Мастер Начертаний 1-6 - Оливер Ло

Тропа резко вильнула в сторону. Густой лес расступился, мгновенно наполняя воздух влажной взвесью и оглушительным рокотом, потому что перед ними открылось ущелье, где с высоты доброй сотни шагов низвергался мощный водопад, с ревом разбивающийся о гладкие черные валуны внизу и поднимающий в воздух облака искрящейся пыли с радужными дугами. Изумрудный мох устилал скалы. Концентрация природной ци здесь была настолько плотной, что оседала на коже приятным холодком.

Сонг вернула себе невозмутимый вид и подошла к краю бушующего потока. Она сложила пальцы в сложную печать, направив короткий импульс ци прямо в центр ревущей стены воды.

Водопад дрогнул. Могучий поток неестественно разделился надвое, обнажив за водяной завесой темный зев широкой пещеры.

— Добро пожаловать в Секту Девяти Добродетелей, — с легкой гордостью произнесла девушка, шагнув в проход.

Мин последовал за ней. Едва водопад сомкнулся за их спинами, юноша невольно замедлил шаг.

Пещерный комплекс оказался грандиозным. Это была не сырая дыра в скале, а настоящий подземный город, вырубленный в толще горы, чьи теряющиеся во мраке своды освещались тысячами толстых восковых свечей и вмурованных прямо в сталактиты духовными жемчужинами, заливающими многоярусные каменные террасы золотистым светом. Над бездонными провалами висели подвесные мосты из мореного дерева. Повсюду виднелись резные деревянные павильоны с изогнутыми крышами.

Подземелье дышало жизнью и театральной эстетикой.

«Пыль в глаза, — презрительно фыркнул Гу Лань внутри Чернильницы. — Разукрасили нору, чтобы впечатлять деревенщин. Держу пари, половина этих мостов — просто иллюзия, чтобы гости падали в пропасть».

Сонг обернулась. Заметив остановившегося Мина, она вновь нацепила лисью ухмылку.

— Иди строго след в след за мной, книжник, — бросила она с легким превосходством. — Здесь на каждом шагу защитные формации и иллюзорные стены. Оступишься на палец — и будешь лететь на дно ущелья до самого заката.

Мин не ответил. Он прикрыл глаза на долю секунды и развернул своё Духовное чутьё на полную мощность.

Двадцать три расширенных меридиана гудели. Они снабжали восприятие плотной энергией, поэтому в его сознании красочный подземный город мгновенно поблек, уступив место голой и пульсирующей архитектуре символов.

Для Мина местные формации были вполне понятны, ведь его понимание древней грамматики выковывалось под садистским надзором Владыки Звездного Предела. Он видел фальшивые доски на мостах и скрытые в стенах узлы отторжения. Он ясно различал потоки ци, текущие с грубыми дилетантскими завихрениями.

Юноша открыл глаза. Проигнорировав вытянутую руку Сонг, он уверенно шагнул вперед.

— Эй! Ты что творишь, идиот⁈ — взвизгнула Сонг, когда Мин сошел с тропы и направился прямо к стене.

Не сбавляя шага, Мин небрежно ткнул пальцами в неприметный сталагмит справа от себя.

Воздух слабо хлопнул. Монолитная стена пошла рябью и растаяла, открыв широкую лестницу.

— Иллюзия, — буднично прокомментировал Мин, поднимаясь по ступеням. — Узел слияния поставлен на водяную жилу. Из-за влажности контур «фонит» на три шага вокруг. Любой практик с нормальным зрением увидит это искажение.

Сонг застыла с открытым ртом. Шедшие позади Чжао и Ли благоговейно переглянулись, уж они-то видели, на что способен их новый товарищ.

Мин подошел к подвесному мосту. Вместо предписанного инструкцией секты движения по центральным доскам он пошел по самому краю, едва не касаясь перил.

