Передовой отряд смерти - Вилли Кубек

Мы страшно рады, что все обошлось.

Разведгруппа пробиралась двое суток на своих двоих от того места, где их обстреляли, до расположения роты. А это ни много ни мало 100 километров.

У них кончился бензин, пришлось остановиться в какой-то балке. Только Пиховяк приготовил трос, чтобы взять их на буксир, как откуда ни возьмись два грузовика русских. Пальнули в двигатель машины, оборудованной рацией, из противотанкового ружья, а во второй бронемашине уже после нескольких ответных выстрелов отказало 2-см орудие.

Уйти от русских им все же удалось, но проехали всего 5 километров — как на грех тоже иссяк бензин. Машину пришлось оставить, предварительно тщательно замаскировав, и добираться пешком до расположения роты. Оба экипажа благополучно прибыли в роту.

Унтер-офицеру Зимону удалось разыскать и доставить оборудованную рацией бронемашину. Смелое предприятие, ничего не скажешь!

Откровенно говоря, все это произошло опять же по причине легкомыслия водителей — необходимо было рассчитать горючее, чтобы его хватило и на обратный путь.

25 августа 1942 г

Стою на посту, в 5 утра поднимаю роту, стараясь никого не упустить. И передаю приказ «Приготовиться к маршу!». В 8.30 отъезжаем, мы возглавляем колонну. За нами следует рота бронетранспортеров, та же, что и в прошлый раз, а за ней наш батальон.

Слишком далеко мы от наших бронетранспортеров не отрываемся.

Местность, по которой мы передвигаемся, выглядит довольно непривычно пустынной. Лишь изредка мы минуем села, в одном из таких сел останавливается наш батальон вместе с бронетранспортерами. Мы уже успели проехать около 30 километров.

Проехав еще 15 километров, наша разведгруппа останавливается в селе, там мы встречаем бронетранспортер разведгруппы 3-й танковой дивизии.

Признаков неприятеля не наблюдается. Раздобываем яйца и молоко, потом возвращаемся. Между тем наступил полдень.

Наша рота встала на привал среди колючего кустарника. Мы с трудом продираемся через него и глубокие рвы.

Тщательно маскируем нашу бронемашину, после этого я отправляюсь за едой. Поев, мой водитель отправляется к ремонтникам чинить водяной насос.

Полтора часа спустя он возвращается, и мы приступаем к рытью окопчиков в полметра глубиной, чтобы было где спать ночью.

На спиртовке отвариваем 12 штук яиц. И ужинаем прямо на траве.

Медленно опускаются сумерки. Русские летчики пока что нас не обнаружили. Поэтому сбрасывают бомбы на других. После ужина зачехляю машину, потом укладываюсь в отрытый окопчик спать, укрывшись колючими ветками кустарника. В небе над нами стоит неумолчный гул русских бомбардировщиков.

26 августа 1942 г

Подъем уже в 5 утра, но я продолжаю спать как ни в чем не бывало. Бюсс принес кофе, остальные тоже пока спят. Вдруг слышим: «Заправить технику!» Видим на дороге заправщик, заливаем 100 л бензина.

Едва успели заправиться, как звучит команда «Приготовиться к маршу!». Мы быстро укладываемся, и в 8.50 рота снимается с места. Правда, мы остаемся ненадолго сменить покрышку и потом нагоняем остальных.

Ветер и идущие по дороге машины поднимают целые облака пыли. В небе урчат двигатели русских бипланов, время от времени они сбрасывают бомбы.

Приходится часто останавливаться. Вскоре мы нагнали своих и встроились в колонну. На малой скорости едем по той же дороге, по которой вчера отправлялись в разведку.

Приходится остановиться — над нами полтора десятка бипланов, бомбят и обстреливают нас. Доехав до небольшого села, занимаем на его окраине позиции для охранения. Возвращается наша 2-я рота.

Сначала маскируем нашу бронемашину досками от штакетника, поверх набрасываем соломы.

Справа от нас довольно крупное село, по левую сторону тянется лесной массив. На одной из гор перед нами километрах в двух находятся передовые позиции стрелков-мотоциклистов.

Согласно показаниям пленных, перед нами выгрузились 2 батальона русских танков.

Остаемся в машине, Гейнц приносит еду, кормят сегодня супом из лапши. Мы с Вестендом по очереди ведем наблюдение.

Справа в большое село на бронетранспортерах въезжает наша 4-я рота, и тут же русская артиллерия начинает обстрел. Воют минометы, тявкают противотанковые орудия. Наблюдение становится невозможным.

В небе все утро напролет повышенная активность — роем носятся русские бипланы.

Я невольно удивляюсь мастерству пилотов — такие кульбиты выделывают, что диву даешься. Срываются почти в отвесное пике, отчаянно паля из бортового оружия. А наши зенитчики жуют сопли — ни одного выстрела.

Справа от нас виднеются отроги Кавказских гор. Зрелище захватывающее. Именно туда, отбомбившись, улетают русские истребители. Чтобы вскоре вернуться с новым запасом бомб. Один из бомбардировщиков, прорвавшись, сбрасывает 3 бомбы в каких-то 150 метрах от нас. Грохот ужасающий.

Бюсс ненадолго сменяет меня, я умываюсь и выпиваю немного теплой воды с медом.

Примерно в 17 часов появляются 15 бомбардировщиков и с десяток бипланов. Наблюдаю за ними в бинокль с башни машины.

Русские летчики бомбят расположенное справа от нас село и подходы к нему.

А полчаса спустя начинается настоящее светопреставление: воздух наполняет гудение двигателей. Маневренные русские машины срываются в крутое пике и, обстреляв село реактивными снарядами наподобие тех, что используют их знаменитые «Катюши», снова резко взмывают вверх.

За весь день мы насчитали не менее полутора сотен бипланов. А из наших здесь побывала всего-то парочка «Ме-109», да и то Люфтваффе явились, когда русских уже и след простыл.

Вестфельд с Хайном уже успели вырыть для себя окопчик, но тут вновь звучит команда: «Приготовиться к маршу!»

Возвращаемся на 10 километров назад в село. Тем временем стемнело. Располагаемся для ночлега в саду, предварительно замаскировав нашу бронемашину.

Раздобытую печенку мы так сегодня и не зажарили. Решили ограничиться бутербродом с рыбой и хлебом с маслом.

И здесь в воздухе гудят русские бомбардировщики.

Вокруг сада тянется ровик и живая изгородь из колючего кустарника. Раздвинув кустарник, укладываемся на ночь в ровик.

27 августа 1942 г

Наша 13-я танковая дивизия в 100 километрах позади, кроме того, поговаривают, что она успела выбрать весь лимит горючего, предназначенный для нас, — дескать, все отправлено в район Сталинграда.

Кажется, и наши Люфтваффе тоже сейчас под Сталинградом. Вот поэтому-то у русских здесь полнейшее превосходство в воздухе.

У нас явно не хватает сил на проведение двух широкомасштабных наступательных операций — и на Сталинград, и на Кавказ. Надорвались мы.

Поднимают нас в 5 утра. Я проснулся еще раньше — из-за комаров. Вестфельд поджарил печенку, к ней мы съели и оставшийся хлеб с маслом.

Умываюсь трофейным русским мылом и протираю набившуюся в машину пыль. Теперь хоть сидеть в чистоте можно.

Как обычно, надраиваю и оружие.

Всю оставшуюся первую половину дня объясняю новому стрелку обер-ефрейтору Отто, как обращаться с оружием, учу его, как снимать и