Месть Черного Лебедя - Кот Звездочет

и умирающего выставили на всеобщее обозрение на площади магического квартала в Риме. Будь это кто-то другой умер бы, но наш брат не хотел уходить, боролся за жизнь до конца. Не понимаю, зачем он вообще пустил в дом чужаков. Возможно, его вынудили так поступить или обманули.

Благодаря преданной вассальной семье ему удалось бежать. Вернее, под покровом ночи его сняли с эшафота и спрятали. Парня кое-как подлатали и доставили в Англию. Больше месяца мы с Аш выхаживали раненого, не давали ему уйти за Грань. Увы, магия Крови не всесильна, или, что вернее, я еще пока неофит и со многими проблемами не могу справиться. Остаточные явления злых чар не давали брату пойти на поправку. Думала, от бессилия сойду с ума.

Мне не у кого было учиться малефицизму. Пожелать на эмоциях гадость или добавить в ритуал проклятие могу, а вот снимать чужие сглазы не умею. Спасла парня Ирма. Маме удалось найти опытного темного целителя. Маг, пожелавший остаться инкогнито, снял почти все последствия пыток. На лице и теле остались многочисленные уродующие шрамы. Основная часть их базируется на конечностях.

Не понимаю, почему не изобрели зелье, артефакт или обряд для выращивания кожи? Поврежденные кости на новые заменить – всегда пожалуйста. Реддл и тело в состоянии вырастить, а с остальным почему-то случился ступор. Готова и ритуалы с жертвоприношениями провести, но нет таковых. Не помогла и знаменитая библиотека Арка. Хотя, наверное, плохо искала, времени-то у меня свободного и нет почти. Совсем припечет, создадим Фарнезе новое тело.

– Вэл, ничего страшного. Говорят, шрамы украшают мужчину.

За нарочитой бодростью прячется боль и отчаяние. Из-за контрактур ему больше не быть боевым магом. А он ведь жил боем. Без красоты еще как-нибудь бы обошелся, но без того, чем дышал – нет. Не позволю Луке провалиться в пучину депрессии. Слишком я к нему привязалась.

– У нас в клане подрастает будущий алхимик. Вот ты и займешься ее обучением. Станешь первым пациентом, – он собирался ответить, но я не позволила: – Ничего не хочу слышать! Задача минимум – изобретение эликсира нивелирующего последствия темных проклятий и ран, нанесенных магией и тварями.

Провела пальцами по изуродованной щеке парня. Лука больше не может похвастать притягательной внешностью. Заметила, как морщатся от отвращения при виде Фарнезе молоденькие девчонки, помощницы целителей. Это для меня он остался прежним: себе на уме, раздражающим, вредным братом. Постоянно к нему прикасаюсь, обнимаю. Показываю, что мне все равно на шрамы и я продолжаю его любить. Сдвинула ворот, полностью обнажив шею, убедилась, что ему видно последствие встречи с вампиром.

– Не волнуют собственные шрамы, твое дело. Возьми себя в руки, позаботься обо мне. Я красива и слишком молода, чтобы носить монашеские наряды. Так что еще неделя у тебя на отдых есть, а потом, будь добр, вставай и иди работай.

Он криво улыбнулся, крепко сжал мою ладонь. Чертовы рубцы мешают ему проявлять эмоции. Боги, а ведь у него остались раны, которые никогда не заживут. Знаю, о чем говорю. Мои до сих пор болят, и никакая месть не излечит их.

– Вэл, спасибо. За все. Я чувствовал твои прикосновения и магию. Это заставляло бороться. А теперь ты мне снова помогаешь. Дала смысл к существованию.

– Какой же ты неблагодарный, – проворчала я. – Ты обязан полноценно жить, а не влачить жалкое существование. И должен быть счастливым. Твои люди ждут выздоровления сюзерена. Твоя семья за тебя переживает. Мы все ждем, когда ты поправишься.

Сделала вид, будто не вижу блеснувших в его глазах слез. Сам он не чувствует, как соленая влага скользит по неровным щекам. Надеюсь, найдется та, кто полюбит его таким. Уродливое лицо не препятствие для брака, но хотелось бы, чтобы у Луки была полноценная семья.

Только Фарнезе поставили на ноги, в лазарет поступил Реддл. Марволо и парни из нашего кружка часто сопровождают боевые группы, совершающие проверки мест, где замечали подозрительную активность магиков и ходят в рейды. В один совсем не прекрасный день, боевая пятерка нарвалась на врагов, превосходящих числом и обладающих лучшим оснащением.

Выжили двое, Реддл и его учитель Паркинсон. Марк сумел воспользоваться портключем, сам, будучи тяжело раненым, вынес потерявшего сознание ученика. К сожалению, Паркинсона не удалось спасти.

С Марволо вампирское проклятие, построенное на магии Крови, и отравление снять получилось. Легко не было. Как-то не додумались запастись жертвами. Зато получилось прокачать свой резерв, и последующие подобные проблемы уже решались гораздо проще. Сделала вывод: используя заемную силу, не расту как маг и гемомант, мастерство не сдвигается с мертвой точки. Нужно постоянно себя превозмогать, тогда и случается переход на новый уровень развития дара.

– Ты можешь себе представить?! Эти уродливые твари им помогали!

Реддл, как пришел в себя и узнал о гибели учителя, полыхнул такой яростью, чуть чары расширения пространства со стен палатки не слетели. Мне, как его якорю, удалось перехватить торнадо и направить магию в накопители. Раненых слишком много, пришлось разворачивать палаточный лагерь. Идея, кстати, пришла в умную голову Альфарда. Брат и Флимонт Поттер и занялись созданием так необходимых нам помещений.

А ругал Реддл гоблинов.

– После победы надо будет прижать зеленомордых. Чтобы и носа не могли из своих нор высунуть.

– Марволо, поверь, мне гоблинов любить не за что. Но то, что ты предлагаешь – не выход. Скорее наоборот, толчок к новому, еще более кровопролитному конфликту.

Помню, как Гермиону ограбили и смеялись в лицо. Пока не прокляла банкиров, и не пошевелились. Было очевидно то, что гоблины вступят в союз с вампирами. Арктурус об этом еще в начале противостояния предупреждал. Многие семьи под разными предлогами опустошили гринготтские хранилища.

Воинственные коротышки каким-то образом обошли клятву, предоставили нашим врагам деньги, артефакты, информацию о клиентах и специфические магические услуги. Не надо гадать, что они попросили взамен. Гоблины были людоедами, ими и остались. Вынужденные веганы, загнанные в подземелья, лишенные прав, вряд ли забыли вкус нежного, насыщенного магией мяса. Как и вампиры желают вернуть былые времена, когда могли свободно питаться.

– И что ты предлагаешь? – раздраженно спросил Марволо.

Очень он не любит, чтобы с ним спорили.