Жажда бессмертия. Том 9 - Морфиус

в небытие. И даже огромное тело, что и приняло на себя весь удар одной капли и одного осколка, естественно, не было достаточно, чтобы нивелировать их вред. И мое сознание, не выдерживая того объема просветления, просто рвалось на части. Это было страшно. Страшно даже не умереть, а снова лишиться всего, что делало меня мной. Но выбор был уже сделан. И мне оставалось лишь удерживать себя от распада, вместе с тем направляя потоки энергии в нужное русло.

Это было похоже на балансирование на краю, где меня к обрыву подталкивали завывания ветра. Поток энергии от капли седьмого этапа, что мог убить меня мгновенно, распылив новое духовное тело. Бесконечная бездна просветления. Та воля, что я черпал изнутри. И потоки хаотической грубой ци, которыми я тщетно пытался защититься от жара энергии седьмого этапа. Тогда я даже не мог мыслить, продолжая действовать так, как мне подсказывало просветление. И когда первый проблеск понимания вновь вернулся ко мне, я увидел свое творение. Уродливое, перекошенное, чуть ли не вывернутое наизнанку тело, что каким-то немыслимым образом смогло вырасти из обломка кости и из моих волос. В получившемся теле смешались два генетических материала. Я знал это. Просто знал, черпая это знание из просветления. Но этого было недостаточно. Более того. Я отчетливо осознал, что даже если это уродливое недоразумение и станет полноценным телом, то это буду не я. И как в него вселиться? Я не знал этого. Не обладал тайными техниками, ритуалами и понимаем, как духи захватывают тела. Однако. У меня была воля. И было безумие достаточное, чтобы претворить свое безумие в жизнь.

На долгие часы, а может, дни, я занялся подготовкой к новому раунду, под монотонные предостережения и советы Нелл. Мое «внешнее» тело, раскинувшееся на многие сотни метров, потеряло огромный кусок духовной плоти. Даже наверное большую часть, но более удивительным здесь было то, что от него вообще что-то осталось. Но это что-то и начало регенерировать, поглощая огромные объемы энергии, песка, бордовой ци, редких ангелов. И даже этого не хватало. Я вдруг ощутил, что и моя духовная плоть вдруг стала слабее. Так же как и у Нелл. Но и это меня не остановило. Так что когда туша снова стала огромной, я был готов к новому раунду.

— Ты безумен… — Всего пара слов. Но в них было столько обреченности, столько грусти. И я был согласен с Нелл. Но не мог остановиться, разглядывая свое новое тело. От гуманоида с шестью руками не осталось и следа. Идеальное духовное тело было отброшено мной как мусор, перекроено. И превращено в нечто новое. В абсолютно точный анатомически скелет человека. Ребра, позвоночник, суставы, череп… Это все было обсидиановой сверхплотной энергией. Это все было мной. Чудовищно неудобная, жалкая форма, которую можно перерубить даже слабым ударом меча. Но…

Просветление! — Новые капля и осколок седьмого этапа вспыхнули, распадаясь и вновь сжигая огромную тушу. В разделении тел было много плюсов. Как и минусов. И вот теперь мне казалось, что я снова сжигаю частицу себя. Сжигаю свою душу, теряя нечто важное, отрываю от себя части тел, чтобы в своей гордости попытаться использовать их как-то иначе. Впрочем, через мгновение все это смыло чудовищным потоком просветления, в котором так легко было исчезнуть. Только, кажется, стихия пустоты, врезавшаяся в саму душу, и позволяла собирать себя вновь.

— Очнись! — Резкий, почти безнадежный крик. И я, наконец, проснулся, ощущая, как Нелл чуть ли не плачет. Неудивительно, если я так долго находился в состоянии коматоза… А времени прошло немало.

Мир этого Идущего обрел первых сто адептов, шагнувших на этап пробуждения духа! Этот мир стал сильнее, но вместе с тем возросли и опасности!

Нелл показала мне сообщение, что я пропустил. Сто первых властелинов! Это внушало надежду на человечество. Особенно вкупе с тем, что тысячи адептов тела ци так и не появилось пока. Но, вопреки ожиданиям, проход к Земле для врагов третьего этапа все еще был закрыт. Значит правительства решили рискнуть и выиграли. Простимулировали появление сотни властелинов, при этом сдерживая кучу ядровиков, чтобы те своими прорывами не открыли новый виток для хаоса. Умно. Впрочем, мне нужно было думать о себе самом, тем более что я сейчас представлял собой жалкое зрелище.

Черный скелет, со словно бы натянутой на него плотью, в которую мне пришлось влезать, разрывая ту в клочья, отрывая, а потом присоединяя вновь внутренние органы. И что удивительно, это тело пока что было живо. Без еды, без воды, почти расчлененное, днями напролет висящее в густом энергетическом бульоне. Что это, если не безумие? Потоки энергии, в том числе и из обычных кристаллов, четвертого ранга, постоянно поддерживали лечение и регенерацию. Впрочем, я не обольщался. Регенерация не может творить плоть из пустоты.

А вот капля силы седьмого этапа такое могла! Она была выше ограничений физики, заставляя энергию превращаться в материю. Так что через некоторое время я подготовился к третьему раунду. Моя «туша» снова сгорела почти в ноль, но начала восстанавливаться. Однако, я прекрасно ощущал, как процессы регенерации становятся все медленнее. И это пугающе напоминало то же самое, что было и у Нелл, с ее травмой. Но на этот раз я планировал завершить все окончательно. Не думая о том, что что-то могло не получиться. Не думая о том, что тело может так и остаться лишь мясным скафандром, напяленном безумным роботом, зацикленном на возвращении тела. Быть может, стоит прекратить? Пока не поздно?

Просветление! — Сознание гаснет, продолжает работу, но более не может мыслить. Однако я остаюсь наблюдателем. Этот опыт не передать. Но я запомнил, как в сияющих потоках света плоть продолжила расти, наконец полностью закрывая кости. Там, в теле, под наращиваемой кожей, были странные органы. Некоторых даже не должно было быть у человека. И после я буду об этом думать. Сейчас же я думать об этом не мог.

Последний клочок кожи встал на свое место, завершая образ человека. Чем-то отдаленно похожего на меня, но все же с отличиями. Однако, и на этом процесс не завершился. Ибо это было только начало.

Раскройся! — Веки распахнулись, обнажая только что выдавленные изнутри глазные яблоки. Одно было синим, цвет радужки моего прошлого тела, но теперь в сотню раз ярче. Другой же глаз был карим, почти красным. Я видел себя со стороны. Но под даже отголоском эха кристаллов седьмого этапа