Развод по моим правилам - Ольга Игонина

- Кир, мы же цивилизованные люди, а ты себя как повела? Член на стене, это что? Нормально?

- Член на стене - не самое страшное, а вот когда человек в душе напоминает эту конфигурацию, это беда, обоями новыми не прикроешь, - мама оживает.

Не знаю, папа нажал на сброс или Сергей не выдержал напора. Звонок прервался, и перезванивать нет желания.

Кладу руку на спину Женьки. Жду, что отстроиться, но нет.

- Жень, я понимаю, как тебе сейчас больно. Когда тебя предают, это очень сложно пережить. Хочется закрыться, больше никому не доверять.

Подбираю каждое слово. Надо к знакомому психологу обратиться, может, даст советы, как быть с сыном.

- Мам, я думал, что взрослые умнее. Вернее, конкретный взрослый. Я переживу, а вот он не факт.

Женя вздыхает, достает телефон и погружается в игру.

Подъезжаем к нашему новому дому. Небольшая однушка чаще служила складом. Сдавать я ее не хотела. А вот диван, который купили в дом, почти за полгода до заселения, сначала приехал туда. И до сих пор некоторые предметы интерьера хранятся в коридоре: то концепция изменилась, то разонравилось, то по цвету не подошло, а время возврата прошло.

Пока папа с Женей переносят вещи, мы с мамой «сторожим» открытую машину.

- Кир, ты только не унывай. Понимаю, что депрессия не про плохое настроение, но я так ее боюсь. Я столько последствий видела. Я вижу, что ты держишься. И слезинки не проронила. Может, поплакать лучше?

- Сегодня, когда Женька уснет, порву все наши фотки, пореву под «Дневник Бриджит Джонс». А утром начну жить с нуля. Снова вернусь к дизайну, вспомню рабочие программы, смахну пыль с амбиций. Мам, я точно не пропаду. Ну, максимум у меня хандра на пару-тройку дней затянется. Я точно выживу. Мои мужчины забирают последние коробки. Мама идёт следом за ними. А я не могу сделать шаг.

Я уже забыла, как это быть одинокой. Раздавленной, растоптанной. После первого развода я себе давала обещание быть счастливой ради сына. И не могу сказать, что я себе врала. От этого ещё больнее. Я же всегда в холодном разуме, это не было иллюзией, мы были красивой парой, счастливой.

Возвращаюсь из мыслей. Мама стоит у подъезда, держит дверь, ждёт. Киваю и ускоряю шаг.

Обычный подъезд, никаких консьержек. На четвертом этаже, от лифта направо в самом конце наша берлога.

Захожу в квартиру. Прислушиваюсь. На курсе по дизайну нас учили, что любое жилье надо почувствовать, понять.

Она, как и я заморожена, никакой жизни внутри.

- Мам, - сын сидит на стопке комиксов. - Ты чего?

- Здесь ничем не пахнет. И это надо срочно исправить, - усмехаюсь.

Я всегда буду благодарна спорту и тренеру ещё той, советской закалки. Он нас всегда настраивал, что спорт - это про возможность быть самой собой, но такой, о которой ты ещё не подозреваешь. И когда плохо, всегда искать хоть крохотный росточек, лишь бы зацепиться и найти новый стимул жить.

Осматриваюсь. Сразу прикидываю, где будет моя кровать, где Женькин стол.

- Кир, а деньги у тебя есть на жизнь?

Мама немного тушуется.

Вопрос финансов у нас не очень и принято обсуждать. Родители никогда не спрашивали о наших доходах, расходах.

- На первое время мне хватит. Я найду работу, возьму проекты, не переживай. Я живучая.

На карте у меня действительно есть сумма, которая позволит нам с сыном без излишеств прожить три-четыре месяца, а если ужаться, то и на полгода хватит.

Когда-то в журнале прочитала про зарплату жены: муж платит за выполнение домашних обязанностей, ведь в браке без работы женщина становится сильно уязвимой. Я рассказала об идее Сергею, он поддержал ее и честно давал деньги каждый месяц. А когда занялись строительством дома, у меня всегда была немалая сумма на карте. И моя бережливость мне только на руку. Интересно, как бы сейчас бывший отреагировал на зарплату жены? Наверное, бы указал на стену с рисунком.

Глава 18

Пятую ночь я в новой квартире, и пятую ночь я никак не могу уснуть. Если так дело пойдет, то надо будет топать к врачу. В голове явный перегруз, память не держит информацию больше десяти минут. С семи утра сижу за компьютером, делаю первые макеты, пока просто, чтобы все вспомнить.

- Мам, так нельзя! - Женя снова подпихивает мне бутерброд. - Если с тобой что-то случиться, так и знай, я его грохну. Я бы и так не советовал ему переходить мне дорогу.

Сын обнимает меня за плечи, трется носом о макушку.

Через силу кусаю тонкий подсушенный хлеб, долго жую, а проглотить не могу. Он становится комом. Кто-то со стресса ест, как не в себя, а я не могу даже воду нормально пить. Чувствую, как понемногу разваливаюсь, спина уже не отпускает даже после таблетки.

Сын уходит на учебу, а я как волк в клетке хожу из угла в угол. Все не так, как надо.

Мои размышления прерывает звонок.

«Зиновий Львович».

- Кира, доброе утро. Ваш муж решил пойти на переговоры, вчера ближе к ночи со мной связался его адвокат. Пока они предлагают мутную схему.

- Даже не сомневаюсь. Давайте, только обойдемся без непонятных вариантов. Меня интересуют только деньги и только в рамках закона.

- О, Кира, - кажется, он там смеется, - вы за это можете даже не переживать. Для меня уже дело принципа все провести в самом лучшем виде. Разденем как липку. Только будьте осторожны.

Заканчиваю разговор, закрываю ноутбук.

Отправила два тестовых в строительные компании, хоть и вариант найма мне он очень нравится. Сейчас деньги есть, но они имеют свойства так быстро заканчиваться. Родители не бросят. но сидеть на их шее, я не могу.

Смотрю, кто-то пишет с незнакомого номера в мессенджер.

Недобрый тебе день, коза старая. Хватит трепать нервы моему мужчине. Оставь его, и все, что принадлежит ему. Загрузу

Перечитываю его еще раз, ага, новая подружка Сергея активировалась, видимо, так и чувствует, как деньги ускользают.

Это ты пустышка. А я ему рожу наследника, и очень скоро.

Если бы сейчас этот аноним был рядом, я бы свернула ему шею. И