Аристократ - Анна Кондакова

— Я ничего не скрываю, — произнёс я тихо. — Вы попросили меня дождаться Суда, я и жду. Или от меня ещё что-то требуется?

— От тебя требуется сидеть тихо и не провоцировать волнения в городе, — отрезала Сильвер.

Я остановился, высвободил руку из её цепких пальцев и серьёзно на неё посмотрел.

— Их уже без меня спровоцировали, док. Война не за горами.

Она покачала головой.

— Мы сдерживаем её, как можем. Нам не нужна война, Рэй.

— Ну вот и отлично. Продолжайте сдерживать, а я пошёл в медблок, — ответил я, пожав плечом, и снова зашагал вдоль дорожки.

Сильвер догнала меня и пошла рядом.

— Послушай, я не знаю, что ты задумал, и зря ты скрываешь это от меня, но я на твоей стороне. Ринги просто так не дадут тебе попасть на Суд. У них много агентов и помощников по всей стране, даже в Ронстаде. И даже, возможно, в моей школе. Рэй, чёрт возьми! Я хочу знать, что ты задумал! — Она опять не сдержалась и схватила меня за руку, на этот раз за запястье. Повернула лицом к себе и заглянула в глаза. — Я могу помочь тебе, если нужно. Только попроси.

Я нахмурился.

— Вы сами со мной не особо честны, док. Вот что вы планируете предъявить Лэнсому на Суде, кроме меня? Вы и патриций Орриван. Что вы задумали? Хотите представить Суду одну из Пяти Печатей? Только никак не можете придумать, как поделить её на всех? Кто у вас тут в Ронстаде живёт, кто раньше владел Печатями? Баумы, Сильверы и Орриваны? Тут ещё Соло нарисовались, им тоже хочется. А Печать у вас одна… и на всех она не делится.

Сильвер побледнела и мгновенно отпустила мою руку.

— Кто тебе сказал?..

— Док, вы сначала со своими делами разберитесь, а потом в мои лезьте, — ответил я. — А теперь мне нужно идти. Но если вы хотите мне помочь, то я бы попросил выбить у государственного обвинителя хотя бы пару часов свободного от наблюдения времени в сутки. Для меня это будет бесценная помощь с вашей стороны.

Сильвер быстро взяла себя в руки. Её голос снова стал холодным.

— Я постараюсь, но не обещаю.

Мы ещё раз посмотрели друг другу в глаза.

— И вот ещё что, Рэй, — добавила она, — завтра вечером открывается белая граница. Будет много гостей, приедут родители учеников… И я прошу тебя, будь осторожен в этой толчее. Я бы на время спрятала тебя…

— Нет, только не подвал, — перебил я её. — И вообще, хватит меня прятать.

Сильвер смолкла и оглядела моё лицо с тревогой, как-то даже по-матерински (не знаю, как смотрят по-матерински, но, наверняка, примерно так, как посмотрела на меня Ли Сильвер). Потом она кивнула мне, развернулась и уверенной походкой направилась в школу.

Я бросил ей в спину мрачный взгляд.

И пошёл в противоположную сторону.

Глава 4.2

В медблоке царила напряжённая атмосфера.

По коридору, из кабинета в кабинет, сновали рунные ведьмы, и на меня они не обращали внимания. Из восьмой приёмной выскочила Хлоя, сосредоточенная и хмурая, даже злая.

Увидев меня, она приостановилась и указала себе за спину, на дверь приёмной, которую только что покинула. Я кивнул, и мы молча прошли мимо друг друга. Но по пути мой нос всё же уловил густой цветочно-фруктовый аромат Хлои, и по телу тут же пронёсся жар…

Я прибавил шагу и поспешил скрыться в кабинете.

Там меня уже ждал Бен Баум.

— Времени у нас немного, Рэй, — объявил он негромко, уставшим голосом.

Да и выглядел старик смертельно уставшим. Он сидел в кресле, но как только я вошёл, поднялся и направился ко мне, протягивая ладонь. Мы пожали руки.

— Рад, что ты пришёл, — сказал Бен.

Только произнёс он это слишком уж мрачно.

— Хлоя недовольна, что вы используете медблок для встреч со мной? — спросил я.

Бен кивнул.

— Для начала скажу, что она тебя боится. И это ещё мягко сказано. К тому же, мы подвергаем её риску. Если директор школы узнает, что Хлоя впускает постороннего в медблок, её мгновенно выставят за дверь. Сам знаешь, что будет с рунным фортисом на улицах Ронстада. Особенно, если она потеряет свою хозяйку. За Хлоей выстроится целая очередь не слишком приятных парней.

Тут я был согласен. Судьба рунных адептов в Ронстаде была незавидной, и за хорошего хозяина они держались мёртвой хваткой. Хлоя, и правда, сильно рисковала, помогая нам.

— Ладно, с Хлоей потом разберёмся, — ответил я. — Что с отрядом?

Бен внимательно на меня посмотрел.

— Как с сестрой повидался? Не зря в больницу скатался?

— Не зря, — бросил я и повторил свой вопрос: — Так что с отрядом, адмирал?

— Сразу к делу? Согласен. — Он отошёл от меня и встал у стола, опершись бедром на крышку. Сложил руки на груди и сообщил с холодком в голосе: — Задача стоит перед отрядом небольшая, но серьёзная. И на данном этапе очень важная для Архитектора. Для всего Ронстада, если на то пошло. Итак. В пятницу вечером, на следующей неделе, в фамильном особняке погибшего Мэтто Соло будет проходить церемония посвящения в патриции. Передача общей родовой силы, торжество, грандиозное событие в светской жизни города. Ты ведь в курсе, кто станет новым патрицием у Соло?

Бен отлично знал, что я в курсе. Как и знал о моих непростых отношениях с Питером, да и со всем кланом Соло, но всё равно уточнил — изучал мою реакцию.

Однако я никак не среагировал, только спросил:

— И что дальше?

— После того, как Питер Соло будет провозглашён новым патрицием своего клана и получит его общую родовую силу, он будет иметь право претендовать на некую реликвию, что у нас есть…

— Бен, говорите прямо, — перебил я его. — Питер будет претендовать на одну из Пяти Печатей, которую вы никак поделить не можете?

Бен громко хмыкнул и прищурился.

— Догадался уже? Ну что ж. Этим ты мне и нравишься. — Он задумался на несколько секунд и продолжил уже другим тоном, более доверительным: — Ладно, парень. Какая у тебя задача. Судьба Печати будет решаться в тот же вечер, после полуночи. Как только завершится торжество у Соло. На Печать претендуют несколько человек, и хозяин реликвии в итоге будет определён на городском Совете. Совет решено проводить там же, в особняке Соло, чтобы не затягивать с решением. И тот патриций, который получит Печать, отправится вместе с тобой на Суд отстаивать интересы Ронстада.

— А кто ещё претендует на Печать? — уточнил