Забытые чувства - Ана Эм

– Понятно. – тихо выдыхает Адриано, смотря на меня так, будто видит впервые.

Сейчас он не похож на человека, который потерпел поражение. Скорее на того, кто никак не может разобраться в сути бытия. Он не злится, не задает вопросов. Он будто бы смирился с неизбежным. Он?..Он думает, что все это было игрой? Думает, я воспользовалась им? Думает, я пришла сюда, чтобы расправиться с ним?

– Корона никогда не будет принадлежать никому, кроме Эспасито. – продолжаю я, и он кивает. – Поэтому я спрошу лишь раз.

Его брови сходятся на переносице.

– И от твоего ответа будет зависеть исход дальнейших событий.

Вдох.

Сжимаю кинжал крепче.

Выдох.

– Готов ли ты отказаться от Короны ради меня?

Его рот приоткрывается. Адриано кажется шокированным. Даже больше, чем когда узнал о том, что я босс. Кажется, будто он ожидал чего-угодно, но не этого.

Из него вырывается смешок:

– Это даже не вопрос.

Не сводя с меня своих синих глаз, он медленно опускается передо мной на колени.

Встань передо мной на колени, Адриано Мартинелли. И я признаю, что принадлежу тебе.

Сердце пропускает удар. Кинжал выскальзывает из рук и со звоном ударяется о пол. На трясущихся ногах я подхожу к нему и опускаюсь рядом. Теперь мы оба стоим на коленях друг перед другом. Как равные. В его глазах непонимание. И за это я люблю его еще больше. Адриано никогда, ни разу в жизни, ни на секунду не сомневался в своей любви ко мне. Он был готов к любому финалу, потому что уже давно принял решение касательно нас.

Теперь мой черед принять подобное решение.

Снимаю с себя перчатки. Сначала одну, затем вторую. Но прежде снимаю кольцо, что когда-то надела на себя сама, и протягиваю ему. Он принимает его скорее машинально, все еще не до конца понимая, что происходит.

Перчатки летят на пол.

– Спроси меня еще раз, Адриано. – шепчу, поймав его взгляд. – Спроси, хочу ли я стать твоей женой.

Его дыхание учащается. Глаза ищут, пытаются найти правду на моем лице, пытаются осознать происходящее.

Он сглатывает, крепко сжимая кольцо в ладони. На моих губах появляется улыбка. Настоящая улыбка. Одна из тех, что прорастает из самого сердца

– Твой ход, amore. – произношу я.

– Ты… – хрипло выдыхает он, качая головой. – Доминика Эспасито, ты станешь моей женой?

– Да. – тут же отвечаю я, обхватив его лицо руками. – Да, потому что я твоя. Потому что ты мой. И потому что я люблю тебя, Адриано Мартинелли. Только тебя…

Он накрывает мой рот своим, забирая с собой весь кислород. И я целую его в ответ так, как никогда до этого. Обхватив меня рукой за талию, он поднимается сам и поднимает меня. Прямо как тогда в бассейне. Он поднимает нас обоих.

Я прерываю поцелуй и делаю глубокий вдох.

– Ты выбираешь меня? – спрашивает он с легким недоверием и берет мою руку в свою.

Я киваю.

– Не только тебя.

Он одевает кольцо на мой безымянный палец, и я позволяю, потому что это кажется правильным. Принадлежать ему.

Перехватываю его руку и кладу себе на живот.

– Я выбираю нас.

– Что?.. – он замирает.

Снова киваю, даже не пытаясь подавить ком в горле. Слезы застилают глаза, скатываясь по моим щекам.

– Ты…

Замечаю блеск в его синеве.

– Наверное, нужно было сообщить как-то иначе, но времени нет…

– Подожди. – он обхватывает меня руками за плечи так крепко, будто боится, что я растворюсь прямо в воздухе. – Но ты говорила…

– Знаю.

– Ты. Я. То есть…Это возможно? Ты уверена?

По его щеке скатывается слеза, и я смахиваю ее большим пальцем.

– Не на сто процентов, но думаю, да. Я сделала тест. – прижимаю ладонь к его щетине. – Я беременна, Адриано. У нас будет ребенок.

Из него вырывается смех, и он притягивает меня к себе, снова целуя. Клянусь, я готова простоять так с ним весь день, однако…

– Я убила того, кого ты послал. – признаюсь, отстранившись.

Он усмехается.

– Мои браться разобрались с теми, кого послала ты. Дротики? Серьезно?

Вырываюсь из его объятий.

– Хлороформ? Серьезно? Я вообще-то беременна.

– Но я же не… – начинает он, но тут же передумывает спорить.

Отличная тактика. На споры все равно сейчас нет времени.

– Нужно убираться отсюда. – сбрасываю с себя туфли, и его брови вдруг сходятся на переносице.

– Твои сестры сказали, что ровно в три собираются сделать что-то, что сильно не понравится капо и…боссу. То есть, тебе.

Что? Мне? Что такого они могут сделать, что мне не понравится?

Подхватываю с пола перчатки и натягиваю на руки. Стоп.

Ко мне приходит осознание.

– Твою мать. – выдыхаю я.

Ну, конечно. Бьянка, чтоб ее.

Бросаюсь к шкафчику у стены. Еще вчера я попросила Антонио напичкать комнаты оружием на всякий случай.

– Надеюсь, ты не против, что я теперь без приданного? – спрашиваю, опускаясь на корточки перед нижним шкафчиком.

– Что? – недоумевает Адриано, наблюдая за мной.

Перебросив волосы назад, достаю черную сумку.

– Сестры опустошили Корону. – достаю ремень с запасными магазинами и прицепляю к бедру. – База данных, о которой ты спрашивал. Ее создала Бьянка. У нее полный доступ.

Черт. Здесь нет глушителей. Дерьмо.

– Это был мой запасной план. Разделить города и забрать все деньги вместе с бизнесом себе, чтобы приструнить капо и направить всю угрозу с сестер на себя. – проверяю магазины и заряжаю два пистолета. – В случае моей смерти, все должно было отойти на благотворительность. Теперь я не имею ни малейшего понятия, куда она направила средства. Точно не мне, раз уж помогла тебе. Что в голове у Бьянки, может знать только Бьянка.

Почему я сбросила их со счетов? Они обе так уверенно толкали меня к Адриано. Я должна была догадаться, что они попытаются выкинуть нечто подобное. Если они связались с ним, значит, знали, что меня собираются усыпить и забрать отсюда силой…

Я убью их.

Выпрямляюсь, запихнув сумку обратно в шкаф.

Адриано смотрит на меня как-то странно.

– Что? – спрашиваю, приближаясь к нему и протягивая один из пистолетов.

– Кажется, я только что влюбился в тебя еще раз. – хмуро сообщает он, забирая из моих рук оружие.

– Это проблема? – вскидываю брови.

– Да, мать твою, потому что ты же…черт возьми, ты просто…невероятна.

– Почему мне кажется, что ты собирался сказать нечто другое?

– Потому что так оно и есть. Черт тебя побери, Ника, как ты можешь быть такой безрассудной? А? Так трудно было поговорить со мной?

– О. Теперь ты хочешь