— А здесь вы пережали «Знак Давления», — бросил он через плечо онемевшей девчонке, небрежно переступая через невидимую растяжку из ци. — Энергия скапливается в центре настила. Если на мост зайдет кто-то тяжелее, чем мы с тобой, ваша хваленая ловушка сдетонирует и разнесет мост вместе с вашими же дозорными. Увольняйте своего начертателя, он бездарь.

«Ха! Бездарь — это мягко сказано! — ликовал Гу Лань в его голове. — Я бы этому ремесленнику руки оторвал и заставил ими же полы мыть! Унижай их, мальчишка! Покажи им истинное Дао!»

Сонг бежала следом. Её лицо попеременно заливалось то краской стыда, то бледностью от шока, ведь этот сутулый книжник не сбавлял шага и даже не использовал сложных техник, просто разбирая защиту её секты и попутно критикуя работу предков так, словно оценивал гнилую капусту на рынке. Её бесило его высокомерие. Но она не могла не восхищаться той небрежной гениальностью, с которой он читал пространство.

Вскоре они вышли в центральную каверну.

Здесь кипела жизнь. Около полутора сотен человек сновали между торговыми палатками и тренировочными площадками, создавая атмосферу вольной пиратской гавани, разительно отличавшуюся от строгой дисциплины Обители Серого Пика. Практики в разномастных одеждах громко торговались и обменивались крадеными артефактами, пока кто-то неподалеку отрабатывал иллюзорные техники, превращая деревянные манекены то в дев, то в жутких демонов. Сборище благородных негодяев под одной крышей.

Единственное, что их объединяло, так это то, что у каждого был хотя бы маленький, но атрибут с фиолетовым цветом. Будь то платок, шарф, или даже простой шнурок от амулета.

Появление Сонг вызвало радостный гул. Взгляды мгновенно скрестились на фигуре чужака в соломенной шляпе, идущего впереди нее с повадками истинного хозяина.

Искренний Ли выскочил вперед. Расталкивая зевак веером, он почтительно указал на изящную трехъярусную пагоду, буквально вросшую в гигантский кусок скалы под самым потолком.

— Туда, старший брат Хао! — торжественно возвестил Ли. — Зал Небесной Истины. Наш Патриарх находится там.

Мин поправил шляпу. Окинув взглядом пагоду, он направился к резным дверям, не дожидаясь приглашения, поскольку пришло время посмотреть, насколько щедрой окажется Секта Девяти Добродетелей за спасение их лидера.

* * *

В Зале Небесной Истины густой аромат сандала безуспешно пытался замаскировать сладковатую вонь разлагающейся плоти, намертво въевшуюся в застоявшуюся под сводами ци. Базарная суета осталась за порогом.

Патриарх Сяо Байшань восседал на застланном шкурами духовных зверей помосте, полностью оправдывая свое имя «Белая Гора», поскольку этот исполин с широченными плечами и густой бородой больше походил на предводителя вольной разбойничьей ватаги, чем на утонченного столичного аристократа. Одного его хохота наверняка хватало для усмирения самых буйных вояк.

Глаза гиганта потеплели при виде переступившей порог Сонг.

— Девочка моя! — громогласно прогудел Сяо Байшань, распахивая объятия, и его раскатистый смех заставил задрожать пламя в бронзовых светильниках. — Вернулась! А эти два остолопа всё-таки умудрились не потерять тебя по дороге!

Веселье оборвалось внезапным приступом, исказившим лицо Патриарха жуткой гримасой, и он согнулся пополам, судорожно схватившись за грудь, пока из его рта на одежду выплескивался сгусток черной пузырящейся крови.

Сонг вскрикнула. Она бросилась к отцу, однако гигант властно поднял руку, останавливая девушку, и тяжело вытер губы тыльной стороной ладони.

Остановившийся у входа Мин прищурился, незримо скользнув Духовным чутьем по фигуре больного и безошибочно считывая картину поражения, где внутри меридианов Сяо Байшаня пульсировала пустившая глубокие корни в