Мастер Начертаний 1-6 - Оливер Ло

гиганта читалось неверие. Любой барьер практика Пробуждения должен был лопнуть, а даже если бы щит чудом выдержал, чистая масса удара обязана была пробить Мином стену навылет и выбросить его на улицу, ведь в этот момент техника клещей тоже отступает! Но Мин стоял так, словно его ноги пустили корни в ядро земли.

— Искусство начертания не терпит грубой силы, оно повелевает законами, — усмехнулся Мин, глядя на опешившего врага. — «Знак Уплотнения», сплетенный с «Кругом Замыкания», создал передо мной монолитный щит. Но секрет даже не в нем. Секрет во втором талисмане."Знак Якоря'. Пока ты вливал массу в свое копье, мой Якорь намертво привязал контур моего щита и мое тело к полу. Чтобы сдвинуть меня с места, тебе пришлось бы сдвинуть весь этот город.

Те Куан был монстром, но он не был идиотом, и опытный боецмгновенно осознал стоящего перед ним противника, так что шок на его лице продлился ровно долю секунды, сменившись кипящей яростью.

— Это ничего не меняет! — прорычал копейщик, отдергивая оружие.

Аура вновь вспыхнула, еще плотнее стягивая пространство вокруг Мина, и Те Куан взмыл в воздух, занося копье высоко над головой. Багровая ци хлынула из его тела. Она превратила лезвие в пылающий топор палача, которым гигант собирался разрубить этого ублюдка пополам прямо сверху вниз, просто обойдя лобовой щит.

— Что, мусор⁈ Больше нет фокусов⁈ — взревел он, обрушивая удар.

Мин презрительно усмехнулся, подняв правую руку, и два сложенных вместе пальца указали точно на летящего здоровяка.

— Фокусы? — голос Мина прозвучал тихо, но в повисшем напряжении он резанул слух, как ледяной клинок. — Ты думаешь, что твое копье разрубило тот жалкий талисман, который я бросил в тебя перед атакой?

Глаза Те Куана непроизвольно метнулись к древку своего копья и правому наручу, куда прилипли половинки желтой бумаги.

— Твое высокомерие сделало тебя слепым, — уголок губ Мина пополз вверх в по-настоящему демонической улыбке. — Это был не один талисман. Это были два листа, сложенные вместе. А моя ци послужила клеем, чтобы они прилипли именно туда, куда мне было нужно.

Зрачки Те Куана сузились до точек. Он всё понял.

— Это ничего не меняет!!! — в отчаянии повторил он, пытаясь ускорить падающий удар.

— Это меняет всё, — ответил Мин и пустил короткий импульс ци к своим талисманам.

Два куска бумаги на теле гиганта вспыхнули одновременно, ведь древняя грамматика не знала осечек, и «Круг Высвобождения» сыграл роль идеального детонатора, пока «Знак Разрыва» искажал структуру циркулирующей энергии. Два взрыва прогремели в один миг.

Один прямо на древке. Драгоценное клановое оружие из железного дерева разорвало в мелкие щепки, так что разрушительный удар не достиг головы Мина, а вот второй взрыв оказался куда страшнее. Знак Разрыва на кожаном наруче впустил хаотические колебания прямо во внешние меридианы Те Куана, в ту самую багровую ци, которую он так остервенело накачивал для атаки, и энергия Формирования Потока взбунтовалась внутри его собственного тела.

Руки старшего ученика Ордена от локтей и ниже разорвало в клочья, поднимая в воздух фонтан из крови и перемолотых костей. Пронзительный вопль разорвал ночную тишину Цзиньяня. Те Куан рухнул на истерзанные доски пола, заливая ковер густой кровью, и катаясь по обломкам собственной гордости, судорожно прижимая обрубки к груди под срывающий связки крик. Давящая багровая аура исчезла. Пространство освободилось.

Мин небрежно отряхнул пылинку с рукава фиолетового халата и медленно шагнул к извивающемуся на полу врагу. Сонг в углу зажала рот обеими ладонями, не в силах оторвать взгляд от монстра, скрывавшегося под личиной сутулого книжника.

Ещё мгновение назад Те Куан кичился своей силой, а теперь просто катался по усыпанному щепками ковру в агонии. Из обрубков рук толчками выплескивалась тёмная кровь, заливая то самое место, где совсем недавно пульсировала горделивая ци Формирования Потока. Жалкое зрелище.

— Мои руки… МОИ РУКИ! — истошно визжал Те Куан. Его голос сорвался на захлёбывающийся скулёж. Он проклинал Мина и сыпал отборными ругательствами, брызгая слюной и обещая, что весь Орден Железной Лозы непременно сдерёт с него кожу заживо.

Мин даже не моргнул, он медленно шагнул к извивающемуся гиганту, и посох в его руке мягко стукнуло о камни, обнажившиеся под разорванными досками пола. Этот размеренный звук заставил Те Куана вздрогнуть.

Старший ученик Ордена посмотрел в глаза книжника, и вся его звериная ярость мгновенно испарилась. Аристократический гонор лопнул. Гигант с трудом перевернулся на живот, размазывая кровавую пену по подбородку, и с глухим стуком впечатал лоб в грязный пол прямо перед сапогами Мина.

— Пощади! — захрипел он, глотая собственную кровь. — Старший… великий мастер, пощади! У меня есть духовные камни… тайные техники! Я был слеп, я не хотел переходить тебе дорогу. Сохрани мне мою жалкую жизнь, прошу!

Мин смотрел на это распластавшееся ничтожество с глубоким омерзением, ведь в мире культивации сильные пожирают слабых по закону Небес, но когда привыкший рвать беззащитных хищник при малейшей угрозе превращается в скулящего слизняка и теряет всякое подобие достоинства, это вызывает лишь отвращение.

— Ты даже свою смерть не можешь встретить гордо, — холодно процедил юноша.

Короткий удар сапогом под рёбра отшвырнул тушу в сторону. Те Куан проехался по ковру, хрипя от боли, и остановился аккурат у ног вжавшейся в стену Сонг.

— Проси прощения у неё, — безразлично скомандовал Мин, опираясь на посох. — И отдай противоядие. Живо.

Отброшенный гигант даже не помыслил о сопротивлении и попытался приподняться на культях, обратив перекошенное лицо к девушке, которую ещё несколько минут назад обещал сделать своей постельной игрушкой. Он прекрасно понимал, что его жизнь сейчас зависит лишь от того, как низко он падет. Руки можно будет восстановить путем долгого и дорогого лечения, а вот жизнь — нет.

— Прости меня… молодая госпожа Сонг… я грязная свинья! — заскулил Те Куан, заливаясь слезами вперемешку с потом. Он дёрнулся, изогнул шею и вцепился зубами в кожаный шнурок пространственного мешочка во внутреннем кармане своей одежды, после чего рванул головой, оторвал кошель и сплюнул его прямо к её ногам. — Вот! Оно здесь, противоядие! Это я… я подкупил слугу! Я влил Яд в чай твоего отца! Прости меня, только прошу позвольте мне уйти! Твой отец поправится сразу же как примет противоядие!

Сонг судорожно вцепилась в заляпанный кровью мешочек, дрожа всем телом, словно в величайшее сокровище девяти небес, и ее взгляд на сломленного врага лучился смесью отвращения с долгожданным облегчением. Но не успела девушка произнести и слова, как воздух в комнате затвердел.

Меридианы в теле Мина мгновенно сжались от обрушившегося на гостиницу колоссального духовного давления, чья