Хроника - Салимбене де Адам

ни одного точного срока, хотя некоторым казалось, что он это сделал; а он допустил множественность сроков, сказав: «Бог может еще открывать тайны Свои, и их свидетелями будут те, кто будет жить».

О двух других иоахимитах, побудивших брата Уго начать диспут с неким братом-проповедником об учении аббата Иоахима

Когда же я увидел, что в келье брата Уго собирались судьи, нотарии, врачи и другие образованные люди, дабы /f. 309c/ послушать рассуждения самого брата Уго об учении аббата Иоахима, вспомнился мне Елисей, о коем читаем, 4 Цар. 6, 32: «Елисей же сидел в своем доме, и старцы сидели у него». А в те дни появились два иоахимита из неаполитанского монастыря; одного из них звали братом Иоанном, он был из Франции, другого – братом Иоаннином Пиголино из Пармы, он был неаполитанским певчим. Они пришли в Йер повидать брата Уго и послушать его беседы об учении Иоахима. Тогда же появились еще два брата-проповедника, возвращавшихся из Парижа со своего генерального капитула; одного из них звали брат Петр из Апулии, он был лектором в ордене проповедников в Неаполе, человеком образованным и весьма красноречивым; здесь они ждали подходящей для плавания погоды, ибо в этом краю у них не было своей обители. Однажды после обеда брат Иоаннин, неаполитанский певчий, хорошо знавший Петра, спросил его: «Брат Петр, что вы думаете об учении аббата Иоахима?» Брат Петр ответил: «Меня так же интересует Иоахим, как пятое колесо в телеге. Еще Григорий в гомилии[1183] на слова Евангелия: “Будут знамения в солнце и луне и звездах” (Лк. 21, 25), – полагал, что в его время как бы наступает конец света, ибо пришли тогда лангобарды[1184] и все разрушали». И вот брат Иоаннин поспешил в келью брата Уго и в присутствии этих, неоднократно упоминавшихся лиц, сказал ему: «Здесь находится некий брат-проповедник, который совсем не верит в учение Иоахима». На что брат Уго сказал: «Что мне за дело, если он не верит? /f. 309d/ Это его вина. Сам увидит, когда “мучение даст понимание слуху” (Ис. 28, 19). Тем не менее позовите его на диспут, и мы послушаем, в чем он сомневается».

О диспуте брата Уго с братом Петром, неаполитанским лектором из ордена братьев-проповедников, по поводу сочинений аббата Иоахима

И вот Петра позвали; он пришел, но без всякой охоты, то ли потому, что ни во что не ставил Иоахима, то ли потому, что полагал, что в этой обители нет равного ему по образованности и знанию Священного Писания. При виде его брат Уго сказал: «Это ты сомневаешься в учении Иоахима?» Ответил брат Петр: «Воистину так». Ему брат Уго: «А читал ли ты когда-нибудь Иоахима?» Петр в ответ: «Читал и хорошо читал». На что брат Уго заметил: «Я полагаю, что ты читал его так, как читала Псалтирь некая женщина, которая не знала, о чем говорится в конце, и не помнила то, что прочла в начале. Много таких читающих и не понимающих, либо потому, что презирают то, что читают, либо потому, что “омрачилось несмысленное их сердце” (Рим. 1, 21). А теперь скажи мне, что ты хочешь послушать об Иоахиме, дабы нам знать, в чем ты прежде всего сомневаешься». «Хочу, – отвечал брат Петр, – чтобы ты мне доказал на основании слов Исаии, как учит аббат Иоахим, что жизни императора Фридриха положен предел в 70 лет (а он до сего времени жив) и что он умрет только по промыслу Божию, то есть не насильственной, а естественной смертью»[1185]. Брат Уго сказал ему: «Отвечу с удовольствием, но слушай внимательно, а не как риторы, с насмешками. Ибо, чтобы приблизиться к этому учению, надо иметь веру. Ведь аббат Иоахим был человеком святым, и он говорит, что все его предсказания о будущем были открыты ему Богом для пользы человеческой, по слову Писания, Пс. 59, 6[1186]: “Ты даровал боящимся Тебя /f. 310a/ знамение, чтобы они бежали вида лука”. И посему я верю в небесное откровение, ибо если я верю в будущие скорби за грехи человеческие, то от этого мне не будет никакого вреда, но отсюда я могу извлечь большую пользу, как говорит Григорий[1187]: “Ибо меньше поражают те стрелы, о которых знаешь заранее, и мы с большим терпением переносим беды мирские, если ограждаемся от них щитом предвидения”. Посему сказал мудрец, Притч. 28, 14: “Блажен человек, который всегда пребывает в благоговении; а кто ожесточает сердце свое, тот попадет в беду”. О том же Сир. 18, 27: “Человек мудрый во всем будет осторожен”. О том же, Иероним: “Благоразумно бояться того, что может случиться”[1188]. Также Сир. 1, 21: “Страх Господень отгоняет грехи; не имеющий же страха не может оправдаться”. Об этом же сказано ниже, в той же главе, 28: “Не будь недоверчивым к страху пред Господом”. Еще, Сир. 33, 1: “Боящемуся Господа не приключится зла, но и в искушении Он избавит его”.

Пример некоего юноши, который, обратившись с молитвой к Богу, оказался на другом берегу реки

Вот пример одного юноши: когда некая юница склоняла его ко греху, он вознес молитву Господу и очутился по ту сторону реки. Посему Господь сказал: “Я сохраню тебя от годины искушения, которая придет на всю вселенную, чтобы испытать живущих на земле”, Апок. 3, 10.

О терпении аббата Иоахима и о его святости

Мы можем привести еще один пример святости Иоахима (кроме того, что мы читаем в его Житии)[1189], являющий нам его величайшее терпение. Когда Иоахим, до того как стать аббатом, находился в монастыре на положении подчиненного и простого монаха, на него рассердился рефекторарий и в течение целого года постоянно наливал в его чашу для питья воду, желая кормить “его скудно хлебом и скудно водою” (3 Цар. 22, 27). И Иоахим переносил сие терпеливо и не жаловался, как сказано[1190]:

Не слышно ропота, не слышно жалобы, /f. 310b/

Но дух сознательный, сердцем безмолвствуя,

Блюдет терпение.

Когда же в конце года Иоахим во время трапезы сидел рядом с аббатом, тот спросил его: “Почему ты пьешь белое вино и не угощаешь меня? Неужели ты так дурно воспитан?” На это святой Иоахим ответил ему: “Мне стыдно было, отче, вам его предложить, ибо со мной тайна моя”. Тогда