Собрание сочинений. Том 2. Дневники и письма - Яков Семенович Друскин

20 сентября. Радиус жизни расширяется помимо воли и желания человека, часто его расширяют смерти близких, вообще смерть, мысль о смерти расширяет радиус жизни. Принятие или непринятие расширения радиуса жизни тоже не зависит от воли и желания человека. Что оставил ему Бог? Вину за принятие или непринятие расширения радиуса жизни и две формы вины: ε- и ι-вина: оттенок и оттенок оттенка вины.

Принятие через принятие — святость или Рай.

Принятие через непринятие — например, Иов, богоборчество (Иаков).

Непринятие через принятие — фарисейство, искренняя ложь или лживая искренность.

Непринятие через непринятие — сам грех, Ставрогин, Иван Карамазов: возвращение билета. Геенна огненная.

Может быть и так, что радиус жизни, расширяясь, всё же сжимается, например при гордыне, когда гордишься расширением радиуса своей жизни, или, сжимаясь, расширяется, может быть, при смиренномудрии. Может, так и было перед взглядом: радиус жизни, расширяясь, сжимался, взгляд для того и послан мне, чтобы радиус жизни, сокращаясь (Т.), снова стал расширяться.

22 сентября. Т. о «Куприянове и Наташе»: это прощание со мною. Ш. — Т. — Л. — Кабл. — Мария — Архитектор? Может, в этом исполнение неземной воли? Авторитет, сила, власть имеющий. Во всяком случае, в 1931 г. Л. был как власть имеющий. Сон Т.

25 сентября. Однажды в трамвае я видел, как вошел какой-то оборванец, вынул из кармана хлеб, даже не завернутый в бумагу, и стал есть. Я позавидовал ему: вот человек, совершенно опустившийся, для него не существует никаких условностей, он полностью свободен от всех условностей, полностью свободен. Но могут быть разные виды освобождения: я что как ничто не только в мысли, хотя бы и экзистенциальной, но и во внешней жизни. Это те, к кому Христос обращается в Нагорной проповеди и говорит: вы соль земли. Другой вид этого освобождения — Кавалеров из «Зависти» Олеши — это уже соблазн — почти освободившийся, и как почти — ложь. Первый влечет за собой дар личности, второй — потерю ее в стихии. Но интеллигентная форма потерянности в стихии, то есть мировой уют, — искренняя ложь или лживая искренность. Энтелехия, трансцендентная ситуация — серьезное и высокое, а мировой уют — интеллигентная пошлость, то есть пошлость, сказанная в интеллигентной и красиво соблазнительной форме. Погружение Кавалерова в стихию — тот же мировой уют, только освободившийся от интеллигентной лживой красивости.

Л. говорил о нечистоте индивидуальности, то есть индивидуализации, нечистоте самой личности. Апостол Павел сказал: всякий человек есть ложь. Л. заметил эту ложь в другом плане, взглянул на нее с другой точки зрения. Освобождение, о котором я сейчас говорю, — освобождение от лжи и нечистоты личности, первое (я что как ничто) в истине, второе (Кавалеров) в соблазне.

6 октября. 35 лет тому назад и Т., и Л. независимо друг от друга говорили мне, что я деспот. Уже несколько лет, как я понял: они правы. Я убедил Ал[ександрова] отложить Хлебникова и уже сейчас заняться Хармсом. И всё же он сказал: пока не напишу всё, не буду вам показывать, я экстерриториален. Он бунтует, и это хорошо, но вчера я понял другое: во мне есть какая-то сила, не от меня, которая подавляет окружающих, может, поэтому и Генрих [Орлов] ушел от меня. А сейчас понял: она подавляет и меня. Эта сила — Бог. Эта сила всегда Бог, но пока не осознана, пока Бог не даст осознать себя — анонимная, слепая, то есть демоническая сила: kairos, fatum. Случайность — демонизм. Fatum — анонимность Провидения. Неслучайность случайности — Провидение.

Бог давал мне осознать Себя. Но сейчас Он послал мне новую трансцендентную ситуацию, и в этой ситуации я не осознаю Его, то есть не понимаю. — Он не дает мне осознать Себя в моей новой ситуации. Но вина моя, вина без вины, самая большая вина и вина перед Т.

8 октября. Я сказал Т.: главное ведь не писать, а быть. Т. — есть. Бог сказал Моисею: Я — Сущий. Мы узнаем существование в слове, но не обязательно в произнесенных вслух или записанных словах: и в походке, и в жесте, и в взгляде — слово и, может, Слово.

Слово стало плотью. Может, это главное повеление Бога человеку, чтобы в каждом человеке Слово стало плотью, чтобы человек сказал то, что он есть, что ему дано. Это высказывание не обязательно в человеческих словах, хотя бы и умных. Умные слова могут быть той человеческой мудростью, которую посрамило Божественное безумие. Сейчас мой главный грех: я побоялся Слово сделать плотью. Греха не было бы, если бы я не боялся сейчас быть один. С 16.Х.63 я стремился к монашеской келье и попал в келью с Т. Виноват ли я за неслучайную случайность, или это мое оправдание? Но всё равно вина на мне, хотя бы и без вины, и тем больше, что вина без вины, значит не только психологическая или моральная, а трансцендентальная, ноуменальная.

Вчера перед сном я думал: пусть будет два первоначальных неопределяемых термина: Н и М. Н — от слова «несторианство», М — от слова «монофизитизм», и оба — Н и М — в применении христологии к антропологии. Что было у меня до неслучайной случайности? Моя некоммуникативность, неумение слушать — М. Комплекс Эдипа — Н, но у меня в каком-то монофизитском освещении, поэтому, например, Спинозово определение ревности было мне просто непонятным. В сущности, я не понимал и Библейских слов: и станут два одной плотью. Поэтому мое Н как Н (М), даже как ƒ(M), было двойной погрешностью. Я жил в погрешности, был погрешностью. Сама погрешность — не Н, не Н (М), не М, я ощущал погрешность самой жизни, звезду бессмыслицы, я сам был небольшой погрешностью в некотором равновесии, потому и писал о небольшой погрешности. Н, или М, или Н (М) были не самой погрешностью, а ее акциденцией, экзистенциальной функцией, оттенком моей ноуменальной погрешности, моей вины без вины. Не эротика ноуменальное ядро и суть человека, а его вина без вины. Но и Н, и М, и антиэротический эрос — тоже эрос, но не основа, только некоторый оттенок основы — вины без вины. Тогда я и через эрос и через антиэротический эрос тоже проникаю в мой ноуменальный грех, в мою вину без вины. Философски и теологически мои вещи вполне независимы и понятны без характеристик Н или М, но с метаантропологической или, скорее, с метатеологической точки зрения я вижу, как из одного корня вырастают два дерева: моя жизнь и то, что я пишу; и постоянное самопоедание.

Та погрешность