Мастер Начертаний 1-6 - Оливер Ло

преградой, раскидав духовное давление во все стороны. Иллюзии Сонг лопнули, едва коснувшись этой жесткой ауры. Сама воровка врезалась в невидимый барьер всего в полушаге от цели. Кинжал со звоном отлетел от уплотнённой ци, а руку вывернуло под неестественным углом, заставляя суставы хрустнуть. Не позволив девчонке обмякнуть, копейщик сгреб ее за горло и с силой швырнул на пол.

От удара спиной прочные доски настила треснули. Сонг выхаркнула кровь, легкие моментально скрутило спазмом, а обзор затянуло темнотой. Парализующая боль сковала мышцы.

Струящаяся по телу нависшего гиганта ци давила так, что девчонка не могла даже пошевелить пальцем.

— Неужели ты, ничтожество на пятой стадии Пробуждения, всерьёз думала, что подобный фокус хотя бы поцарапает броню Формирования Потока? — расхохотался он режущим слух басом. — Разница между нами — как между небом и грязью под моими сапогами! Ты даже не букашка, ты пыль!

Оглушительный треск выбиваемых тяжелых створок прервал монолог. Дубовые двери разлетелись щепками.

— УБЕРИ ОТ НЕЁ СВОИ ГРЯЗНЫЕ ЛАПЫ!

Честный Чжао и Искренний Ли ввалились в комнату прямо сквозь пыльное облако. Шелковые халаты торгашей потемнели от пота. Парни явно гнали по следу Молодой Госпожи абсолютно безжалостно, выжигая собственные меридианы на пределе.

— За Карму и Добродетель! — взревел Искренний Ли, с лязгом раскрывая веер. Вспыхнувшая по острым краям зеленоватая ци сорвалась «Лезвием Смерча» прямиком в шею гиганту, тогда как Честный Чжао хлестким поворотом корпуса послал свой шэнбяо под коленный сустав врага. Дротик ударил техникой «Пронзающего Лотоса».

Атаки слаженной уличной двойки сошлись в одной точке.

Те Куан лишь хищно оскалился.

— Вы как насекомые, ползете отовсюду.

Сапог пнул лежащее копье. Подскочившее древко впечаталось в ладонь, и копейщик, проигнорировав уклонение, прокрутил тяжелое оружие над головой. Разрушительная ци хлынула в металл.

«Раскол Железной Горы!»

Удар снес летящий веер. Изуродованные спицы брызнули по углам, артефакт Ли перестал существовать, а самого парня жестко отшвырнуло назад отдачей. Широкая лопасть копья пошла дальше по дуге, звонко отбив шэнбяо и заодно с мясом вырвав фиксирующую веревку из ладоней Чжао.

— Хм, пожалуй моя очередь атаковать.

Здоровяк сорвался с места с непростительной для собственной массы скоростью. Тупой торец копья вошел в грудь Искреннего Ли. Рёбра торгаша тошнотворно прогнулись внутрь, и обмякшее тело отлетело в стену.

Пока Честный Чжао пытался нащупать кинжал, враг уже навис над ним. Короткий взмах древком вышиб коленные чашечки, отправив афериста на доски. Следующий удар кованого сапога прилетел точно в челюсть. Чжао утащило в центр покоев. Парень еще успел выплюнуть на пол несколько зубов, прежде чем окончательно отключиться.

Двоих практиков Девяти Добродетелей просто смяли за три жалких вдоха. Ступень культивации решила всё.

Бычья шея Те Куана вздулась тугими венами. Копейщик развернулся к распластанной Сонг, замершей в ужасе от вида сломанных товарищей, он грубо ухватил ее за горло и легко оторвал от земли. Девушка замотала ногами. Пальцы царапали держащую ее клешню абсолютно безуспешно.

— Ну что, шлюха⁈ — взревел Те Куан. Слюна брызнула ей в лицо. — Будут у тебя ещё защитнички⁈ А⁈

Грубый рывок едва не сломал ей шейные позвонки.

