Я стал бессмертным в мире смертных - Let me laugh

Фан Мэн строго посмотрел на него:

— Кто сказал, что тебя хотят запереть? Кто посмеет это сделать — я первый ему голову оторву! Я поддержу любое твое решение. Но за Чжоу Сюэ явно стоит какой-то великий мастер. Семья Фан обязана ей своим нынешним положением. Но она всё-таки женщина. Если ты не сделаешь шаг, можешь ли ты гарантировать, что она никогда не выйдет замуж за другого? А если выйдет — останется ли ее сердце преданным семье Фан? Даже если мы не будем ее удерживать, со временем она станет для нас чужой.

— Я не собираюсь тебя принуждать. Но я хочу, чтобы ты приложил усилия. Хотя бы покажи ей, что ты не против. Твой четвертый дядя писал ей, и она ответила, что всё зависит от твоего желания. Ханьюй тоже говорил мне, что Чжоу Сюэ ты явно симпатичен. Это только ты у нас задрал нос и строишь из себя невесть что!

— Послушай деда. Для мужчины иметь несколько жен и наложниц — дело обычное. Но главную жену нужно выбирать не только по велению сердца. Чувства приходят и уходят, а надежный человек рядом — это важно. Чжоу Сюэ станет для тебя лучшей опорой!

Фан Ван открыл рот, чувствуя полное замешательство. Неужели Чжоу Сюэ действительно он нравится? Со стороны это было совсем не заметно!

«Ну и ну! — подумал он. — Просто перекинула мяч на мою сторону!»

Фан Ван ответил:

— Раз так, я согласен. Я найду возможность поговорить с ней. Но если она откажется — не вините меня. Семья Фан поступает честно, мы не можем ее принуждать. Если она не захочет — настаивать не будем.

Фан Мэн, поглаживая бороду, рассмеялся:

— Само собой!

Глава 84. Секта в опасности, срочно возвращайся!

— Дедушка, а какое второе дело? — спросил Фан Ван, как только дед согласился на первое, и тут же сменил тему.

Фан Мэн перестал улыбаться и спросил:

— Ты как-то причастен к тому, что Династия Ци превращается в империю практиков? Или, может, знаешь что-нибудь об этом?

Фан Ван покачал головой:

— Я всё время провожу в тренировках и не слежу за такими вещами. А что именно тебя беспокоит?

— В последние годы при дворе творится что-то странное. Министры исчезают один за другим, чиновники меняются быстрее, чем рождаются дети в столице. Пока я ехал к тебе, заметил, что в городах стало куда тише, чем раньше. Люди живут в страхе. Я разузнал: говорят, власти силой сгоняют народ на раскопки духовных жил, и те, кто уходит, больше не возвращаются. Я помогал основателю династии поднимать восстание, вместе с ним завоевывал этот мир. И пусть в Династии Ци находились те, кто желал нам зла, я вложил в эту страну всю душу и не хочу, чтобы кто-то её разрушил.

— К тому же, наш дом Фан — это поместье государственного гуна. Вы с рождения живете в роскоши, а ведь она создана трудом простого народа, — серьезно произнес Фан Мэн. Он говорил осторожно, внимательно следя за выражением лица внука.

Взгляды людей меняются вместе с их положением, и он опасался, что Фан Ван окончательно перенял мышление бессмертных, которым плевать на жизни простых смертных, лишь бы процветал мир культивации.

Фан Ван на мгновение задумался.

— Давай так: когда я вернусь в Секту Великого Океана, я расспрошу своего учителя. Если он не даст внятного ответа, я пойду к главе секты.

Фан Мэн с облегчением выдохнул. На его лице снова появилась улыбка, и он крепко похлопал внука по плечу.

— Хороший мой внук. Долголетие — штука призрачная. В жизни важнее всего то, каким человеком ты станешь. А если уж суждено обрести бессмертие, то нужно думать, каким ты станешь бессмертным, — наставительно произнес Фан Мэн.

«Каким бессмертным? Тем, кто делает всё, что пожелает!» — подумал Фан Ван про себя, но вслух не сказал. Он был не глуп и понимал, что имел в виду дед. Для таких людей, как Фан Мэн, верность стране и долг были превыше всего.

После этого Фан Мэн сменил тему и заговорил о делах семьи Фан.

За шестнадцать лет в роду Фан появилось уже несколько сотен практиков. Хотя большинство находилось лишь в Царстве Питания Ци, этого было достаточно, чтобы обеспечить безопасность семьи.

Вспоминая, как когда-то один-единственный практик Царства Питания Ци чуть не истребил весь их род, дед и внук невольно вздохнули. В ту ночь они проговорили до самого рассвета.

...

На следующий день в полдень Фан Ван сидел на краю моста, поглощая энергию. Сражение с Кун Си из Секты Меча далось ему легко, но оно потребовало огромного количества духовной энергии. Мечевой Массив Лазурного Грома Девяти Небес был слишком затратным — одна только победа над Кун Си поглотила половину его запасов. Ему нужно было как можно скорее восстановиться, чтобы быть во всеоружии.

Сяо Цзы лежала слева от него, продолжая постигать путь меча.

Любое шумное празднество рано или поздно заканчивается. Большинство представителей различных сил уже покинули это место, включая семью Фан, уехавшую рано утром. Те, кто остался, тоже собирались в путь.

Фан Ван планировал вернуться в Секту Великого Океана, как только восстановит силы. Он давно там не был, пора бы и показаться. После всего случившегося он вернется триумфатором, и эта мысль его изрядно подбадривала.

В этот момент Фан Ван что-то почувствовал. Он открыл глаза, перевернул правую ладонь и достал свой жетон ученика. Из него раздался голос Гуан Цюсяня:

— Секта в опасности! Срочно возвращайся!

Голос Гуан Цюсяня был необычайно тяжелым. Фан Ван впервые слышал, чтобы тот говорил в таком тоне.

Фан Ван нахмурился. Гуан Цюсянь звал только его или всех учеников сразу?

Вскоре к нему, словно порыв ветра, подлетел Фан Ханьюй и замер за спиной.

— Фан Ван, ты слышал слова главы? — вполголоса спросил он.

Фан Ван встал и посмотрел на него:

— «Секта в опасности, срочно возвращайся»?

Фан Ханьюй кивнул и добавил:

— Похоже, это призыв ко всем ученикам. В Секте Великого Океана случилось что-то серьезное. Нам нужно возвращаться, Фан Синь и остальные всё еще там.

Фан Ван колебался. Он только что пережил большой бой и всё еще восстанавливал силы. Возвращаться сейчас было не лучшей идеей. Но если Гуан Цюсянь призывает всех учеников, находящихся за пределами секты...

Неужели...

Фан Ван внезапно вспомнил слова Чжоу Сюэ о