Месть Черного Лебедя - Кот Звездочет

Блондинку не остановили слова, тон и явное пренебрежение. Снова полезла в атаку. Но в этот раз Орион был начеку, у змеюки близко подобраться не вышло.

– Дорогой! Кто это? Твоя сестра?

Вот же нахалка! Плюй в глаза – божья роса. Вообще-то, технически она права, я троюродная сестра Блэка.

– Это моя невеста. В последний раз предупреждаю, держитесь от меня подальше. Вейловские чары не действуют на того, кто по-настоящему любит.

В голубых глазах мелькнуло пламя. Эти существа имеют склонность к огненной магии. Она перевела взгляд на меня, видимо, таким образом решила напугать конкурентку. Не на ту нарвалась! Я чуть отпустила магию Крови. Радужка в эти моменты окрашивается в красный. Милашка просчиталась, мои очи выглядят страшнее. А еще опасные щупы коснулись ее лица. Только коснулись, предупредив, кто перед ней стоит. Она побледнела, попятилась, уступая нам дорогу.

Немного отошли, Орион спросил:

– Ты меня совсем не ревнуешь?

– А ты хотел, чтобы я, как плебейка, прилюдно оттаскала паразитку за косы?

Ага, этого он и опасался, но отчего-то обиделся, что не поступила опрометчиво. Хватило случая на приеме Поттеров. Особо одаренные до сих пор напоминают мне о срыве. Не прошло и года, Роган хорошо выдрессировал ученицу. Ни при каких обстоятельствах нельзя выходить из себя. Внешне все должно выглядеть пристойно, а уж о чем думаешь за крепкими ментальными щитами и как исподтишка действуешь – дело десятое.

– Мадемуазель Блэк! Тоньше! Надо действовать тоньше! – передразнила Рогана. Не смогла скрыть довольную улыбку.

– Вэл, ты ее прокляла?

Имею право! И зря, что ли, столько тренировалась. Пора переходить к практике.

– Конечно! Нечего тянуть лапы к моему жениху! Не переживай, ей не удастся доказать факт нападения. Уверена, проклятие обнаружат не скоро, – если отработала на отлично, вообще следов не найдут. Лет так через двадцать мой подарок сам рассосется. А пока, извини, я не могла поступить по-иному. – Ну, захворала девочка, значительно подурнела. С кем не бывает? Мне вот интересно, сколько еще на твоем факультете появится хворых?

Молчит. Значит, у него много поклонниц. Безусловно, я ревную. Просто пока не видишь, не думаешь о плохом. Само собой, больше всего здесь учится француженок, да еще и магиков, а они все без тормозов. Вон как нагло действуют. Возможно, Ориону приходилось и из постели гнать нахалок. Р-р-ры!

– Раз ты меня ревнуешь. А я тебя еще больше. Спать спокойно не могу, зная, что ты столько времени проводишь с этим красавчиком. Летом на Литу поженимся.

Открыла рот, закрыла. А что сказать? Мне подумать надо, взвесить все за и против.

– А почему именно на Литу?

– Потому что так хочу, – отрезал Блэк.

Не поспоришь! Орион вновь подставил локоть, и мы продолжили путешествие. Очень надеюсь, больше никто не посмеет испортить наш выходной.

Молча идем по главной артерии квартала "Рю де Шамп-Этернель", вымощенной брусчаткой, которая мягко пружинит, чтобы ноги милых дам не устали. Мимо проплывают магазины. Привлекла внимание витрина парфюмерного салона «Ню-де Фе». Слышала от Лукреции о хозяйке этой лавки, полувейле мадам Лефевр. Она создает уникальные духи. Ее «Грех» с теплым ароматом кожи и корицы в финале, уходящем в январский мороз и ускользающем, словно прозрачная тень, свел с ума не одну даму.

Не смогли пройти мимо аптеки «Лунный Корень». Полки уставлены хрустальными флаконами с зельями, которые переливаются, будто северное сияние. Хит продаж – «Маковый сироп». Это зелье от бессонницы. После приема засыпаешь под тихий мелодичный шепот стихов Аполлинера. Не рискнула бы такое лекарство принимать. В углу стойки дремлет огромный серый котище. Если его погладить и угостить лакомством, лениво подвинет хвостом нужное снадобье.

Орион много узнал о волшебном сердце Франции, ненавязчиво поделился со мной, стал приятным гидом. Жизнь квартала кипит с раннего утра и до поздней ночи. К примеру, в семь часов утра месье Карто открывает булочную «Дю Паин-э-де Рêves». Посетители могу полюбоваться виртуозной работой мастера. В полдень на площади «Плас-де-Мираж» каждый день появляется новый магазин-призрак: вчера это была лавка часов, завтра – кукольный театр. В сумерках из фонтана «Смеющийся тритон» выходят нимфы-прачки и стирают в воде лунные блики, чтобы те не пачкались. Их смех звучит словно перезвон хрустальных колокольчиков. Мне захотелось увидеть все эти чудеса.

– Хочу показать книжный магазин «Плюмаж и Пергамент». Поверь, тебе понравится. Но это после завтрака. Пойдем.

Расслабилась и прониклась волшебной атмосферой магического места. Играет музыка, в воздухе витает запах жареных драконьих орешков, напоминающих каштаны. Яркие краски совершенно не раздражают глаза.

Остановилась, на стене дома выцарапана надпись на древнегалльском: «Здесь спрятано крыло гиппогрифа». Правда это или нет, но туристы, судя по говору, американцы, активно тыкают палочками в рисунок. Народ неисправим.

Немного послушали уличных музыкантов. Пересекли площадь. Отметила в виртуальном дневнике: здесь есть театр-теней. Представления дают каждую субботу. Надо обязательно посетить. Во времена Гермионы удивительное здание было заброшено.

– А у меня для тебя есть сюрприз, – загадочно улыбнулся мой кавалер.

– Какой?

Ответить он не успел. Меня чуть не оглушил вопль:

– Вэл!

Налетевший ураган пожал руку Ориону, крепко обнял меня.

– Данте! Как ты здесь очутился? О, боги! А вырос-то как!

– А мы приехали вас навестить, – широко улыбнулся подросток.

Да какой там! Он уже ростом выше меня, скоро старших братьев догонит. Огляделась. Ага, у кондитерской за столиком под огромным зонтом сидят Альфард и Лука. После приветствия родичей прослезилась. Оказывается, очень сильно соскучилась по братьям. Жаль, Сигнус еще мал и его пока не выпускают из поместья.

Не помню, что кушала. Было вкусно и сладко в меру. Запомнился только замечательно сваренный кофе с перцем. Над чашкой вспыхивало пламя и вился дымок, будто в напитке спрятался маленький дракончик. Слушала треп Альфа и Данте, смеялась над едкими комментариями Луки.

– Я думала, ты надолго застрял в Америке.

С моей легкой руки брат увлекся алхимией. Как смог встать, укатил в Кастелобрушу. Учится и лечится. Почти справился со шрамами