Ноктикадия - Кери Лейк

Единственное, что я хотела бы, чтобы моя мать больше думала перед смертью. Не то чтобы у нее был большой выбор — мне тогда было всего шестнадцать, и, конечно, она не могла оформить квартиру на мое имя. Но из-за добавления Коннора в совладельцы возникли действительно напряженные и разочаровывающие ситуации.

— Это было бы чертовски проще, — сказал он.

— А что будет, когда Би приедет домой на праздники? Ты действительно хочешь, чтобы она была рядом с ним? Думаешь, это положительно скажется на ее психическом здоровье?

— Би в порядке! Ей не нужна эта долбаная школа и психотерапевты. Ей нужны друзья! Жизнь!

Ярость вспыхнула во мне, и я вскочила на ноги, сжав руки в кулаки.

— У нее есть жизнь. И друзья! Ей становится лучше, потому что она наконец-то получает помощь, в которой нуждается! Кто-то наконец-то прислушивается к ней. А теперь ты хочешь разрушить это, приглашая подонка Анджело на ночные посиделки! Он неудачник, Коннор. Ты должен бросить его, пока он не втянул нас во что-то опасное!

— Он спас мою гребаную жизнь!

Не то чтобы я присутствовала при этом, конечно, но, очевидно, какой-то парень, к которому они ходили некоторое время назад, наставил на них двоих пистолет. Так получилось, что Анджело оказался проворнее.

— Черт возьми, ты действуешь мне на нервы, как и твоя мамаша!

— Пошел ты, Коннор. Пошел. Ты! Ты никогда не заслуживал моей матери.

— Да? Никто из вас, неблагодарных говнюков, не заслуживает меня. Так что пошла ты, Лилия. — Выходя, он хлопнул дверью, смахнув со стены картину моей мамы.

Это разозлило меня еще больше.

Уголки моих глаз горели от подступающих слез. Не сдавайся. Гневный румянец поднялся по моим щекам, и я стиснула зубы, желая оказаться в другом месте. Где-то далеко. Где были дерево, качели и открытое море.

Я опустилась на кровать и закрыла лицо ладонями. Не сдавайся.

Я не могла жить в одном месте с Анджело. Я не могла. То маленькое убежище, которое я создала в квартире, будет разорвано в клочья его присутствием. Надеюсь, Коннор одумается. В противном случае, мне придется договориться, чтобы Би осталась в общежитии на каникулы. Я постараюсь навестить ее на Рождество, до которого еще несколько месяцев. С тех пор как умерла мама, у нас в квартире не было замечательных рождественских праздников. В основном мы с Би сидели в нашей спальне, слушали старые мамины пластинки —Битлз— и пили слишком много горячего шоколада. Технически, мы могли бы делать это где угодно.

А что касается меня? Мне нужно было найти способ оплатить хотя бы два месяца обучения Би вперед. Если я смогу это сделать, то, может быть, уехать отсюда будет не так уж невозможно.

***

—Ты когда-нибудь думала о том, чтобы создать аккаунт на «ОнлиФанс» или что-то в этом роде? — Джейда сняла белую простыню, на которой было огромное желтое пятно.

Все еще оттирая засохшую мочу, которая каким-то образом затекла на бортики кровати, я покачала головой.

— Определенно нет. — Я ничего не имею против тех, кто там работает. Черт, если бы у меня хватило смелости, я бы, может быть, и подумала об этом. Но это не произошло.

— Могу сказать, что я и сама несколько раз задумывалась об этом. Черт. Это намного лучше, чем хвататься за простыни и молиться, чтобы не уколоться грязной иглой. — Она бросила скомканные простыни в грязный полотняный мешок — Подруга моего кузена зарегистрировалась там. Она зарабатывала пару тысяч в месяц, пока не нашла себе папика. Теперь ее ленивая задница целыми днями сидит у бассейна и читает романы.

Я не знаю, почему я захихикала в ответ. Наверное, мне просто нужно было над чем-то посмеяться после разговора с Коннором.

— Это твой шанс, Лилия. Господь направил тебя на путь, которого ты не ожидала, и ты должна идти по нему.

Вздохнув, я перестала оттирать мочу и попыталась представить себя идущей по коридорам университета Лиги плюща.

— Я знаю. Но...

— Никаких но. Ты заботилась о своей маме. Теперь ты заботишься о своей сестре и ее папочке. Ты сделала все, что возможно. Господь указывает тебе, что пришло твое время.

Хотя я не была религиозной, я не возражала против разговоров Джейды о Господе. Мне бы хотелось верить, что все эти волнения действительно что-то значат.

— Почему ты не стала проповедником, если ты так хорошо знаешь, что запланировал Господь?

— Потому что мне слишком нравится трахаться, — сказала она, потирая рукой округлившийся живот. — И Господь знает, что его папочка хорош в этом. Поэтому он не направил меня на этот путь.

Вернувшись к мытью посуды, я надулась.

— Могу я просто переехать жить к вам с Квентином?

— Ты знаешь, что можешь. Тебе всегда рады. Но это не то, чего ты на самом деле хочешь. Ты хочешь быть какой-нибудь сучкой из Гарри Поттера, живущей со всеми этими претенциозными, богатыми, белыми людьми, и не говори мне, что это не так.

Я фыркнула и покачала головой.

— Вообще-то, мысль о том, чтобы жить с ними, немного пугает меня. Я не знаю такой жизни. Ковингтон — мой дом.

— Они не имеют значения. Главное — это твоя мечта. Ты заслуживаешь того, чтобы носить лабораторный халат, а не какую-то мерзкую, испачканную дерьмом форму.

— Ну, публикация моих видео на «ОнлиФанс» не пойдет на пользу моей репутации.

— Почему? — Она положила руки на бедра. — Почему, блять, нет? Некоторые девушки раздеваются, чтобы пробиться в медицинскую школу. Ты делаешь то, что должна делать, Лилия. — Подняв бровь, она наставила на меня палец, словно мать, укоряющая ребенка. — Не позволяй никому тебя стыдить.

— Почему ты всегда должна быть такой...

— Во всем правой?

— Позитивной — вот слово, которое я хотела сказать.

— Потому что будь я проклята, если буду сидеть здесь мыть полы и выносить мусор с тобой в следующем году, когда тебя ждет стипендия на полный курс, как сейчас. Иди. Остальное решишь потом.

А что, если так? Моя мать всегда была такой спонтанной. Всегда отбрасывала осторожность на ветер. Она искренне верила, что все получится. Может быть, я просто не обращала внимания на все ее трудности, но казалось, что у нас всегда все