Паутина Света. 1-6 - Сергей Александрович Плотников

— Хватит ржать! Это не смешно, потому что почти правда… девочки! Блин! Ничего рассказывать не буду, пока не успокоитесь… Может, вам воды принести?

— Ладно, ладно, рассказывай уже, интересно же! — первой успокоилась Хироэ. — Я так понимаю, моя мама сейчас поехала на встречу с ней? Котегава Цутигуме. Мама сказала, что весьма удивлена, что мы смогли наладить контакт с бухгалтером такого уровня.

— Верно. Думаю, она ещё больше удивится, когда поговорит. Эх, чувствую я, мы упускаем интереснейшую беседу! Ну ладно, слушайте…

Интерлюдия 3

Такамия, отель Шинтакамия. [часть 1]

Айя Канаме и дорогумо Котегава Цутигуме

Айя Канаме всегда соблюдала несколько правил, относительно предполагаемых встреч: в общем виде их вполне можно было обобщить русской пословицей «по одёжке встречают». Например, на деловую встречу она никогда не приезжала на такси — её красная «Тойота — полуспорт» прекрасно показывала как её уровень независимости и достатка, так и была железным предлогом отказаться от спиртного. Единственная проблема машины как социального маркера была в необходимости регулярно обновлять модель. Правда, можно было бы купить «нестареющую классику», но Канаме пока не чувствовала в себе желания начать собирать деньги на «Роллс Ройс».

Так что, затормозив у входа в отель Шинтаками, Канаме покинула автомобиль и, не закрывая дверь, на ходу вручила ключи швейцару перед входом. И незаметно поморщилась: Ками-сама, что за деревня! Она не требовала от провинциального VIP отеля полного сервиса — но тридцать секунд пялиться на ключи в руке и на машину попеременно — это перебор!

— Котегава Цутигуме. Встреча назначена, — небрежно сообщила она менеджеру за стойкой ресепшена. И опять — ну как можно целую минуту копаться, вбивая данные?

— Вам в номер 2801, 28 этаж.

Айя поблагодарила и вздохнула. Даже несмотря на то, что Котегава ожидаемо сняла «президентский люкс», выделить швейцара для сопровождения гостьи к VIP-клиенту оказалось выше разумения местной обслуги.

В итоге к номеру финансиста Канаме подходила в задумчивости: стоит ли написать разгромную рецензию и отослать в гламурный глянец, или лучше выловить владельца этого богоугодного заведения и поболтать лично? Собственника отеля, как и других немногочисленных представителей местного бомонда, Айя знала весьма неплохо — как-никак раз пять в год на мероприятиях обязательно пересекаются.

Котегава отреагировала на звонок интеркома очень быстро — дверь открылась, и Канаме получила возможность оценить «шапочную» знакомую — их представили друг другу три года назад. Ну что ж? Внешне Цутигуме почти не изменилась — всё та же очень близкая к идеалу фигура, волосы, способные вызвать сердечный припадок от зависти, и сбалансированное количество драгоценностей: часы, серьги и кулон на простой цепочке. А вот с пластикой произошли кардинальные трансформации: вместо беспомощно-округлых жестов — резкая хищная выверенная жестикуляция, вместо нарочито-растерянного взгляда (на который все, кто видел её в первый раз, покупались) — прищур хищника. Сытого хищника. Опять чёртова загадка! Для того, чтобы человек так поменялся, он реально должен был попасть в джунгли на эти самые три года, да ещё желательно в состав егерей — там движения ставят. Это если оставить за скобками вопрос, как Амакава вообще удалось выйти на Котегаву и уговорить поработать на себя. Впрочем, на последний вопрос она ответ, видимо, скоро получит.

— Канаме-сан, — Цутигуме с поклоном предложила сесть в кресло рядом с журнальным столиком — и сама заняла соседнее, перед которым стоял открытый ноутбук. — Вы прекрасно выглядите, ничуть не изменились с нашей прошлой встречи.

— Провинция, свежий воздух, любящая семья, хорошие питание, — Айя тонко улыбнулась. — И много маленьких женских хитростей. Вам, я вижу, они знакомы не хуже, чем мне?

— Просто удачная физиология, — отмахнулась финансистка и серьёзно посмотрела на Канаме. — Я думаю, обмен любезностями можно пока свернуть и поговорить по теме, ради которой мы собрались.

— Я только за, — хищная улыбка у Айи получилась ничуть не хуже.

— Отлично, — кивнула дорогумо. — Тогда сначала ответ на вопрос, почему я вообще влезла в это дело.

Одно неуловимое движение, и вместо привычной человеческой руки появилась сухая и длинная членистая конечность насекомого. Желание выругаться Канаме подавила, а вот не вздрогнуть не смогла — не так просто привыкнуть к тому, что вокруг тебя могут жить не только люди, но и… вот эти.

— Вассальная клятва, — констатировала «домохозяйка», задавив первый шок и прикидывая, к каком виду аякаси могла относится её визави. Тогда, проведя без сна целую ночь, она, используя вызванный эмоциями стресс, перерыла и обработала значительный объём информации, находящейся в открытом доступе — по-новому переосмысляя известные занятия японских кланов и сопоставляя информацию по демонам-ёкаям. Какое счастье, что предки тоже пришли к выводу о том, что «мистического» врага надо знать в лицо — и оставили благодарным потомкам довольно подробные, правда, иногда противоречивые описания и характеристики.

— Паук? — предположила Канаме.

— Да, я — дорогумо. Вижу, вам, Канаме-сан, это о многом говорит?

— Да, — не стала отнекиваться женщина. — Думаю, достаточно много говорит, чтобы мы перешли «на ты».

— Согласна!

— Отлично. А теперь скажи, Котегава, что тебе надо от Амакава? Я имею в виду — что надо именно тебе.

Цутигуме вздрогнула — так резко поменялся темп и интонационный набор речи.

— Защитить будущее потомков, — автоматически ответила паучиха и осеклась. Вот уж чего-чего, а ставить на первое место самую важную причину она не собиралась. — А ещё увеличить свои доходы и показать, на что я способна. Довольна, Канаме? Как насчёт тебя?

Дорогумо злилась — простейший же приём, без всякой магии… но проведённый с такой внутренней силой и так профессионально, что сработал без всяких проблем. Чёрт, а она тогда не поверила некоторым слухам про эту женщину!

А Айя внутренне торжествовала — аякаси оказались восприимчивы к психосоматическим приёмам. Но внешне была совершенно спокойна.

— От Амакава? Возможность вложить средства и толику участия в начинания такой структуры, как Старый Клан…

— И дочь.

— Что?!

— И дочь вложить, да? — криво ухмыльнулась паучиха. — Хорошая идея, не спорю. Многие знают Айю Канаме, но кто знает Канаме? А вот Амакава знают все. Удачное вложение.

— Я хочу, чтобы моя дочь была счастлива, — ровным тоном произнесла женщина. — Ну и возможность повлиять на решения Старого Клана — дорогого стоит, не так ли Котегава Цутигуме?

— О, не могу не согласиться, кто из аякаси отказался бы повлиять на магов? Или из простых смертных, правильно? Только, хочу заметить, твоя дочь в качестве жены Юто будет не самым разумным политическим ходом. Надеюсь, это мне объяснять не надо?

— Не надо, — против воли