Политическая история Римской империи. Том I - Юлий Беркович Циркин

мешало сенаторам свысока смотреть на «выскочку» и выражать свое недовольство приходом к власти всадника. Население Рима привыкло, что прибытие нового императора сопровождалось щедрыми дарами и денежными раздачами, и столь долгое отсутствие Макрина, а следовательно, и ожидаемых даров вызывали его возмущение. Во время одного из цирковых представлений римляне довольно громко выражали свое недовольство. Стремясь закрепить трон за своей семьей, Макрин объявил своего 9-летнего сына Диадумена соправителем и дал ему титул цезаря. Одновременно он включил в набор имен сына имя Антонин, показывая этим свое стремление войти в семью убитого Каракаллы и явно подражая Септимию Северу, посмертно введшему себя в дом Антонинов.

Враги Макрина распространяли слухи о нежелании императора прибыть в Рим из-за любви принцепса к роскошной жизни в Антиохии. В действительности же столь долгое пребывание его в этом городе было вызвано, вероятнее всего, сложным положением на Востоке. Сначала он продолжил парфянскую кампанию. Но скоро стало ясно, что она будет тяжелой и неплодотворной. Амбиций Каракаллы Макрин не имел, и весной 218 г. он заключил мир, не изменивший существовавшую границу. При этом он выплатил парфянскому царю 200 млн сестерциев и восстановил независимость Армении, сделав ее царем Трдата II. После этого ему было нужно решать внутренние дела.

Положение Макрина было трудным. Хотя он пытался договориться с сенатом, тот его ненавидел. Скудость средств заставила нового императора сократить различные раздачи, что вызвало недовольство населения и, что было еще важнее, солдат, а его попытки укрепить дисциплину в армии еще более озлобили легионеров. Этим воспользовалась родственница Септимия Севера (сестра его жены) сириянка Юлия Меса, развернувшая пропаганду в сирийских войсках. В частности, был распространен слух, что ее внук Варий Авит Бассиан в действительности внебрачный сын любимого солдатами Каракаллы. И 16 мая 218 г. сирийские солдаты подняли мятеж в пользу Авита, которого восточная армия поддержала. На стороне Макрина остались только преторианцы и вспомогательные отряды. В решающем сражении около Антиохии 8 июня он был разбит, бежал и затем убит. Еще раньше, предвидя почти неминуемое поражение, император отослал своего сына в Парфию, но по пути тот был застигнут воинами Авита и тоже убит. Победители расправились и со сторонниками Макрина. Обоих префектов претория, Нестора и Басилиана, казнили. Ту же участь испытали и другие выдвиженцы бывшего императора. Зато убийца Макрина Клавдий Элий Поллион был возведен в сенаторский ранг, хотя был простым центурионом.

Сенат с удовольствием воспринял весть о свержении и смерти не столько ненавидимого, сколько презираемого им Макрина. И 13 июля Авит был признан императором под именем Императора Цезаря Марка Аврелия Антонина Августа. Это имя точно повторяло официальное имя Каракаллы и подчеркивало, что после печального перерыва во время правления всадника власть вернулась к прежней династии.

Авит был наследственным жрецом сирийского бога Эл-Гебала. Не очень-то разбиравшиеся в восточных культах римляне приняли имя бога за собственное имя нового императора и прозвали его Элагабалом (или Гелиогабалом). Новому императору было всего 14 лет, и бразды правления сосредоточились в руках бабушки и нескольких любимцев. Бабушка и мать даже присутствовали на заседаниях сената. Любимого танцора, вольноотпущенника и бывшего солдата П. Валерия Комазона Эвтихиана император сделал префектом претория.

Семья нового императора не была чужда Риму. Его отец С. Варий Марцелл являлся одним из соратников Септимия Севера и Каракаллы и при первом стал сенатором. Он исполнял ряд важных должностей, и будущий принцепс до 217 г. находился и воспитывался в Риме и только после убийства Каракаллы уехал с матерью в сирийскую Эмесу. Однако, несмотря на это, Элагабал и в Риме чувствовал себя больше жрецом своего бога, чем главой римского государства. Уже признанный императором, он не торопился прибыть в столицу. Лишь осенью 218 г. Элагабал покинул Антиохию и медленно стал двигаться в Италию через Малую Азию и Балканский полуостров. Только в июле следующего года новый император прибыл в Рим. Часто останавливаясь, он в первую очередь решал там культовые проблемы, явно занимавшие его больше всего. Уезжая в Рим, он взял с собой конический черный камень, воплощавший солнечного бога, и еще по пути издал эдикт, объявлявший Непобедимое Солнце Элагабала высшим богом всей Римской империи, и все ее жители отныне должны были чтить этого бога выше всех других божеств, включая Юпитера Наилучшего Высочайшего.

Элагабал

Александр Север

Тотчас же в некоторых малоазийских городах началось строительство храмов новому богу, а когда Элагабал прибыл в Рим, то и там было возведено два храма (один — находился на Палатине рядом с императорским дворцом, а другой — в садах, доступных всем горожанам). В обоих храмах совершалась служба по чисто восточному обряду, непонятному римлянам и ими непринимаемому. В летний праздник совершалось торжественное шествие из палатинского храма в садовый, во главе его на колеснице, запряженной белыми конями, двигался сам император, бывший главнейшим жрецом бога, а изображения всех других божеств сопровождали шествие, образуя свиту Элагабала, что подчеркивало верховенство последнего в новом пантеоне. На некоторых монетах появилось изображение конического камня на колеснице с легендой CONSERVATOR AUG(usti) — Хранитель августа. Сирийские оргиастические ритуалы вершились и в самом дворце, откуда различные слухи, порочившие императора, распространялись в городе.

Чисто восточный культ, не имевший никаких корней в римском сознании, навязанный властью, вызвал резкую оппозицию во всех слоях римского общества. Желая как-то смягчить ситуацию, император объявил о браке Элагабала со старинной римской богиней Вестой, а сам женился на одной из весталок. Это было воспринято римлянами как святотатство, ибо весталки давали обет безбрачия. «Брак» божеств был расторгнут, а второй «женой» Элагабала была в конце 220 г. объявлена пуническая богиня Целестис (Небесная), отождествленная с Афродитой Уранией.

Популярность правительства быстро падала, и, чтобы спасти династию, Юлия Меса возбудила преторианцев, распустив слух, что император решил убить своего двоюродного брата Александра, к тому времени официально усыновленного своим кузеном. 11 марта 222 г. солдаты подняли мятеж. Они убили Элагабала, его мать, а заодно обоих префектов претория и префекта Рима. Прах убитого императора был брошен в Тибр. Попытка введения официальной генотеистической религии на основе чуждого римлянам сирийского культа провалилась. Преторианцы провозгласили императором внука Юлии Месы от второй ее дочери Юлии Мамеи Александра, который, естественно, был признан и сенатом.

Подлинное имя нового императора было Алексиан. Его отца Юлия Авита Алексиана Септимий Север сделал сенатором сразу после захвата власти, и после этого Авит постоянно оставался рядом с ним и его сыновьями. Умер он в 217 г., и будущий император воспитывался своей бабушкой Юлией Месой, настоявшей на его усыновлении двоюродным братом и даровании