— Целый месяц! — под рычание практика лопались декоративные вазы, а аура рвала ширмы в лоскуты. — Целый грёбаный месяц я ждал, и вернулся в эту помойку, пытаясь подмять вашу жалкую, ничтожную секту! Месяц терплю уловки, прятки и ваши гнилые базарные фокусы! Вы должны были приползти на коленях в первый же день! А ты, тварь, всё ещё пытаешься мне мешать⁈

Кисть сжалась. Лицо задыхающейся Сонг начало синеть, глаза закатывались, но из них никуда не исчезла упрямая ненависть.

— Я выжгу вашу секту дотла! — рычал он, брызгая ядом. — Переломаю кости каждому, кто носит ваш знак! А тебя… тебя я сломаю прямо здесь. Пока твои псы будут смотреть.

Огромная ладонь замерла в воздухе, готовая превратить меридианы строптивой девчонки в кашу. Сонг прикрыла веки.

Из темного проема разорванной двери вдруг донесся пронзительный поросячий визг.

Сквозь оседающую пыль в комнату кубарем вкатился весьма грузный мужик. Судя по скорости полета, его швырнули внутрь небрежным, но очень увесистым пинком. Туша вспахала пузом остатки фарфора и замерла аккурат возле сапог Те Куана.

Копейщик рефлекторно разжал хватку и озадаченно моргнул. У его ног, сотрясаясь всем имеющимся жиром, лежал глава гильдии начертателей Дун. Царапин или крови на нем не наблюдалось. Просто расширенные от кромешного ужаса глаза и натекшая под полами дорогого халата подозрительная лужа. Ах, да, еще странно распухшие щеки.

— Какого демона… — рыкнул орденец, сверля взглядом коридорную темень.

В ответ раздался размеренный стук. Ни боевого клича, ни стального звона. Только дерево спокойным ритмом отстукивало по коридорным плитам.

Тук. Тук. Тук

Воздух в покоях резко выстудило. Бешеная аура ученика Ордена напоролась на вползающую в комнату ледяную и всепоглощающую пустоту.

Сутулый силуэт в соломенной шляпе выступил на свет, неспешно перебирая сливовым посохом.

— Знаешь, — произнес голос, начисто растерявший былую болезненную хрипотцу, заставив приходящих в себя мошенников зябко поежиться на полу. — Моя матушка как-то сказала, что дурную спесь из бродячих псов можно выбить только хорошей палкой. Глядя на твою истерику, я начинаю думать, что в детстве тебя слишком мало били.

Глава 18

Слезы лисицы и хруст чужих надежд

Мастер Дун шествовал по кривым настилам Нижнего рынка с таким видом, словно под его расшитыми сапогами стелились облака императорского дворца, и даже гнилостный запах сточных вод вперемешку с рыбьей требухой совершенно перестал раздражать его обоняние, превратившись в предвестник скорого триумфа. Он улыбался.

Торгаш потирал ладони, раз за разом прокручивая в голове предстоящую сцену расправы над паршивым книжником Хао, который посмел отбирать его монеты. Выскочка непременно побледнеет и упадёт ниц целовать пыльные доски, захлёбываясь слезами в мольбах о пощаде, а сам Дун лишь усмехнётся и милостиво позволит ублюдку вылизать свои сапоги перед тем, как отвести его к своему новому покровителю.

Как все же удачно распорядилась судьба, когда привела к нему Те Куана. Одно его имя заставит подлеца забыть о своей строптивости. Свернув за угол покосившейся лавки, гильдеец замер как вкопанный, потому что прямо навстречу ему, неторопливо брёл тот самый книжник.

Сами Небеса подносили врага на блюде. Дун расправил плечи и преградил дорогу.

— А, вот ты где, рыночная крыса! — рявкнул Дун. — Думал, спрячешься от мастера Дуна? Твои дешёвые фокусы с Лэй Ба тебе не помогут, и ты даже не понимаешь, чью дорогу перешёл, ведь за моей спиной теперь стоит сам…

Ученый лишь на мгновение удивился, а