Бывшая сына. Запретная страсть - Злата Романова

Мои губы снова находят его, и поцелуй становится еще более жадным. Егор полностью доминирует надо мной, он ставит меня в то положение, которое удобно ему, двигает мое тело навстречу своему в том ритме, который задает сам, не позволяя мне перехватить инициативу и сдерживая там, где я хочу быстрее.

— Хорошая девочка, — шепчут похвалу его губы, и я вся сжимаюсь от удовольствия. — Вот так, Вика. Просто отпусти и все придет. Не торопись.

Его пальцы продолжают изучать меня и я выгибаюсь, чувствуя, как мое тело откликается на каждое его движение. Я и не знала, что возможно быть настолько переполненной удовольствием…

Чего я ждала? Почему не отдалась в его руки сразу же, как он сказал, что любит меня? Наши тела идеально подходят друг другу, как две детали одной мозаики. Я разлетаюсь на части в его объятиях, еще крепче обвиваясь вокруг него всем телом, пока он сжимает меня, с хриплым рыком встречая собственное удовольствие.

* * *

Мы лежим на диване, куда я переместил Вику с пола, укрыв пледом и утянув в свои объятия. Она прижимается ко мне, ее голова лежит на моей груди, а ноги переплетаются с моими. Я лениво провожу рукой по ее волосам, чувствуя, как их мягкость скользит между пальцами. Ее дыхание стало ровным, спокойным, но мне сложно сказать, о чем она сейчас думает.

— Что тебя беспокоит? — спрашиваю я, слегка наклоняясь, чтобы заглянуть ей в лицо.

Она поднимает взгляд, ее карие глаза полны смятения.

— Просто… пытаюсь понять, что сейчас чувствую, — говорит она тихо.

— И что? — улыбаюсь я, стараясь не давить.

Вика вздыхает, ее пальцы лениво скользят по моей груди, словно она ищет правильные слова.

— Это неправильно, — шепчет она, но ее голос звучит неуверенно.

— Почему? — спрашиваю я, поднимая ее подбородок, чтобы она посмотрела на меня.

— Ты… мой бывший свекор, — говорит она, и в ее голосе слышится нотка самоиронии. — Ты отец Сергея. Это даже звучит…

— Не важно, как это звучит, Вика, — перебиваю ее. — Я не только отец Сергея. Еще я мужчина, который хочет быть с тобой.

Она отводит взгляд, ее щеки слегка розовеют.

— Это все так… сложно.

— Вика, — я осторожно провожу рукой по ее щеке. — Все может быть проще, если ты позволишь этому быть. Вопрос в том, хочешь ли ты меня?

Она молчит, ее губы слегка дрожат, но она не отстраняется.

— Ты меня пугаешь, — говорит она наконец.

— Почему? — я снова наклоняюсь ближе, наши лица разделяют всего несколько сантиметров.

— Потому что я знаю, что лучше бы мне держаться от тебя подальше, но не могу этого сделать, — отвечает она честно. — Я хочу тебя.

Я не могу скрыть довольную улыбку, когда касаюсь ее губ своими.

— И я весь твой, Вика. Делай со мной, что хочешь, и плевать, как это выглядит.

— Нам нужно об этом поговорить, — говорит она, садясь и слегка подтягивая плед к груди.

— Хорошо, давай поговорим, — соглашаюсь я.

— Егор, я не знаю, как это… вообще возможно. Ты понимаешь, как на нас будут смотреть люди?

— А мне плевать, — отвечаю я резко, чувствуя, как внутри поднимается волна раздражения. — Пусть смотрят. Пусть обсуждают. Мне важно только одно — ты.

Она поднимает глаза, ее взгляд становится мягче, но я все еще вижу в них тень сомнений.

— А Сергей? — шепчет она, будто боится самого этого имени.

— Сергей… — я делаю паузу, чтобы успокоиться. — Он сделал свой выбор, Вика. И сейчас ты должна подумать о себе.

Она опускает голову, ее волосы снова падают на лицо.

— А если я все испорчу между вами? — спрашивает она, ее голос тихий, едва слышный.

Я протягиваю руку и касаюсь ее подбородка, поднимая ее лицо, чтобы она снова посмотрела на меня.

— Ты не можешь испортить мои отношения с сыном, — говорю я уверенно. — Он сам ради этого постарался. Но, как бы то ни было, несмотря на его ужасное поведение, я все равно люблю его, Вика. Я верю, что он переживет это и повзрослеет. И я уж точно не собираюсь идти у него на поводу, когда дело касается тебя. Ты нужна мне и теперь, когда я знаю, что ты тоже меня хочешь, я тебя не отпущу.

Она смотрит на меня, ее взгляд становится теплее, и я чувствую, что между нами что-то меняется.

— Ладно, — шепчет Вика с легкой улыбкой.

— Черт, иди ко мне! — притягиваю ее обратно в свои объятия, сцеловывая эту прекрасную улыбку.

Какие бы сомнения не одолевали ее красивую головку, я не позволю ни одному из них в ней задержаться. И уж точно общественное мнение не лишит меня возможности сделать ее своей.

9

Просыпаюсь я уже в кровати. Мы переместились сюда ночью, после того, как снова окрестили диван. Вика еще спит, ее тело уютно устроилось рядом со мной. Ее волосы растрепаны, губы чуть приоткрыты, и я ловлю себя на том, что просто не могу отвести взгляд. Она такая красивая, даже во сне, и я не могу припомнить момент, когда не считал бы ее такой. Вика всегда была для меня самой красивой женщиной в мире и даже заполучив ее, я не изменил своего мнения. Мои чувства к ней гораздо глубже банального влечения, я действительно люблю ее так, как ни разу не любил женщину.

Теперь она моя.

Я не тот, кто будет сидеть сложа руки и ждать, пока она разберется в себе. Теперь я знаю, чего хочу, и отступать не собираюсь. Все страхи, которые у нее имеются относительно запретности наших отношений из-за ее прошлого с моим сыном, я сумею преодолеть.

Ее веки начинают дрожать, и через мгновение она открывает глаза. Ее взгляд сначала рассеянный, но затем Вика встречается со мной глазами, и ее лицо заливается легким румянцем.

— Доброе утро, — говорю я, улыбаясь.

— Доброе, — отвечает она, ее голос еще немного сонный и звучит очаровательно.

Она садится, подтягивая плед к груди, а я наблюдаю, как она медленно приходит в себя.

— Как ты? — спрашиваю я, не сводя с нее глаз. — Отошла немного от вчерашнего?

Она молчит несколько секунд, будто обдумывает, как ответить.

— Не знаю, — наконец признается Вика. — Все было прекрасно, конечно. И мне так хорошо, как давно не было, но…

— Позволь мне уточнить, — прерываю я ее, не в силах скрыть довольную ухмылку. — Я спрашивал тебя не про нас, хотя приятно слышать, что я