Танковые операции - Герман Гот

Эти приказы были очень оптимистичны. На основании данных воздушной разведки, а также учитывая то обстоятельство, что 4-я танковая группа уже 26 июня прорвала линию обороны противника на Западной Двине и 2 июля должна продолжать свое продвижение на восток, командование 3-й танковой группы не рассчитывало на сильное сопротивление на Западной Двине и решило пройти свободную от противника территорию по возможности более широким фронтом. Заболоченная местность у реки Березины сильно сужала полосу наступления на востоке, поэтому казалось целесообразным использовать более благоприятные условия движения западнее и севернее озера Нарочь. Серьезной обороны устаревших укреплений под Полоцком не предполагалось. Сейчас следует сказать, что было бы целесообразнее сосредоточить усилия танковых частей на одном участке. «Перешеек» между Оршей и Витебском, где в июле 1812 года русские дали сражение французскому императору, имел все же ширину 70 километров, так что пространства для действий трех танковых дивизий было вполне достаточно. Если бы трем танковым дивизиям была поставлена задача наступать через этот «перешеек», а моторизованным дивизиям – прикрыть их на Западной Двине, на участке Улла – Витебск, то успех был бы несравненно большим, чем это получилось, когда силы, распыленные на 130-километровом фронте, наносили удар в двух местах. Этот пример показывает, что при современных оперативных передвижениях танковых войск значительные рассредоточения походных колонн при угрозе ударов противника по площадям необходимы и возможны, но марши следует организовывать так, чтобы в случае предполагаемой встречи с противником обеспечить возможность быстрого сосредоточения войск.

Старое правило: «Двигаться порознь, драться вместе» – выступает в новой форме.

Последствия неправильной оценки противника стали проявляться особенно тогда, когда начались дожди. Если раньше войска и машины сталкивались на марше с трудностями, связанными с преодолением песков, пыли и жары, то теперь неукрепленные дороги превратились в бездонные болота, где безнадежно вязли тяжелые машины. И вместо быстрого, как надеялись, овладения Витебском 7-й танковой дивизии, наступавшей в первом эшелоне 39-го танкового корпуса, потребовалось два дня для того, чтобы добраться до Лепеля, то есть пройти 90 километров. Дивизия потеряла боеспособность, так как ее колонна, постоянно прерываемая застревающими машинами, сильно растянулась. За 7-й дивизией следовала 20-я танковая дивизия, которая намеревалась переправиться через реку западнее Лепеля по тому же мосту. Разведка пути и строгое соблюдение порядка движения недавно сформированной и недостаточно оснащенной машинами дивизии были организованы плохо. Кроме того, русские использовали полученное время для первого планомерного разрушения мостов. Сказалось и то, что танковая группа не выслала охранения к Западной Двине.

57-й танковый корпус продвигался быстрее, так как шел по дорогам Кобыльник – Глубокое и Швенченис – Поставы, которые находились в довольно хорошем состоянии. Авангард 19-й танковой дивизии, продвигавшийся от Вильнюса через Поставы, вышел к Западной Двине, покрыв за сутки около 200 километров. Воздушная разведка установила в районе Полоцка наличие крупных сил противника. Поэтому дивизия изменила свое направление и повернула на Дисну. 3 июля дивизия очистила от упорно сопротивлявшегося противника южный берег реки и заняла исходные позиции для планомерного форсирования ее и дальнейшего наступления на обнаруженные на северном берегу полевые укрепления. 18-я моторизованная дивизия 3 июля была атакована юго-западнее Полоцка крупными силами противника. Это обстоятельство вынудило ее отказаться от форсирования реки в районе Фариново и прикрыть 19-ю танковую дивизию от атак противника из Полоцка.

С кольца окружения под Минском сняли половину 14-й моторизованной дивизии и направили ее через Молодечно на усиление 57-го танкового корпуса.

Наступление 2-й танковой группы также замедлилось из-за бездорожья и сопротивления противника. На автостраде под Борисовом русские предприняли 3 июля мощную, поддержанную авиацией и танками контратаку, направленную против образованного там плацдарма. Здесь впервые появились танки Т-34. А вообще-то, три танковых корпуса везде вышли к удерживаемой противником Березине, а на южном фланге часть сил уже форсировала реку и продвигалась в направлении на Рогачев. Значительные силы оставались еще под Минском.

Перед фронтом наступления группы армий «Север» обстановка к этому времени сложилась следующим образом. Танковый корпус, входивший в состав войск южного крыла, повернул на Опочку и был остановлен противником, упорно оборонявшим старые пограничные укрепления. Другой танковый корпус этой группы армий, наступая на Псков, 3 июля натолкнулся под Островом на линию укреплений, которая была прорвана 4 июля. В этом районе 5 и 6 июля разгорелись упорные бои.

Таким образом, три танковые группы, входившие в состав войск центра и северного крыла немецкой армии, оказались распыленными на 750-километровом фронте, причем по мере продвижения немецких войск этот участок растягивался бы еще больше. На оперативный простор вышла только одна 3-я танковая группа.

Новый начальник. «Массированный удар»

(схемы 6 и 7)

3 июля командующему 4-й армией были подчинены 2-я и 3-я танковые группы, которые вместе составили 4-ю танковую армию. Пехотные корпуса танковых групп были переданы 2-й армии. Командующие 2-й и 3-й танковыми группами 2 июля были проинформированы в штабе 2-й танковой группы (располагавшемся в то время южнее Минска) о том, что командующий армией решил сосредоточить обе танковые группы для нанесения удара через Смоленск на Москву и использовать основные силы там, где будут наибольший успех и быстрейшее продвижение. 2-я танковая группа получила задачу – форсировать Днепр на участке Рогачев – Орша и, продвигаясь вдоль автострады, выйти на линию высот южнее Ельни и восточное Ярцево. 3-й танковой группе предстояло преодолеть Западную Двину на участке Витебск – Дисна, вместе со 2-й танковой группой прорвать оборону противника в районе Смоленска и Витебска и обеспечить 4-й танковой армии выход на линию Береснево – Велиж – Невель.

Почти в это же самое время Гитлер в своей ставке обсуждал новые и старые планы. Он опять не пришел ни к какому решению. Более того, 3 июля Гитлер заявил, что, как только 4-я танковая армия выйдет к Смоленску, необходимо будет решить, повернуть ли ей на северо-восток для захвата Ленинграда, или на восток для наступления на Москву, или на юго-восток для выхода к Азовскому морю. Ему казалось сомнительным, могут ли танковые соединения проводить такие глубокие операции. Если нет, то преследование противника, отступающего в направлении на Москву, следует поручить более слабым силам, а главные силы 4-й танковой армии направить на юго-восток. Это, по мнению Гитлера, больше всего отвечало бы задаче уничтожения противника. Гитлеру понадобилось еще шесть недель, прежде чем он принял твердое решение.

На основе приказа командующего 4-й танковой армией, полученного 3-й танковой группой 2 июля, штаб группы разработал и 3 июля разослал соединениям приказ № 10 на 4 и 5