её палец с длинным белым ногтем указывал прямо на меня. В глазах пылало вожделение. — Я хочу его в свой Искусственный сад. Его, Соло. Забери его, а остальных отпусти. Пусть идут свободными. Но его забери! Забери его скорее!

Весь ужас её слов обрушился на меня морозом по коже, в этот момент я хотел лишь одного: раствориться в воздухе к чёртовой матери.

Здоровяк нахмурился, оглядывая меня.

— Его? Ты уверена, Кай? У него слишком смазливая рожа, он тощий, ты таких не любишь, — он поморщился. — Возьми лучше Генри Ордо. Я его давно знаю, мы с ним когда-то надрались в одном отличном трактире… я ведь никому не отказываю в компании выпить, даже врагам…

— Его! — взвизгнула женщина. — В нём больше кодо, чем в остальных! Я хочу его-о!

Здоровяк посмотрел на Генри.

— Ордо, отдай парня нам, и разойдёмся с миром. Я не хочу с тобой драться.

— Кай ошиблась. Он совсем ещё начинающий. Да и я своих людей не раздаю, — процедил Генри. — Пусть Кай ищет другого.

По лассо в его руке пробежали жёлто-голубые искры.

— Кай не хочет другого, ты же видишь. Её Искусственный сад не пополнялся уже месяц. Время пришло, она голодна. Мы все поклялись её кормить. И сейчас она хочет именно этого парня.

— Нет, Соло, — отрезал Генри. — Иначе познакомишься с моим Ягуаром.

— А ты познакомишься с гневом Кай, — рыкнул здоровяк. Обернулся и взглянул на мужчин с топорами. — Пусть Кай решает, кто ей нужен. Это не наше дело.

Те закивали.

Кай посмотрела на меня и протянула руки навстречу, её глаза потемнели, наполнились кровью, по щекам потекли тонкие красные струйки, и всем естеством я почувствовал, как её тёмная сущность, её аура, её мощный и ненасытный дух проникает в меня, а я не в силах был отвести от неё взгляд.

— Кай хочет тебя в свой Искусственный сад… очень хочет… — зашептало у меня в ушах. — Кай хочет тебя… иди же к ней…

Ноги сами собой сделали шаг навстречу женщине с протянутыми ко мне руками.

— Рэй. Нет! — Джо вцепилась в мой локоть и потянула обратно. — Не слушай её.

Девушка выступила вперёд.

— Присмотри себе кого-нибудь другого!

Она подняла руки над головой и приоткрыла рот, выпуская из себя, из самой утробы, вихри чёрного смерча. Вокруг загудело, зарокотало. Переулок и всех, кто в нём стоял, скрыло в плотном сизом тумане.

На это Кай только рассмеялась.

— Да как ты смеешь, маленькая грязная шлюшка, насылать на меня Шёпот? Лучше послушай-ка мой!

Джо замерла, её смерч стих, а тёмный туман рассеялся.

Переулок вновь осветило луной. И в наступившей гробовой тишине девушка вдруг завизжала, упала на колени, зажмурилась, опустив голову, а потом забилась в истеричном хохоте, заколотила ладонями по грязной брусчатке.

Вот этот безумный страшный хохот и выдернул меня из ступора.

Я огляделся, оценивая обстановку и расстояние до старухи. Чуть пригнулся, обхватил пальцами клинок ножа. Коротко