Политическая история Римской империи. Том I - Юлий Беркович Циркин

Император принял полномочия проконсула не только по отношению к провинциям, как это было со времен Августа, но и к Италии, что давало ему возможность командовать войсками и здесь. Этим был сделан важный шаг к уравнению статуса Италии и провинций. Преторианская гвардия была реорганизована и увеличена, впредь она должна была формироваться из наиболее отличившихся воинов провинциальных легионов, и такое ее пополнение уничтожило привилегии италиков и давало возможность воинам легионов провести часть службы не на далеких границах, а в благоприятных условиях столицы. Естественно, что первыми новыми преторианцами стали солдаты Севера, отличившиеся в гражданской войне. Одновременно он на треть увеличил солдатское жалованье, не увеличивавшееся со времени Домициана, хотя стоимость жизни за это время значительно выросла[130], сверх этого не раз раздавал воинам деньги. Победы над внешними и внутренними врагами приносили богатую добычу, и значительная часть ее попадала в руки солдат.

Север стал активно привлекать профессиональных военных к службе в гражданских учреждениях. Он рассчитывал на присущее им чувство дисциплины и ответственности, но объективно это вело к милитаризации государственного аппарата. Отличившимся центурионам император предоставил право носить узкое золотое кольцо, полагавшееся всадникам. Само по себе это право еще не означало всаднического ранга, а во время службы являлось лишь знаком отличия. Но после ухода с военной службы и вступления в службу гражданскую такой бывший центурион мог получить всадническую должность и в этом качестве продолжить свою карьеру. И это в принципе открывало путь во второе сословие империи любому способному центуриону (а в общем, и солдату, поскольку центурионами обычно становились наиболее заслуженные солдаты) независимо от его происхождения[131]. А в период правления Северов среди центурионов, как уже было сказано, резко увеличилось число провинциалов, причем теперь среди них преобладали уроженцы менее романизованных провинций. Среди всаднических должностей важное место занимала прокуратура. Прокураторами могли стать бывшие центурионы и трибуны преторианских когорт. И до Септимия Севера солдатам и офицерам легионов этот путь был фактически закрыт, но он реорганизовал и преторианскую гвардию, сформировав ее из отличившихся воинов легионов. Все это вело к тому, что бывшие солдаты провинциальных легионов могли в перспективе претендовать на самые высокие посты в государстве.

Субъективно этим актом Север хотел, вероятно, не только отблагодарить воинов за поддержку, но и увеличить привлекательность военной службы. Хотя римская армия со времени Августа стала полностью профессиональной, формировалась она на добровольной основе. С течением времени желание римлян и италиков служить в армии иссякало. Легионерами все больше становились провинциалы, причем уроженцы наименее романизованных провинций из наиболее низких социальных слоев. Для этих людей военная служба являлась практически единственной возможностью вырваться из заколдованного круга все увеличивавшейся нищеты. Для них путь в элиту Империи был полностью закрыт. Дарование права ношения золотого кольца таким лишь слегка романизованным воинам давало им ощущение равенства с природными римлянами и возможность реального включения в имперскую элиту. Объективно этот шаг Севера вел не только к милитаризации правящего слоя Империи, но и к его варваризации. Конечно, центурионы, прослужившие в армии большую часть жизни, и даже рядовые солдаты за время службы не только усваивали латинский язык и римский, хотя и армейский, образ жизни, но и проникались римским духом, правда через призму солдатского восприятия.

Другим важным шагом Севера была легализация солдатского брака. До этого времени связь солдата с женщиной, как было сказано, считалась простым сожительством, не дававшим сторонам никаких прав, а их дети были незаконнорожденными. Теперь эта связь была легализована, солдатские жены получали все необходимые права, а сыновья становились наследниками отцов и римскими гражданами, особенно если они вступали в военную службу. Семейным солдатам император разрешил жить не в казармах, а в особых поселках — канабах и арендовать участки на лагерной земле. Это привело к возникновению солдатских средних хозяйств размером до 400 югеров, т. е. 100 га. Армия стала более оседлой и меньше зависимой от центра, усилились ее экономические связи с окружающим населением. Этот акт Севера тоже был направлен на повышение привлекательности военной службы. Но его долговременные последствия оказались весьма тревожными. Став более оседлой и связанной в большей степени с окружающим миром, армия могла потерять (а позже фактически и потеряла) чувство причастности к Империи в целом. Происходит регионализация армии. В общеисторическом же плане создание солдатских поселений на принципах, близких к античным, должно было помочь выйти из кризиса путем распространения античных структур на легионные земли, ранее изъятые из социально-экономических связей. В том же направлении должны были идти такие мероприятия Севера, как продажа на льготных условиях земельных участков из государственного фонда.

Наконец, вручение командования тремя вновь созданными легионами префектам всаднического ранга означало первый шаг к разделению военной и гражданской службы на высшем уровне и к профессионализации высшего военного командования.

Из верхушки всадничества, армейских верхов и личных друзей и земляков Север фактически формирует новую знать, оттесняющую старую сенатскую.

Септимий Север положил начало созданию res privata. Под ним подразумевалось личное имущество императора, отделенное от государственного. Оно формировалось из имущества, конфискованного Севером после победы над своими соперниками. Создавалась специальная служба для управления этим имуществом. Тем самым имущество принцепса как государя отделялось от имущества того же принцепса как частного собственника. Принципат, таким образом, получал собственную экономическую базу, независимую от личности императора.

Основная тяжесть непосредственного управления государством падает на императорский бюрократический аппарат. При Севере он увеличивается, пополняясь за счет всадников и даже простых солдат. Это происходит и на общегосударственном, и на провинциальном уровнях. Создается большое количество разнообразных управлений, в том числе департаментов императорской канцелярии, руководимых прокураторами из числа всадников. Север и его наследники, как уже было сказано, создали 50 новых прокураторских постов. Созданная Севером провинция Месопотамия, очень важная в стратегическом отношении, управляется, как и Египет, префектом из числа всадников. Ее первым префектом стал африканец Тиб. Клавдий Субациан Аквила, позже префект Египта. В это же время его брат Прокул являлся префектом претория. Характерно, что оба брата происходили из Нумидии и явно принадлежали к тому африканскому клану, который выдвинулся при Септимии Севере.

Таким образом, внутренняя политика Севера при всех ее противоречиях была направлена на создание нового государства как в социально-экономическом, так и политическом плане.

Юлия Домна

Север, как уже было сказано, происходил из Африки. После смерти своей первой жены он женился на знатной сириянке Юлии Домне, так что по своему происхождению и родственным связям был типичным