Лед и сердце вдребезги - Дарья Волкова

Она кивнула.

— Хорошо. Принято.

Что там у тебя «хорошо» и что там у тебя «принято»? Но Саша не стал уточнять. Толкнулся и покатился к бортику.

— На сегодня все. Ты меня умотала.

— Голодный? — Алла нагнала его и покатилась рядом.

— Угу.

— Давай поужинаем. Я угощаю.

Саша вздохнул.

— Слушай, ну я же тебя там всю облапал. Нет у тебя яиц. Так какого черта ты себя ведешь так, будто они у тебя есть?!

— Не сердись. Давай, сегодня ты меня угостишь?

Саша почувствовал легкое касание ее пальцев к своим. И пока она в очередной раз не одернула руку, крепко обхватил ее ладонью. Они так и доехали до выхода с катка, держась за руки. Саша открыл перед Аллой дверцу.

— Ладно, угощай. Ты меня сегодня капец как загоняла. Но имей в виду, я тебе обожру.

— Обжирай. Заработал.

* * *

— Никогда не видела, чтобы человек столько ел.

— Человек? — фыркнула Саша. — Мужик! А что, твой мужик… в смысле… с который ты каталась… как его звали, кстати?

— Леня. Леонид Оленев.

— Он что, ел так же, как ты? — Саша кивнул на тарелку Аллы, где были скромная куриная котлета и рис. И еще мисочка с овощным салатом рядом. И все. — Это же не еда, а перекус на один зуб!

— Мне надо следить за своим весом. Ты что, хочешь поднимать лишние килограммы?

Сашка пожал плечами и положил в рот очередной кусок стейка, прожевал. Весьма неплохо.

— Я твой вес вообще не чувствую — есть ты или нет.

— Саша, это не правда.

— Ну, ты и в самом деле очень легкая. Но парень-то твой… Он же ел нормально, наверное? Если ему надо было тебя таскать и все такое.

— Ленька как-то про меня сказал, что он из всех возможных зол выбрал наименьшее. Ну и он тоже был довольно аккуратен в еде. Он же прыгал, а в прыжке каждые сто грамм уже влияют на стабильность во вращении и в приземлении. Так что Лене лишний вес тоже ни к чему был. А у вас разве проблемы лишнего веса не бывает?

Саша протянул руку к чашке кофе.

— У нас не бывает лишнего веса. У нас весь вес — рабочий.

Алла рассмеялась.

— Саша, ты же хоккеист, а не борец сумо!

— Ну, так и что? Форма у нас тяжелая, ее таскать надо. А если кого-то бортануть, завалить или чего там еще… Драки, опять же. Не, в хоккее задохликов и тощих не бывает.

Да уж…

Алла смотрела на широкие плечи под темно-зеленым трикотажем, на то, как натягивает бицепс рукав футболки, на рельеф грудных мышц, который читается даже под совсем не обтягивающим фасоном. Александра Кузьменко только слепой назвал бы тощим и задохликом. Алла вдруг именно сейчас, в максимально бытовой и расслабленной обстановке — когда два человека едят — почувствовала Сашины габариты. Такой крупный и физический сильный человек в непосредственной близости вполне может подавлять. Особенно таких, мягко говоря, компактных людей, как сама Алла. Впрочем, Алла никогда не комплексовала из-за своего роста и телосложения. Не такая уж она и маленькая, кстати, бывают фигуристки и поменьше. О чем ей Леня, кстати, регулярно напоминал. Алла собой была во всем довольна. За столько лет в спорте к своему телу, которое обсуждают все, кому не лень, начиная от тренера и заканчивая судьями, комментаторами и зрителями, относишься как к чему-то, что тебе не совсем принадлежит. А еще — максимально объективно, как сама Алла считала.

Александр Кузьменко ее не подавлял. Но нельзя сказать, что оставлял равнодушным — и именно из-за своих внешних данных. Он Аллу волновал. Как мужчина.

И это, конечно, полный финиш. У него же девушка есть — как Алла и предполагала. Он сам так сказал. И Алла смогла скрыть свое разочарование. Ну, а как может быть иначе? Даже если мужчина не состоит в официальном браке, если у него нет обручального кольца на пальце, это еще не значит, что он одинок. Точнее, что он свободен. Совсем нет. Особенно такой мужчина, как Александр Кузьменко. Ему тридцать шесть лет. Понятно, почему он не обзавелся семьей раньше — видимо, карьера была на первом месте и занимала все время. В конце концов, спортивным успехам Александра Кузьменко можно только позавидовать. У него было все, что только можно пожелать — успех, слава, деньги.

Алла впервые вдруг задумалась о том, чего стоило Саше раннее завершение спортивной карьеры. Это у Аллы не было особого выбора из-за не слишком удачного партнера. Да и вообще, фигурное катание — спорт молодых. После тридцати уже самое время задумываться о том, что будет после. У хоккеистов не так. До сорока, если везет с травмами — легко. Саше, получается не повезло — Алла читала, что причиной раннего завершения карьеры Александра Кузьменко стала именно травма. Интересно, не мешает ли эта травма Саше сейчас? Алла вдруг посмотрела на ситуацию со стороны Александра, и ей стало стыдно. Ее отношения к нему очень похоже на потребительское. Ее, кстати, в этом часто Оленев обвинял. Мол, что Алла его только использует.

Что-то часто она стала Леню вспоминать. К чему бы это?

— Саш, а ты себя нормально чувствуешь?

— А с чего такой вопрос? — Саша выскребал пенку от латте из чашки.

— Просто у тебя же травма была. Из-за которой ты… Вот я и подумала… — и тут Алла совершенно неожиданно для себя стушевалась под его внимательным взглядом.

— Слушай, мы же вроде одного поля ягоды. И на одном языке говорим. Ты-то должна понимать, что покататься по льду парочку дней…

— Со мной на руках!

— Хрен с ним, с тобой на руках — это не то же самое, что впахивать ежедневно минимум десять месяцев в году. Я же все равно по работе постоянно на коньках. Со мной полный порядок. Ну, Алла, ты чего?!

— Значит, у тебя не болит нога из-за того, что мы делаем? — все же упрямо уточнила она.

— С хера ли ей болеть? Вообще не болит, — буркнул Саша. А потом добавил смущенно: — Хотя иногда, не поверишь, ноет. На смену погоду.

— Сейчас ноет?

— Да сейчас с чего бы? Погода установилась.

— На послезавтра обещают шторм.

— Да ну их, эти прогнозы, — отмахнулся Саша.

Им принесли счет. Александр, подперев щеку рукой, наблюдал, как Алла расплачивается.

— В роли альфонса, кажется, есть свои преимущества.

Алла рассмеялась.

— Ты обещал меня обожрать и не сдержал слово. Слушай, Саш, а ты еще сегодня располагаешь