Измена на двоих. Теперь я никому не нужна - Виолетта Весна

— Худший вариант?

Он назвал нижнюю границу и срок. Раиса спросила о двух участках, затем об опоздании бригад, если жара сохранится. Михаил отвечал без попытки успокоить ее. Антон записывал цифры и просил ссылки на приложения.

Я провела дегустацию. Мы начали с прошлого года, затем перешли к контрольным образцам. Раиса не хвалила аромат и не искала слов для каталога. Спросила, какой материал пойдет в ее партию, как будут разделены участки и что изменится при внешней закупке.

— Для действующего заказа внешнее сырье не требуется, — ответила я. — Это условие фиксируем в приложении. Если вы примете расширение, по нему будет отдельное согласование происхождения и проб.

— То есть моя партия не станет способом закрыть чужой недостаток?

— Нет.

Олег поставил бокал.

— Мы могли бы увеличить исходный заказ на десять процентов за счет собственного урожая. Это позволит зафиксировать цену на год.

Я посмотрела на него.

— Десять процентов входят только в высокий сценарий.

— По первому участку риск минимален.

— Заказ включает не один участок.

— Мы можем перераспределить.

— После завтрашних данных.

Раиса подняла ладонь.

— Я не собираюсь покупать ваш спор. Олег Викторович, вы можете гарантировать дополнительные десять процентов письменно с возвратом двойного аванса при недопоставке?

Олег помолчал.

— Такие условия несоразмерны риску.

— Значит, риск существует. Кира хотя бы называет его до моего платежа.

Он выпрямился.

— Я не скрывал риск. Предлагаю коммерческое решение.

— Коммерческое решение начинается там, где две стороны понимают, чем рискуют. Пока я слышу четыре версии будущего компании.

Полина вмешалась спокойно:

— Поэтому мы предлагаем временно отделить действующий договор от сделки. Сумма повышенного аванса — семь миллионов. Взамен цена фиксируется, исходный объем не увеличивается без вашего письменного согласия, а лабораторные данные по партии открываются вам по графику.

Антон показал Раисе расчет на планшете.

— Семь миллионов — почти треть стоимости поставки, — сказал он. — Обычный второй аванс меньше.

— Я умею считать, — ответила она. — Что получаю за ранние деньги кроме фиксированной цены?

Я предложила дополнительную контрольную пробу перед розливом и право отказаться от расширения без штрафа после завтрашних данных. Полина добавила приоритет на следующую малую партию, но только при отдельном авансе. Михаил подтвердил окно сбора и готовность еженедельно присылать полевой отчет до окончания сезона.

— А управление? — спросила Раиса. — Если завтра двое голосуют за продажу, двое против, кто подпишет мой платеж поставщику стекла?

— Текущие договоры исполняет генеральный директор, — сказал Олег.

— Платежи выше полутора миллионов проходят по подписанному владельцами порядку, — добавила я. — У меня есть копия протокола. Полномочия директора он не отменяет, но обязательства участников фиксирует. Выписки доступны всем еженедельно.

— Банк уведомлен?

Полина ответила:

— Обслуживающий менеджер получит протокол сегодня. Банковские полномочия не меняются.

Раиса посмотрела на Антона. Он едва заметно кивнул.

— Семь миллионов перечислим после подписания приложения и получения контрольных данных по действующему объему. Расширение замораживаем до завтрашнего вечера. Если показатели хуже базового варианта, оставляем исходную партию. Если соответствуют — обсудим максимум пять процентов. Никаких десяти.

Олег хотел что-то сказать, но Полина опередила:

— Принимаем как основу проекта.

— Еще одно условие, — продолжила Раиса. — Я хочу получить уведомление, если меняется главный энолог или руководитель производства до поставки.

— Эти решения не приняты, — сказал Олег.

— Поэтому условие не должно мешать.

Я записала его.

Дегустация продолжилась почти два часа. Мы согласовали приложения, перечень данных и срок платежа. Раиса не задавала ни одного вопроса об измене. Однако, когда Олег вышел ответить на звонок, она посмотрела на нас троих и сказала:

— На рынке уже знают, что вы продаетесь. И замечают, что две семейные пары впервые держатся порознь. Я не собираю слухи. Мне важно, чтобы личное не стало причиной сорванной поставки.

Полина ответила:

— Два брака прекращаются. Компания продолжает работу.

Раиса не изменилась в лице.

— Понятно. Тогда тем более все, что касается моего заказа, — письменно.

Она сказала это без сочувствия и любопытства. Мне стало легче от того, что для внешнего человека наша катастрофа имела конкретную границу: договор, поставка, ответственность.

После встречи Антон забрал опечатанные образцы. Раиса подписала письмо о намерении перечислить семь миллионов при выполнении условий. Перед уходом она остановилась у производственного корпуса.

— Кира, останетесь после продажи?

— По проекту — на шесть месяцев.

— Я не про проект. Вы хотите?

— Хочу продолжать работать. На каких условиях, пока не знаю.

— Тогда сначала узнайте. Я видела людей, которые продавали компанию и через год пытались купить себе место в