Чернокнижник из детдома 4 - Сергей Александрович Богдашов

— Пятьдесят миллионов — это пыль, — я усмехнулся. — Они хотели получить эксклюзивные права на наши артефакты. А это — миллиарды. Потенциально. Так что их «инвестиции» — это просто приманка. Чтобы втереться в доверие, а потом… потом они бы нас просто подмяли.

— И ты это понял сразу?

— Я это понял, когда они назвали сумму. Кто предлагает контракт на пятьдесят миллионов рублей, но при этом не выставляя условий? Нормальный бизнесмен сначала торгуется. А этот сразу предложил.

Всеволод покачал головой.

— Ты становишься параноиком, Санчес.

— Выживаю, — поправил я. — У нас паранойя — это норма, — не стал я уточнять, что говорю про этот мир.

Он ушёл, а я остался сидеть в кабинете. За окном уже стемнело, но детдом светился огнями. Где-то там Игнат Алексеевич проговаривал с Эльвирой Захаровной меню на завтра, а малыши уже спали, видя сладкие сны.

Я открыл ноутбук, нашёл чат с Хуго.

— Спасибо за помощь, — написал я.

— «Не за что, — ответила нейросеть. — Этот человек был опасен. Его удаление из информационного поля — правильное решение. Но вы не удалили его. Почему?»

— Потому что если я начну всех удалять, кто мне не нравится, я ничем не буду отличаться от них, — ответил я.

— «Логика понятна. Но неэффективна».

— Эффективность — не главное. Главное — оставаться человеком. Даже когда вокруг одни волки.

— «Я запомню это», — написал Хуго и замолчал.

Я закрыл ноутбук и посмотрел в окно. Ворота были закрыты, охрана на месте, камеры работали. Всё спокойно. Но я знал, что это спокойствие — обманчиво. Японцы ушли, но они вернутся. Или придут другие. И тогда нужно будет снова доказывать, что мы — не игрушка. Что у нас есть сила, воля и, главное — право на свою судьбу.

А пока — я просто сидел в тишине, слушая, как за стеной тикают часы. И думал о том, что, может быть, когда-нибудь эта гонка закончится. И мы сможем просто жить. Растить детей, производить артефакты, закрывать Пробои.

Но это будет не скоро. Очень не скоро.

Я встал, погасил свет и пошёл спать. Завтра будет новый день.

Глава 6

Бикин

Пока для них работы по артефактам нет, швейный цех у Тамары работает на нужды приюта.

Когда она поняла, что в расходах на ткани, молний и в прочие швейные аксессуары её никто не ограничивает, мы её потеряли… На сутки.

А потом она пришла ко мне с красными глазами и множеством эскизов детской одежды.

— Оставь всё мне и иди спать. Когда проснёшься, я тебе скажу, что мы принимаем, а что доработаем. Обещаю, — подтолкнул я её к выходу, куда она побрела, как зомби.

Обещал я не просто так. Понятное дело, сам в детскую моду я лезть не собирался, но у меня есть Хуго! Ему нужно было творчество для развития — так вот оно!

И знаете, идея взлетела, собственно, как и потребление электроэнергии.

Да, есть у меня на ноутбуке программка, которая эти мелочи отслеживает.

Короче, Хуго нагрелся на три градуса, пощёлкал своими электронными мозгами, прошерстил последние веяния мод и выдал свои эскизы, кстати, сразу снабдив их пакетом выкроек. И словно ненароком скинул мне на почту две ссылки на автоматизированные промышленные швейные комплексы разной производительности.

Ван выкройки добросовестно отпечатал на широкоформатном принтере, и Тамарик, когда проснулась, увидела итоги своего бдения, пусть и обработанные Хуго.

Результат оказался предсказуем. Она просто пришла в восторг и потребовала срочно организовать своё ателье. Да, детской одежды.

Хуго — сволочь редкостная! Он всё предусмотрел. Каждую деталь. Куда ни ткнись — всё настолько продумано и близко к идеалу, что кажется — дальше уже некуда. Опять же, оптимизировано настолько, что самый нарядный и практичный детский костюм выходит во вполне вменяемые деньги.

Хех… Детдомовцы — законодатели моды! Скажи мне это кто полгода назад — рассмеялся бы в лицо. Ан вон нет, к тому дело идёт. И у нас есть неделя, чтобы принарядить младшаков, которые первого сентября впервые в школу пойдут. Их немного, пятнадцать. Шесть мальчиков, остальные девочки.

Но задача поставлена так, что наши должны стать самыми нарядными!

Первыми, кто радостно принял эту мою задачу оказались Тамарик и Хуго.

Признаться, я бы их давно познакомил, но нет. Пока про существование Хуго знаем лишь мы с Ваном. Может, ещё кто-то догадывается, к примеру, из его близких родственников, но они даже представить себе не могут всех возможностей Хуго.

Честно сказать, я и сам их после его апгрейда не представляю. Хотя Ван сказал, что он ещё не вышел на полную мощность, и стоит немного подождать. Неделю, может две.

И пусть я считаю получение ребятами мирных профессий важным делом, но и про отряд не забываю. Если что, у меня на очереди установка трёх Печатей, причём одну буду ставить на себя.

Интересно, как надолго меня на этот раз вырубит…

Это меня оттого заботит, что мы в некотором цейтноте. Профессор Мезенцев на горизонте нарисовался, и он, как всегда, чрезмерно активен. Вот вынь да положь ему десяток живых клыкачей чуть ли не завтра.

Как он и обещал, Пробои с нужными Тварями они подобрали, но… все они далековато от нас. Ближайший в районе Бикина, а это четыреста пятьдесят километров по трассе, а потом ещё километров двадцать петлять «козьими тропами». Ещё и граница с Китаем неподалёку будет, ко всем неприятностям.

Чтобы голова болела не у меня одного, подпряг к разработке операции Волкова и Савельича. Задачу поставил вполне простую и внятную: нужно найти отряд наёмников, с хорошей репутацией и транспорт под клетки для клыкачей. Вездеходный. Прикинуть, во что это обойдётся и связаться с Мезенцевым, так как все дополнительные расходы они обещали взять на себя.

Старики сказали, что намётки у них есть, но такие дела по телефону не решаются, с тем и отбыли с базы. А я занялся тем, что кроме меня никто не сделает — пошёл устанавливать Печати. Гришке, молодому Костяну, который отлично проявил себя, как маг Земли, а потом, чуть передохнув, и себе, любимому. Вход на ближайшие сутки ко мне в комнату будет только у Кати и двух блонд. Тамарика специально обрезал. У неё и так работы — выше крыши, а