Передовой отряд смерти - Вилли Кубек

Вечер проходит под музыку и со спиртным.

У канала обосновались зенитчики со своими 2-см и даже 8,8-см орудиями. Интересно смотреть, как они выпускают по русским самолетам трассирующие снаряды. Примерно в 21 час ложимся спать — прямо на соломе рядом с бронемашинами.

2 сентября 1942 г

Сегодня день свободный, я решаю посвятить его писанине. Дождливо. С утра ставим палатку.

3 сентября 1942 г

Наш командир роты в 16 часов решил пригласить наш 1-й взвод попить чайку. Мы охотно приняли приглашение.

Сооружаю подобие стола. Так и проходит время.

Для командира роты приготовили из соломы место для сидения по-турецки, нечто вроде соломенного тюфяка, вдобавок повесили позади две скрещенные сабли.

Потом мы соорудили на головах чалмы из полотенец. Каждый получает пиалу чаю и кусок дыни.

В общем, развлечение это целиком и полностью инициатива шефа, так что он оставил за собой право не слишком затягивать его — разошлись около 18 часов.

А вот в другом взводе он просидел аж до полуночи.

Вечером мне заступать в батальонное охранение. По-прежнему идет дождь.

4 сентября 1942 г

Наш фельдфебель слишком уж рьяно взялся за нас: устраивает построения, проверяет солдатские книжки, смертные медальоны и т.д.

Я только хотел переодеться в рабочую одежду, как меня вызвал к себе фельдфебель.

К 9 часам мне и еще девятерым бойцам надлежит приготовиться к церемонии вручения нашему командиру «Рыцарского креста». Прибудет сам генерал.

После тщательнейшего утреннего осмотра маршируем в батальон. Остальные уже там — человек 200, никак не меньше. Мы занимаем место на правом фланге.

В 10 часов прибывает генерал, в краткой речи он нахваливает разведгруппы батальона.

В 10.30 перерыв, иду к передвижному хранилищу одежды, достаю свитер и надеваю его: заметно похолодало, да и погода ненастная.

После обеда выполняю разные мелкие работы.

Только сегодня заметил, что осколками поврежден запасной ствол 2-см орудия. Кроме того, он успел покрыться ржавчиной.

В 16 часов конец работы, сразу же усаживаюсь писать. В 18 часов уже совсем темно. К нам сегодня вновь проявили интерес самолеты противника. Один, спикировав, дал очередь прямо по селу.

5 сентября 1942 г

В 4.30 утра раздается крик часового: «Заправить технику!» Речь идет о выдаче 25 канистр. Капля в море!

Каждому достается ровно столько бензина, чтобы дотянуть до ближайшей заправки.

Не жалею, что подняли так рано. Очень живописная картина открывается нашему взору. Воздух чистый, прозрачный, и перед нами во всем своем величии предстают Кавказские горы. Они так близко, что кажется, протяни руку — и прикоснешься к ним.

Перед ними тянется покрытая темно-зеленым лесом гряда пониже — нефтеносные районы Грозного.

Запечатлеваю этот пейзаж на небольшом эскизе.

В 6 часов построение, командир знакомит нас с обстановкой, дает названия отдельных гор, которые мы сегодня видим впервые так отчетливо.

На 10.15 назначен марш, до этого времени предстоит подготовиться. Я даже успеваю сесть и записать несколько строк в дневник.

Непродолжительный период ненастья закончился, сегодня снова очень жарко.

Ровно в назначенное время снимаемся с места. От этой погоды клонит ко сну, я в поездке почти все время дремлю. У дороги замечаем сбитый бомбардировщик противника. Машина американского производства.

Проехав 30 километров, останавливаемся в небольшом селении.

Ставим машину вплотную к дому, маскируем ее и усаживгемся в доме, в прохладной комнате на теневой стороне. Каждый находит себе занятие. Вальтер решил сменить масло в коробке передач.

В 17 часов ужинаем при свечах. Километрах в четырех рвутся русские бомбы. Невзирая на них, укладываюсь спать в доме на кровати.

Кончился относительно спокойный день. Что принесет с собой следующий? Когда нас снова пошлют в рейд?

6 сентября 1942 г

Подъем уже в 5 часов утра, на 14 часов назначено начало марша. После короткого завтрака усаживаюсь в тень за машиной и читаю.

Сегодня нас порадовали целым ворохом писем.

Около 16 часов нерадостная новость: мне предстоит заступить в батальонный караул. В 17.45 мы с Вилле отправляемся в расположение батальона. Это всего в 150 метрах.

Эти русские бомбардировщики порядком осточертели — снова сбрасывают свои бомбы примерно в 4 километрах от нас. Грохот страшный, вверх вздымаются черные фонтаны земли, земля дрожит, дребезжат оконные стекла.

Кстати сказать — сегодня воскресенье.

Никакого марша сегодня так и не вышло.

7 сентября 1942 г

К 6 часам я отстоял положенное в карауле. Забираю вещички и направляюсь к бронемашине. Все еще дрыхнут.

На завтрак зажариваем яичницу из десятка яиц с мукой и молоком. Чувствую сегодня отвратительно, все тело ноет. Пробовал почитать, но не смог, решил прилечь.

В полдень перебираюсь в машину — там прохладнее, благо она стоит в тени, да и мухи не так досаждают. Подходит время обедать, а у меня кусок в горло не лезет. После обеда снова лежу, но чувствую себя получше. В 16.30 готовлюсь к построению. Только мы нагладились, побрились и умылись, как построение вдруг отменяется.

Приносим довольствие, я все же заставляю себя съесть два куска хлеба с маслом. Спать ложусь на машине, подстелив сена, накрываюсь шинелью, двумя одеялами, а поверх кладу еще и прорезиненный плащ.

Над нами снова гудят русские бомбардировщики, и снова бомбовые удары сотрясают все вокруг. Русские бомбят участки в 4 километрах слева и 8 километрах справа от нас. Несмотря на относительно большое расстояние, оконные стекла дрожат так, что едва не высыпаются.

8 сентября 1942 г

Подъем в 5 утра, но я считаю, что это слишком рано, и сплю до 6 часов.

Встаю, не торопясь умываюсь, после этого завтракаем.

Сегодня выдался снова очень жаркий день. Устраиваюсь в тени и читаю. В 10 часов построение в спортивных костюмах.

Едва дежурный унтер-офицер скомандовал: «Строиться!», как командир кричит: «Разойдись!»

К 11 часам мы должны быть готовы выступить.

Мы несказанно рады: ведь это уже, наверное, в третий раз, когда стоит роте начать построения и заниматься всякой тыловой ерундистикой, как ее отправляют на марш.

Уже полчаса спустя мы все успеваем сложить, ровно в 11 подкатывает наш командир, впереди следует наш взвод тяжелых бронемашин в полной боевой готовности, за исключением разве что 1 разведвзвода, который переподчинен батальону Брузе.

Следуем все время вдоль канала, проезжаем мимо зарослей колючего кустарника, мимо селения, где нам уже приходилось побывать.

Жара такая, просто сил нет. Дороги уже кое-где вполне подсохли так, что мы поднимаем пыль.

Проехав около 30 километров, оказываемся в непосредственной близости от Моздокского плацдарма. Вот уже несколько дней до нас доносится артиллерийская канонада. Здесь царит оживление, повсюду, куда ни глянь, обозы,