Повседневные разборки в мире монстродевушек - Вячеслав Танков

— Так это же замечательно! — рассмеялся я. — Стоит немного подождать и…

Слова примерзли к моему языку, когда граф в отрицании горестно покачал головой.

— Согласно донесениям моих агентов, люди Видящих уже давно озабочены поисками старинных волшебных артефактов, типа философского камня, Экскалибура, Грааля, молодильных яблок и прочих. Никто не знает, существуют ли они в реальности, но иногда сбываются даже самые сказочные легенды. Все эти артефакты объединяют одни и те же описания…

— Они продлевают жизнь! — прохрипел я. — Значит, эти уроды ищут способ омолодиться!

— Верно, — грустно кивнул граф. — Видит Единый, я бы и сам не отказался надкусить запретный плод. О, сколько бы я всего успел совершить, имей я в запасе еще хоть пару десятков лет! Нет, Магнус, я говорю именно о годах активного труда, а не просиживании на кресле у камина, попердывая в подушку! По самым скромным прикидкам мне осталось еще пять-шесть лет трудиться на благо Империи. Потом организм начнет сдавать, даже с помощью лекарей. Возраст не победить… В общем, не важно. Что касается поисков реликвий, они пока не увенчались успехом, иначе бы я уже знал об этом. Но рано или поздно, уверен, они отыщут то, что хотят. И тогда о переменах можно будет забыть. И ваши зверолюды будут продолжать стонать под гнетом рабовладельцев. И мои граждане будут стонать под непосильными налогами и ценами на услуги целителей!

Дюк замолчал, иногда бросая на меня странные взгляды. Готов поклясться, он порывался о чем-то меня спросить, но каждый раз одергивал сам себя. Похоже, честь или гордость не позволяли ему обратиться ко мне с некоей просьбой.

— Давайте вернемся к проклятию вашей дочери, — решил сменить тему. — Одно исходит из другого. Граф. Я считаю, что личинку того демона в вашу дочь вложили именно они, Видящие. Должно быть, совсем отчаялись и решили вырастить демона, у которого могли бы потребовать выполнить определенные желания. Бессмертие или просто продление жизни, полагаю.

— Вы считаете, демон стал бы выполнять их? — скептически поднял бровь Бэкингем. — Как известно, они никогда не идут на поводу у людей. Собственно, нас они считают за еду.

— Демоны разные бывают, — пожал плечами, вспоминая одну маленькую и миленькую демоницу из подземелья. — Я не специалист, но мне кажется, они должны находить общий язык с людьми и иногда выполнять желания. Иначе бы их тогда вообще н призывали. Другое дело, обманут ли они своих заказчиков или какую цену запросят. И знаете, граф, мне кажется, тот демон, которого мы изгнали, нормально родившись и войдя в полную силу, легко мог выполнить желание Видящих, забрав при этом жизни половины граждан столицы! Думаю, Видящие легко бы на это согласились. А защитники…

— Мы бы ничего не могли ему сделать! — посеревшими губами прошептал Дюк. — Боже мой, Магнус! Как вы правы! Действительно, этот день бы стал кровавой баней. И не факт, что этот демон не позвал бы приятелей! Началось бы Второе вторжение демонов и цивилизация снова оказалась бы под угрозой!

«Не думал об этом с такой точки зрения, но ведь он прав!» — подумалось мне. — «Получается, я предотвратил вторжение демонов? Хм-м».

— Тогда у нас обоих еще больше причин ненавидеть Видящих, — твердо произнес Бэкингем. — Если Император об этом узнает, он незамедлительно примет меры. Как думаете, сэр Магнус? Стоит ли ему рассказать об этом?

— Он же не поверит ни единому слову, если у нас не будет доказательств, — пожал плечами. — Вы и так в опале, а я тут никто.

— Не думаю, — дернул щекой тот. — Дитрих — умный человек и не станет идти на поводу предрассудков. Он должен прислушаться к моим словам.

— Тогда вам стоит переговорить с ним наедине, — развожу руками. — Или в помещении, где будет как можно меньше народу. Желательно без дряхлых стариков или их агентов.

— Тогда вы должны пойти со мной, — прямо заявил граф. — Вдвоем у нас будет больше шансов заинтересовать Императора. Да и вы сами, думаю, заинтересованы в том, чтобы поговорить с ним. Наверняка у вас есть множество вопросов, которые вы бы хотели обсудить с Дитрихом, не так ли?

Вот тут меня проняло! Аудиенция с самим Императором! Еще бы я этого хотел! И дело тут не в разнице положений, а в попытке все изменить! Удача? Случай? Совпадение? Да какая разница — такой шанс нельзя упускать!

— Вижу по вам, — ухмыльнулся Дюк, — что мое предложение пришлось вам по душе. Тогда так и порешим. Все равно встретиться с ним быстро не выйдет. Займитесь своими делами, как минимум пара дней у нас есть. Нужно будет все подготовить. У вас есть деньги? Обновите свой гардероб. Не стоит являться во дворец одетым как простолюдин. Тем более, я представлю вас как посла доброй воли с далекого юга. Нет, не из Оазиса, естественно, но любой мелкой страны. Вам даже не нужно ничего учить — они там почти все простые как крестьяне, не знающие манер и этикета. Просто стройте из себя важную птицу до тех пор, пока Император не вызовет вас на личную аудиенцию. Потом все будет зависеть уже от нас. Но хватит о делах. Вам есть где переночевать? Могу предложить вам большую гостевую спальню…

Он заговорщицки подмигнул мне.

— … С одной огромной кроватью!

Глава 7

За двумя лисицами погонишься…

Особняк Бэкингема был раза в три шире нашего, хотя по внутреннему строению ничем не отличался. Гостевая спальня была в само конце левого крыла на втором этаже, в то время как покои графа находились в правом на третьем. Слуги спали на первом. Выглянув в окно, увидел, как на улице вне забора ходят бдительные патрульные, в то время как по периметру придомовой территории бродили вооруженные стражники с факелами. Судя по всему, Дюк не врал, когда говорил о том, что ему есть от кого защищаться. Глянув на миникарту, убедился, что поблизости нет красных точек и немного расслабился.

Перед тем как пожелать графу спокойной ночи, спросил у него о Зуме с Дианой. Тот спокойно ответил, что к нему приходила герой-кентавра золотого ранга в сопровождении человеческой девушки (должно быть, Зума под иллюзией), но узнав, что меня еще не было, решили переночевать в ближайшей гостинице. С его слов, кентавра выглядела очень печальной, даже подавленной, но отказалась говорить, в чем причина плохого настроения. Я же в который раз