Игра на инстинктах - Саша Кей

— Фрось, — доносится до меня из кухни, — я похозяйничаю?

— Да! — отзываюсь я.

Кофемашина досталась мне с барского плеча от Стаха, так что, думаю, Ванька умеет с ней управляться.

— А чего это ты на все согласная? — подозрительно прищуривается Демид. — Я Ваньку хорошо знаю, ты не в его вкусе.

Да что ж все лезут, куда их не просят!

Меня надо не кусать, а оплодотворить!

— Если настолько же, насколько не в твоем, то у меня вполне может удачно сложиться вечер! — огрызаюсь я, припоминая ему, что не так он остался равнодушен к моим скромным достоинствам.

— Это была ошибка! Чрезвычайные обстоятельства!

— Это я-то чрезвычайные обстоятельства? — поражаюсь я. Еще вчера была пробником, а тут вон оно как. Расту.

— Катастрофа просто, — подтверждает Артемьев. — Распугала мне всех баб!

Кто-то явно преувеличивает. Одну вспугнула всего.

— И дальше буду распугивать, если ты не перестанешь портить мне отношения с Ваней! — предупреждаю я.

— А чем это я их испортил? Вон он. Пасется на твоей кухне.

— Ты делал странные намеки с этой твоей соседской помощью, которая длится со вчера по сегодня! Он еще подумает, что я с тобой связалась!

— Фрося, — хмыкает Демид. — Мужики — народ простой. Они смотрят туда же, куда и все. Будь ты хоть Моника Белуччи, если за тобой не увивается хотя бы пара мужиков, никто на тебя и не посмотрит. Так что на сегодня я твой самый главный секси-аксессуар.

— Последнее, что мне надо, чтобы Ваня смотрел на мужиков вокруг меня! — фыркаю я.

Закатив глаза, Артемьев снимает халат с дверцы и протягивает мне:

— Тебе еще за чемоданом ехать. Рано про вечер думать. До него еще дожить надо.

Гр-р-р…

Когда мы возвращаемся на кухню, кофе уже готов.

— Что тут у нас? — сую я нос в принесенную Ваней коробочку.

— Решил, что кондитеру нести сладкое — это как в Тулу со своим самоваром, так что я взял блинчики с нашей фирменной сытной начинкой, — интригует Ваня.

— Вашей фирменной? — заинтересовываюсь я под недовольное сопение Артемьева.

— Ну да. Моя двоюродная сестра открыла кондитерскую. Ты еще не получала наше деловое предложение? Честно говоря, я надеялся, что ты по знакомству согласишься с нами поработать.

Демид сопит выразительнее.

Ну что ему не так?

Оглядываюсь на Артемьева и вижу, как он быстро что-то набирает в телефоне с говорящим выражением лица «Всех покрошу на окрошку».

— Так это вы… Кондитерская «Инженю»? У меня есть несколько интересных вариантов, я еще не определилась, — решаю я не сбивать себе цену, хотя, конечно, при таком раскладе предложение от «Инженю» приобретает дополнительные преимущества.

Высокие, сероглазые и спортивные преимущества.

— Я готов провести для тебя экскурсию и дегустацию хоть прямо сейчас.

Глава 15. Молодой чемодан, а вы не обнаглели?

— Сегодня дегустировать Фросю не получится, — отрезает Артемьев, прежде чем я успеваю радостно согласиться. — Ты не забыла про свой таможенный груз?

Разумеется, забыла!

Демид сверлит меня взглядом, вызывая волну раздражения.

Это, что, мелкая месть за ту самую Катю?

Пф!

Подумаешь, одной курицей в курятнике меньше! Там еще минимум две осталось, которые вполне могут высиживать яйца!

— Что за таможенный груз? — не понимает Ваня.

— Чемодан мой нашелся, — вздыхаю я, в очередной раз осознавая, что Артемьев огнеупорный и взглядом не сжигается. — Теперь за ним надо пилить.

В самом деле, не первый раз мой багаж отстает от меня во время перелетов, и в любой стране мира мне потом его привозили вместе с извинениями.

В любой.

Кроме Родины-матушки.

В России надо чесать в аэропорт самой и доказывать, что ты не вор, а чемодан действительно принадлежит тебе.

— Я могу тебя отвезти, — предлагает Ванька, — а на обратном пути заедем в «Инженю», как раз винный вечер уже начнется.

Я даже не успеваю представить себе, как буду улыбаться ему с соседнего сиденья, кокетливо поправляя волосы, или как буду прижиматься к нему в «Инженю», глупо хихикая, как все портит Артемьев.

— Мы справимся сами, — вместо меня отвечает Демид.

Я давлюсь блинчиком.

У кого-то снова повысилась козлистость.

Неужто ему так хочется тратить два часа на дорогу в оба конца? Еще и в аэропорту меня ждать? Это вообще, хрен знает, сколько времени займет. И все это ради того, чтобы я приготовила «завтрак»? Не верю.

А вот, чтобы мне насолить, он вполне способен на идиотское самопожертвование. Это я уже усекла.

Божечки, этого мужика надо спасать от его же собственной упертости.

— Ты, наверное, очень занят, — намекаю я ему. — Спасибо за помощь. Я к тебе загляну чуть попозже. Заберу… э… в общем, не смею задерживать. Ты и так мне очень помог…

Я старательно подбираю слова, чтобы ни на что не спровоцировать Артемьева.

Мы можем всласть поцапаться и потом.

Поплевать друг на друга с балконов.

Демид хмурится, и я по роже его вижу, что сейчас он отмочит очередную свою шуточку, и в итоге все кончится убийством, поэтому я даже не знаю, как отношусь к тому, что звонит мой телефон.

Вроде бы и преступления избежали, с другой стороны — оно просто отсрочилось. Надо сказать Стаху, чтоб перед своей днюхой он предупредил ОМОН о возможных драках.

Подарив Артемьеву предостерегающий взгляд, я откладываю надгрызенный блинчик, чью начинку так и не смогла оценить, потому что от напряжения не почувствовала ее вкус, и двигаю в спальню за телефоном.

Зло современных коммуникационных систем валяется там, где его бросил Демид, и мне требуется какое-то время, чтобы сориентироваться по звуку, где мобильник. Прежде чем принять вызов, я отмечаю, что у меня на панели уведомлений какое-то сумасшедшее количество о поступивших на электронку письмах.

Капец какой-то. Кому в воскресенье неймется?

Потом посмотрю.

Кстати, звонят мне тоже не очень здоровые психически люди.

Это рекрутер той самой ресторанной сети, которая прислала мне выгодное финансово, но гипотетически скучное предложение сотрудничества. Истеричная барышня почти умоляет меня согласиться на него, ну или хотя бы встретиться для обсуждения.

— Вас там, что, директор в черном теле держит? — морщусь я. — Сегодня выходной. Давайте отложим. Я все равно не планирую в ближайшее время выходить на работу.

— Нет, что вы! — нервно отвергает мои предположения девица. — Прекрасный директор. Понимающий. Наверно.

— Ну значит, он поймет, что я в выходные не собираюсь принимать никаких решений и обсуждать дела желания не имею, — раздражаюсь я. У меня там Ванька стынет, а она мне зубы заговаривает.

— Ну может вы хоть назовете дату, когда