Ноктикадия - Кери Лейк

Дикий крик вырвался из моего горла, боль стала невыносимой, и я стала брыкаться, пытаясь заставить его отпустить меня.

— Он уже сломал тебя? А? — с рычанием сказал Анджело.

Вот и все. Мне нужно было разозлить его. Разозлить настолько, чтобы он захотел причинить мне боль. Чтобы отвлечь его от Деврика.

Я кивнула.

— Он слишком хорошо трахался, — сказала я ему в ладонь и рассмеялась сквозь слезы.

— Какого хрена ты сказала?

Я снова намеренно исказила свой голос и заставила себя рассмеяться.

Он убрал руку и сжал мою челюсть.

— Скажи это еще раз, пизда.

— Он слишком хорошо меня трахал.

Сильный удар обрушился на мою щеку, заставив кости вибрировать.

— Шлюха! — закричал он, перекрывая звон в моих ушах. Крепко сжав мое горло, он задержал воздух в моих легких. — Посмотрим, как это будет приятно, когда я трахну тебя острием своего ножа.

Из моего горла вырвался булькающий крик.

Стук в дверь стал отдаляться из-за биения крови в моих ушах.

Мое тело дергалось и извивалось, когда он обхватил меня руками, мои конечности отяжелели и онемели. То, что он мне дал, сделало меня бесполезной и нервной. Он легко подтащил меня к стене, прижал к себе, прижав спиной к груди, и протянул пистолет.

— Никто не войдет в эту гребаную дверь, если не захочет, чтобы я нашпиговал его свинцом

Нет. Как только Деврик появится, его застрелят. Я не могу этого допустить. Даже если это убьет меня, я не позволю этому безжалостному ублюдку убить его у меня на глазах.

Сражайся с ним.

Что-то привлекло мое внимание под кроватью.

Мой старый трофей по легкой атлетике, который я случайно бросила туда, убираясь в своей комнате. Закрыв глаза, я глубоко вздохнула. Если я все испорчу, он наверняка убьет меня, а потом Деврика. Я должна была быть точной. И быстрой. Это было невозможно, когда мои руки начали неметь.

Собрав все оставшиеся силы, я потянулась к нему сзади и ухватилась за яйца Анджело с такой силой, что руки затряслись от напряжения.

Громкий, булькающий крик ударил мне в ухо, и в тот момент, когда он отпустил меня, я неловко повалилась на бок, борясь с действием наркотика, который заставлял меня чувствовать себя так, словно я плыву по зыбучим пескам. Хриплый вдох вырвался из моих легких, и я потащилась к краю кровати, цепляясь ногтями за пол. Когда мое тело дернулось назад, я зацепилась за увесистое металлическое основание трофея.

— Гребаная сука! — прорычал Анджело, и когда он крутанул меня, я с размаху ударила его тяжелым железом по черепу. Он со стоном повалился на бок с глухим стуком.

Покалывающая слабость пронзила мои руки, когда я снова ударил его, попав прямо в лоб. Кровь потекла из его макушки и по вискам, когда он мотал головой взад-вперед с сильно прикрытыми глазами, что придавало ему вид пьяного.

Вьющаяся черная пустота просачивалась из-за краев, ползла по мне решительными касаниями, которые медленно вытаскивали меня из сознания

Тьму прорезали крики. Ужасные крики. Мои? Я не могла определить.

Этот шум разрывался у меня в голове, когда меня снова толкнули в неизбежную тишину.

Тьма.

Горящие глаза смотрели на меня. Яростные глаза, светящиеся расплавленной медью.

— Лилия, — сказал он, его голос был похож на голос темного ангела. Мой ангел-мести. Я была мертва? Должно быть.

Тьма.

Меня охватило тепло. Уютное тепло. Я свернулась калачиком еще глубже погружаясь в сон.

Глубже.

Глубже.

Тишина затянула меня в себя.



ГЛАВА 61

ЛИЛИЯ

Я поворачиваюсь и вижу, что мама смеется, глядя на меня с качелей, с которых открывается вид на море.

Я улыбаюсь, глядя, как она смотрит на бескрайнюю синеву за окном.

Качели медленно останавливаются, и она спрыгивает с них.

— Пойдем, — говорит она, беря меня за руку. — Пойдем со мной.

Она тянет меня к обрыву, и когда мы подходим к его краю, я смотрю вниз на свои ноги, упирающиеся в край.

— Давай, Лилия. Прыгай.

В животе нарастает щекочущее чувство, и я прыгаю в воду. Ветер развевает мои волосы. Солнце греет мне лицо. Вниз, вниз, вниз, вниз, я падаю.

Я открываю глаза и смотрю на просторы открытого моря. Моей мамы нигде не видно.

Нахмурившись, я оглядываюсь по сторонам, волны покачивают меня вверх-вниз. Ледяной страх охватывает меня, высасывая тепло из моих мышц.

— Мама?

Что-то дергает меня за ногу, и паника пробирает до костей. Я вглядываюсь в воду, в глубину, где мама тянется ко мне.

— Пойдем, Лилия. Здесь так спокойно, — шепчет она сквозь воду. — Оставайся со мной.

Я размахиваю руками, шлепая ими по воде, чтобы она не утянула меня под воду.

— Нет!

— Лилия!

Она тянет сильнее.

Невидимая сила давит мне на плечо.

— Лилия! Лилия!

***

Я резко открыла глаза и увидела темную комнату и то, как кто-то крепко схватил меня за руку. Задыхаясь, я дернулась, но хватка усилилась, и я повернулась, чтобы увидеть Деврика, тянущегося ко мне. Страх вырывался из меня неглубокими вдохами, пока я обводила взглядом незнакомую комнату. Длинные темные шторы, мебель, застеленная белыми простынями, слишком богатая отделка стен, каминная печь. Смятение затянуло мой мозг, как тяжелый туман, и я нахмурилась, отчаянно пытаясь понять, где, черт возьми, я нахожусь и как я сюда попала.

Я вернулась домой. Заснула в своей комнате. Проснулась от того, что меня разбудил Коннор.

На моем лице пульсировал сильный ожог. Воспоминания нахлынули, и я, задыхаясь, дотронулся до щеки, проведя кончиками пальцев по ее шершавой, затвердевшей поверхности. Я сдвинула челюсть, вздрогнув от боли, вызванной ее растяжением.

Я отвернулась от него, пряча то, что, должно быть, было ужасной раной.

— Ты была два дня в отключке, — сказал он спокойным и ровным голосом, присаживаясь рядом со мной на кровать. — Я сделал все возможное, чтобы наложить швы.

Сквозь слезы я снова дотронулась до жгучей боли, до морщинистой кожи, которая тянулась от глаза вниз к челюсти.

— Я бы не стал трогать ее слишком часто.

В голове пронеслись ужасные воспоминания, которые навеял Анжело, и, резко вдохнув, я вспомнила. Я уставилась на Деврика, безмолвно умоляя. Как будто он мог забрать все это. Как будто он мог уничтожить и стереть монстра, который жил во мне.

— Что такое? —