Береги честь смолоду - Евгений Анатольевич Котельников

мало у нас женщин-тружениц, ударниц, чьи имена занесены на Доску почета, но которые дома становятся совсем не такими, какими мы привыкли видеть их на работе. Разве так, мол, не бывает? А девушки? За станком на нее любо смотреть, а увидишь на танцах — неловко становится! Будто подменили девушку.

Хочется рассказать о некоторых примерах.

Работает в одном из сельских клубов нашей области одна дивчина. О том, как она трудится, знают многие, к ней ездят учиться, ее ставят в пример. И заслуженно. Сумела девушка заметно улучшить работу клуба. Но вот как-то случайно услышали мы ее рассуждения о любви. Девушка, назовем ее Зоей, только что пришла со свидания. Время было позднее…

— Нагулялась? — чуть насмешливо спросила подруга, с которой она вместе жила.

— Не говори, не спрашивай, — тихо ответила Зоя. — Еще один вечер по боку.

— И весело было?

— Какое там! Время убила. Не пропадать же здесь одной. Лучше пошатаюсь с кем-нибудь.

— И не стыдно тебе?

— Тебе вот стыдно. Сидишь по вечерам одна. Ждешь чего-то. А мне весело. И не стыдно. Все равно любви никакой нет. И ждут ее только дурочки.

И не захотелось нам уже писать о работе Зои. Все ее хорошие дела словно померкли, а сама она предстала перед нами в ином свете. Вспомнилось, как в клубе парни бесцеремонно разговаривали с ней, неудачно шутили. Не могло же остаться незамеченным в селе, где каждый шаг на виду, легкомыслие девушки. Вот и работает она хорошо, трудностей не боится, за культуру ратует, а в колхозе ее все же не уважают. И пройдет время, может быть, она сама будет удивляться этому. «Вот, мол, старалась, делала все, а люди оказались неблагодарными». Но неизвестно, поймет ли она, что виной всему та несерьезность, с которой смотрела она на великое чувство — любовь. Можно не верить в ее существование, но нельзя играть в любовь, превращать ее в «разменную монету», как это сделала Зоя. «Негордая», — говорят о таких люди.

О Зое мы вспомнили, познакомившись в гостинице Уральского автозавода с веселой и энергичной Раей Т. Девушка, как говорится, «обжилась» в номере. Командировки у нее бывают длительные, месяца на два-три. Приходится устраиваться в гостинице как у себя дома. Я удивилась, узнав, сколько знакомых у Раи в Миассе.

— Я давно здесь. И приезжаю сюда часто, — сказала мне она.

Только вечером стала понятной причина «популярности» девушки. В номер стучали ежеминутно. Иногда она уходила надолго, предварительно захватив с собой ключ. Рая могла часами сидеть с кем-нибудь на подоконнике в коридоре или прогуливаться возле гостиницы. Возвратившись поздно, она с упоением рассказывала, как, идя с новым поклонником, встретила «старого» и как он «посмотрел на нее, да как посмотрел!».

— Дураки! Я ведь все равно ни за кого из них замуж не пойду.

— Тебе никто не нравится?

— Никто! Погулять можно, но замуж… Нет! Подожду!

И она опять уходила вечером…

Так продолжалось целую неделю. На замечание о том, что она ведет себя несерьезно, Рая отвечала с искренним недоумением:

— А что здесь такого? Вот выйду замуж — и конец моей свободе.

Последнюю фразу она повторяла часто и с каким-то отчаянием.

Как-то Рая сказала, что она считает себя гордой. Так ли это? Можно ли назвать гордой девушку, у которой очень примитивное представление о нравственности, о чистоте взаимоотношений?

Вот о чем рассказывалось недавно в одном из номеров газеты «Комсомолец».

…Парень прибежал к своей любимой прямо на строительную площадку и тут же стал целовать ее. Девушка вырвалась, убежала и заплакала: «Зачем он так? Ведь я не жена ему? Зачем же при людях? Стыдно, ой как стыдно!»

— Что же ты парня обидела? — спросила подружка. — Ведь любит он тебя! Зачем же ты так оттолкнула его?

Но в разговор вмешался комсорг:

— Правильно сделала! Гордая! Нечего ему любовь при всех показывать!

Нелегко было и парню. «Неужели надо прятать свое чувство? — растерянно думал он. — Ведь я люблю ее, эту гордячку!».

— Ты, сходи к ней, сынок, — посоветовала ему мать, — ведь она тоже мучается. Ей трудней, чем тебе. Гордость-то женскую ох как беречь надо!

Но далеко не всегда есть возле молодых такой человек, который поможет советом. Иногда девушки просто теряются от этих слов: «гордость надо беречь». Легко сказать! А как это сделать? Ведь быть гордой нужно не только в любви. Гордая девушка не позволит, чтобы в ее присутствии ругались, пили, относились неуважительно не только к ней, но и к другому человеку.

— Это трудно, — говорят девчата.

Строитель Руфа Т. рассказывает:

— Работали мы рядом с кровельщиками. Вы знаете их работу? Это одна из самых трудных на стройке. Ребята, как правило, ведут себя с нами хорошо. Но однажды… В общем они здорово ругались. А мы были рядом. И смеялись. Со стороны это, наверно, выглядело ужасно: слушают девчата отборнейшую брань и хохочут. Хороши же, подумают о нас те, кто не знает наших девчат. А ведь это работа, всякое случается, — закончила девушка.

Не будем говорить, права ли Руфа в своих суждениях. Ясно, что хорошим девчатам из бригады, где работает Руфа, не нужно было позволять ребятам и один раз «сорваться». Поговорим лучше о некоторых работах «женских» и «неженских», которые, на наш взгляд, тоже имеют непосредственное отношение к женской гордости. Вот что писала в газету студентка строительного техникума К. Кашигина:

«В прошлом году мы проходили производственную практику. Много было разговоров у строителей по поводу нашего появления на участке. Большинство старших товарищей пытались привить нам любовь к профессии. Но нашлись и такие, которые говорили: «Для чего вы, девушки, учитесь?.. Чтобы выйти замуж за инженера? …Представьте себе такую картину: вылезет из-под самосвала этакое существо в сапогах и комбинезоне, не сразу поймешь, кто это: женщина или мужчина. Женщина всегда должна оставаться женщиной.

И некоторые девочки с этим согласились. Они оживленно заговорили о женственности, о том, что, работая на производстве, женщина часто мало уделяет внимания семье, не создает уюта в квартире. «Что это за жена? — решили они. — Нет, видимо, быть хорошей женой и техником-строителем — несовместимо».

Послушаешь подобные разговоры о том, что девушка только для того и живет, чтобы стать женой, и обидно становится; почему некоторые еще считают, что нам «цветы да бабочки», а мужчина должен хлеб зарабатывать? Я знаю: наша жизнь опровергает это мнение».

На первый взгляд здесь все кажется ясным. Конечно, Кашигина права, когда пишет, что мещанскую философию о женщинах-бабочках опровергает сама жизнь. В нашей стране все делается для того, чтобы сделать женщину активным членом общества.