Собрание сочинений. Том 2. Дневники и письма - Яков Семенович Друскин

она будет живой верой — жив Господь, жива душа моя. Сколько останется тогда верующих? Не знаю, но лучше один верующий на легион неверующих, чем легион фарисеев и ни одного верующего. Много званых, мало призванных.

3 февраля. «Искушения друзей Божиих, которые смиренномудры.

Искушения, какие бывают душе от духовного жезла к ее преспеянию и возрастанию и которыми она обучается, испытывается и вводится в подвиг, суть следующие: леность, тяжесть в теле, расслабление членов, уныние, смущение мыслей, мнительность от изнеможения тела, временное пресечение надежды, омрачение помыслов, недостаток человеческой помощи, скудость в потребном для тела и тому подобное. От сих искушений человек приобретает душу одинокую и беззащитную, сердце омертвевшее и смирение. И сим дознается, начал ли он вожделевать Создателя» (Ис[аак] Сир[ианин]. Слово 78). И также Слово 88.

6 февраля. «Жив Господь, жива душа твоя» — это выражение несколько раз встречается в Старом Завете. Может, это было приветствием в особо торжественных случаях? Когда я вижу, что жив Господь, жива душа твоя, жива и моя душа: ты — Ты — я.

14 февраля. В 1956 г. я писал, что я ноуменальный — не тот, кто живет, говорит, мучается в игнавии, а кто пишет ТФТ, вернее, даже сам ТФТ — не помещающееся в моей душе. Сейчас я бы сказал наоборот: я хотел бы найти не помещающееся в моей душе в том, кто часами валяется на кровати, ничего не делая, почти не думая, и упорно, мучительно, без всякого удовольствия пожирает себя самого.

22 февраля. Действительно ли я так пожираю себя, как написал это? Или я мучаюсь оттого, что ничего не мучает меня? Чего мне не хватает: смиренномудрия, нищеты духа или вопля: Эли, Эли, лама савахфани? Два ли это — нищета духа и вопль — или одно? От сокрушения сердца я воплю, а в нищете духа и смиренномудрии? Я живу в какой-то Gelassenheit — та ли смиренномудрая или безнадежный автоматизм повседневности? Но если это, как я раз сказал Т., — оптимистический пессимизм, — то́ ли мудрое смирение или скорее немудрая безнадежность? Я в тесноте, в тесной яме и двинуться не могу, Господи, Иисусе Христе, вытащи меня, Господи, поспеши, Господи, не умедли.

26 февраля. Надо найти не общее, а вполне конкретное экзистенциальное место самого греха, акта греха. Об этом я писал еще в январе:

А. 1. Акт святости или праведности, то есть покаяния, — абсолютная свобода.

2. Состояние праведности — justus peccator.

Б. 1. Акт греха — акт свободного выбора.

2. Состояние в грехе — в рабстве свободного выбора.

Чем отличается акт свободного выбора от состояния в рабстве свободного выбора? Некоторой первоначальностью намерения. Б1 — абсолютно противополагается А1. А1 — неопределенное отрицание Б1. В само́м Б1 оба — и А1 и Б1 — только два отраженных абсолютных: выбор невыбора и выбор выбора. Поэтому из Б1 естественным путем нет выхода. Б2 — незаметно проникает в А2, поэтому А2 только justus peccator. Соотношения здесь аналогичные логическому квадрату: если Б1 — А, то А1 — не Е, а скорее — Ā, то есть О; в самом Б1: Б1 и А1 противополагаются, как А и Е. Отношение А2 и Б2: I и О. Это только аналогия. Б1 акт μὴ ὄν. Но ведь μὴ ὄν — это само οὐχ ὂν, то есть οὐχ ὄν как само — μὴ ὄν. Тогда:

А1/Б1 — возможность возможности или ноуменальный акт.

В одной точке и праведность и грех, поэтому за грех я ответственен и абсолютно свободно выбираю грех, и так как выбираю, то уже в рабстве: абсолютно свободно выбираю рабство.

В синтетическом одностороннем тожестве различать:

мир перед Богом — мир п. Б;

мир, образ которого проходит, — мир, об. к. пр. Тогда:

Затем: преходящий образ мира, предельная мысль, грех и намерение греха.

Надо соединить космологическую, антропологическую и христосотериологическую форму синтетического одностороннего тожества, тогда, может, и найду точное место моего греха, источник моей тесноты. Может, для того мне и послана теснота, чтобы в ней я нашел точное место греха.

2 марта. В философии в конце концов я необходимо прихожу к Богу. Но так как необходимо, то это еще не Бог живой, не Бог Авраама, Исаака и Иакова.

Я прихожу или к абсолютному, но это вообще еще не Бог, может, даже не Божество, или к первой форме без всякой материи. Но и это не Бог, только бог или Демиург. Он становится Богом, если поместить Его в абсолютное ничто — ничто первое, что, может, равносильно абсолютно свободному творению, значит из ничто, то есть освободить Его от всякой необходимости. Но и сама causa sui без абсолютно свободного творения, значит из ничто, тоже еще не Бог. К тому же causa sui подчиняет Его внутренний необходимости, но и этого не должно быть.

24 марта. К концу жизни Кант различал: Wille — чистая воля и Willkür — произвол [нем.]. 40 лет тому назад («Практические постулаты») я сделал такой же вывод из «Критики практического разума» и «Религии в пределах…». Но из этого следует или акосмизм — последовательный монофизитизм, или манихейский дуализм, несторианство и пелагианизм.

Если я создан по образу Христа (апостол Павел) и человеческая природа Христа подавляется Божественной, так что Христос только как бы человек, то монофизитизм, доведенный до докетизма, переходит в акосмизм: я как индивидуальность и личность существую только quatenus — поскольку или как бы.

Если произвол свободен только тогда, когда подчиняется seiner eigen allgemeinen Gesetzgebung, тогда сама воля обусловлена своей трансцендентной необходимостью, тогда трансцендентальная свобода есть трансцендентное рабство.

Сама чистая воля тогда одна и та же у всех. Тогда или нет отдельной личности, или отдельная личность только в грехе, первое — акосмизм, второе — манихейский дуализм.

Где лежит начало возможности выбирать между добром и злом, то есть Willkür? По Канту, если в сверхчувственном, то воля демонизирована, так как в интеллигибельном найдется неинтеллигибельное — неразумное, а Кант определяет волю как разумную: чистый разум — практический. Если в чувственном, то умаляется сила и всеобщность греха, — пелагианизм.

Кант из-за своего преклонения перед разумом не мог всякий произвол и выбор признать грехом и до конца провести различие между свободой выбора и абсолютной свободой — это нарушило бы автономность человеческой свободы. Он не понимал, что абсолютная свобода — не моя собственная свобода, а дар мне. Моя же собственная свобода только liberum arbitium — servum liberum arbitium.

Надо различать:

а. Непроизвольное желание