Университет на горе смерти - Анна Кейв

– Глеб разберется, – бросает мне Артур, толкая меня к шкафу, в котором мы оставили куртки.

– Я не пойду в таком виде в шале! – вскрикиваю я, замечая, что к ночи похолодало до оранжевой отметки.

Парень сжимает губы и согласно кивает:

– Ты права, мы должны забрать свои вещи, иначе по ним могут выйти на нас.

Он кидается на второй этаж. Я – следом. Мы врываемся в спальню Глеба и Артур натягивает на себя толстовку.

– Поспеши, у нас нет времени на переодевания.

Коротком кивнув, я спешу в ванную, даже не закрывая дверь на щеколду. Дьяконову сейчас явно не до подглядываний и приставаний. Скинув кроссовки и юбку-шорты, натягиваю джинсы, игнорируя термоколготки – нет времени. Поверх кроп-топа надеваю свитер. Кое-как запихиваю в рюкзак колготки, водолазку и кроссовки. Когда я выхожу, Артур нервно заламывает кисти рук. Он хватает меня за локоть и тащит вниз. В какой-то степени я даже благодарна ему, что он не кинул меня.

Спустившись, я понимаю, что мы с Артуром последние из гостей, не считая Кристины, кто еще не сбежал из коттеджа. Даже та девушка в истерике ушла. Я пытаюсь заглянуть в гостиную, но Дьяконов кидает в мою сторону ботинки и велит поторапливаться. Едва я успеваю застегнуть парку, как Артур выталкивает меня из коттеджа.

Я пытаюсь выйти на ту улочку, по которой мы пришли сюда, но парень уводит меня в какой-то темный закоулок. Видимо, не хочет, чтобы нас кто-то заметил.

– Мы не должны были бросать ее, – обвинительно кидаю я в спину Артура. Он идет впереди, а я то и дело срываюсь на бег, чтобы не отставать.

– Ты хоть представляешь, что бы с нами было, останься мы там?! – парень резко останавливается и я едва не врезаюсь в него. Он поворачивается, хватает меня за капюшон, встряхивает и яростно шипит: – Не смей кому-нибудь проболтаться о том, что было, поняла? Даже не вздумай рассказывать ни о вечеринке, ни о Кристине. Без нас разберутся.

– Мы подставили Глеба, – не сдаюсь я. Артур морщится.

– Никого мы не подставили, не придумывай. Глеб все разрулит. Или ты забыла, что его мать – декан? Она отмажет его, дело замнут. Просто не болтай языком и все будет хорошо.

Парень отпускает меня и идет к шале, которое уже виднеется впереди. Шмыгнув носом, иду за ним. Вот тебе и незабываемая ночь. Артур не соврал, когда обещал мне это. Такое просто так не вычеркнуть из памяти.

Внезапно я осознаю, что Кристина забилась в конвульсиях после того, как выпила пиво Артура. Парень оставил открытую бутылку в гостиной, когда помогал мне прийти в себя. После того, как мы вернулись, он не успел и глотка сделать – отдал пиво девушке. И ей резко стало плохо после этого.

Это может значить только одно – на месте Кристины должен был быть Дьяконов.

Глава 8

Ночью я долго не могла заснуть. В голове роились тревожные мысли. Позвал ли Глеб на помощь? Что сейчас с Кристиной? Когда я ее видела, она была жива. Но нет гарантии, что спустя время она не умерла. Даже если понадеяться на порядочность Глеба, медики банально могли не успеть.

И главный вопрос – что оказалось в том пиве? Я четко помню, что Артур взял из рук Глеба закрытую бутылку. Она была самой обычной – 0,5, стекло, жестяная крышечка. Когда парень открыл ее, я услышала характерный «чпок», что означало – крышка была закрыта герметично. Думаю, маловероятно, что в тот момент в напитке что-то было.

Но после того, как мне стало плохо, пиво Артура осталось в гостиной без присмотра. И кто-то мог незаметно что-то подсыпать в него. Ноктоичтоименно это было?

Я не успела всмотреться в каждого из гостей, ярче всего мне запомнилась несчастная Кристина и та девушка, которая кричала. Но за несколько часов даже ее образ смазался. Я пережила слишком сильный шок, и память во благо для моей психики решила частично заблокировать неприятные, но так необходимые мне для работы, воспоминания!

Когда мы с Артуром вернулись из спальни Глеба, Дьяконов так и не успел сделать новый глоток, остатки пива полностью выпила Кристина, а после поплатилась за это. Страшно представить, как бы все обернулось, если бы девушка не начала с ним заигрывать, и он не отдал ей бутылку. Вероятно, в первые же сутки своей командировки мне пришлось бы «обрадовать» начальника, что не доглядела за его сыном.

Сон сморил меня уже под утро. Беспокойные сны преследовали меня, пока будильник не выдернул меня из царства Морфея. С трудом разлепив глаза, я чувствую тяжесть в голове. Сказался недосып и моя впечатлительность.

Потянувшись, я отрываю голову от подушки. Мне не хочется сегодня идти на пары после пережитого вчера, но я не могу начать прогуливать в первый же день. Заставляю себя умыться и надеть первое, что попадается под руку – красную юбку в клетку поверх термоколготок, бежевую водолазку с вывязанными косами и джинсовку-оверсайз. Не сексуально, но и не совсем по-мышиному. Наряжаться после вчерашнего точно не хочется.

Я наношу легкий макияж на скорую руку и хочу снова воспользоваться мокрым блеском, который пожаловала мне Элла. Порывшись в рюкзаке, с которым ходила на вечеринку, с ужасом осознаю, что оставила его в ванной Глеба. Что, если его найдут и приплетут к произошедшему меня? Или Эллу? Все-таки, она хозяйка блеска.

С другой стороны, как доказать, чей он? Аналогичный плампер можно найти не у одной студентки на весь университет. По отпечаткам пальцев? В таком случае, на нем точно должны быть наши с Эллой пальчики. Сомневаюсь, что она одалживала его кому-то еще. Зная ее брезгливость, она бы не стала пользоваться блеском после кого-то еще.

Но обратят ли вообще на него внимание? Возможно. Учитывая, что Глеб, как я поняла, живет один в коттедже. Увидев девчачий блеск для губ, сразу возникнет вопрос, кто еще был в доме в тот злополучный вечер. Сбросить все на Кристину? Мол, это ее блеск? Есть слабая вероятность, что это может прокатить.

Я делаю глубокий вдох и резко выдыхаю. Повторяю это несколько раз, пытаясь себя успокоить. Еще никто не вломился с расспросами о том, что вчера произошло. Может, Артур был прав, и Глеб реально все сам разрулит.