Любовь через развод - Женя Громова

— Ты вообще что задумал?! — возмутилась я.

— Обсудить, наконец, всё без посторонних ушей.

Щёлк. Дверь захлопнулась за нами.

Глава 21. Власть ошибок

В комнате было тепло и влажно, воздух наполнял терпкий аромат древесины и чего-то пряного, расслабляющего, но напряжение между мной и Максом буквально искрило.

— Ты просто не хочешь смириться с тем, что я могу быть с другим, да? — выпалила я, скрестив руки на груди.

Макс хмыкнул, сделав шаг ближе.

— Нет, мне плевать на Антона.

— Правда? — я прищурилась. — Тогда почему ты на него набросился?

— Потому что он тебя не заслуживает.

Сердце глухо ударилось в рёбра.

— Ах, значит, он не заслуживает, а ты — заслуживаешь?

— Да.

Простое слово, сказанное таким уверенным голосом, что меня чуть не затрясло.

— Чёрт, Макс, ты хоть понимаешь, как это звучит? — нахмурилась я.

— Как правда?

Он шагнул вперёд. Я — назад.

— Ты так говоришь, будто можешь просто взять и снова сделать меня… своей, — произнесла я упрямо, но немного смущённо.

— А если могу?

— Макс…

Я отступила, но упёрлась спиной в стену.

Он был слишком близко. Я чувствовала жар его тела, его дыхание на своей коже.

— Ты бредишь, если думаешь, что я снова наступлю на те же грабли.

— Мы на них станцуем.

— На граблях? — я засмеялась, представив это. — Макс, отойди…

— Скажи, что не хочешь меня.

Он поднял руку, чуть коснувшись пальцами моей ключицы, потом медленно провёл вниз, по плечу. Я вздрогнула.

— Я… — голос сорвался.

— Ну же, скажи.

Его губы были слишком близко.

— …не хочу…

— Лжёшь, Птица.

И он поцеловал меня.

Не просто поцеловал — забрал этот поцелуй целиком. Требовательно. Властно. Глубоко.

Я ахнула, но его язык медленно проскользнул между моими губами, сначала осторожно, словно давая мне шанс отстраниться, а затем глубже, требовательно, жадно, исследуя, дразня, лишая возможности дышать.

Его руки скользнули по спине, прижимая меня ближе. Я чувствовала, как его тело горячо пульсирует напротив моего. Всё внутри меня дрожало — от желания, от паники, от него.

Я не должна была отвечать. Не должна была таять в его руках. Не должна была тянуться к нему. Разумной частью себя я это понимала, но неразумная явно брала верх!

Мои руки скользнули вверх, цепляясь за его плечи. Он притянул меня ещё ближе, вырывая из меня хриплый вздох.

Его губы жёстко настойчивые, беспринципные, завоёвывающие. Но в этом поцелуе таилась и странная нежность — как будто он одновременно и боялся спугнуть, потерять меня снова.

Я тонула.

Я была потеряна в этом тотальном ощущении, что я наконец… там, где должна быть.

Горячая волна накатила на меня, пронеслась по венам, заставляя колени подкоситься. Я прижалась к нему сильнее, чувствуя, как его рука скользнула ниже по моей спине, удерживая, не давая рухнуть.

Почувствовала, как он слегка, словно не хочет сразу напугать своим бешеным напором, подаётся пахом. Он хочет меня. Хочет полностью. Со всеми моими тараканами.

Макс разорвал поцелуй, но не отступил.

— Ты мне отвечаешь, Оль.

Я стояла в шоке. Потрясённая, дрожащая, не в силах подобрать слова.

Он смотрел в мои глаза, его дыхание было сбито.

— Я тоже думал, что всё позади, но ты мне отвечаешь. Ты такая податливая, что ещё немного — и я разложу тебя прямо здесь, Птица. Ты не представляешь, как сильно я тебя хочу. Всю. Полностью. И не только физически. Я хочу тебя… оберегать.

Я стояла в шоке. Потрясённая, дрожащая, не в силах подобрать слова.

Губы горели. Сердце неслось вскачь, а колени казались ватными.

Макс стоял напротив, тяжело дыша, всё ещё не отпуская меня.

— Моя птица, — его голос, низкий, уверенный.

Я выдохнула и резко отступила, вырываясь из его хватки.

— Мне нужно переодеться, — выпалила я, не глядя ему в глаза.

— Оля…

— Просто… мне нужно немного времени, — добавила я тише, уже позорно сбегая к выходу.

Коридор казался бесконечно длинным, и я шагала быстро, будто убегая от самой себя.

Макс поцеловал меня.

Я ответила.

Я не просто ответила — я растворилась в этом поцелуе.

Но самое удивительное в том, что когда он сказал «ты моя», что-то внутри меня жадно пожелало согласиться с этим утверждением.

Я влетела в раздевалку, захлопнула дверь.

— Боже…

Что со мной творится?

Я хотела смеяться, как хорошо мне было.

Пальцы дрожали, когда я сбрасывала мокрый купальник, растирала плечи под душем, а потом натягивала сухую одежду.

Неужели всё ещё можно исправить? Неужели этот бешеный, болезненный разрыв не сломал нас окончательно?

На губах ещё пульсировало ощущение его поцелуя. Голова слегка кружилась, сердце стучало в груди, но не от паники — от чего-то другого, такого редкого и сладкого.

Телефон завибрировал на полке, и я машинально схватила его. Новое сообщение. Разблокировала экран, открыла мессенджер.

«Тебе стоит это увидеть»

На секунду я засомневалась, стоит ли кликать на видеофайл, присланный с незнакомого номера.

И всё же я нажала на кнопку “play”.

Пиксели на экране превратились в картинку, которая заставила моё сердце разбиться на осколки…

Макс.

Женщина. Та самая Алёна, с которой я застала его в ресторане пять лет назад.

Они сидят за столиком. Вдвоём. Она наклоняется ближе, касается его руки.

Он не отстраняется.

А потом…

Я не буду отворачиваться. Я досмотрю до конца.

Он наклоняется к ней сам. И целует.

Грудь сдавило так, будто мне ударили в солнечное сплетение.

Виски загудели, воздух вдруг стал слишком тяжёлым.

Я вцепилась в телефон, будто он мог мне ответить.

Голова закружилась.

Макс клялся, что ничего не было. Говорил, что я всё не так поняла.

А вот, пожалуйста.

Доказательство.

Жёсткое. Грязное. Неопровержимое.

Я сжала зубы, чувствуя, как внутри всё заворачивается в ледяной ком.

Макс. Лжец. Предатель.

Что-то сломалось.

Глубоко. Безвозвратно.

Руки больше не дрожали.

— Оля, — послышался его голос за дверью, а я все так же стояла и смотрела на экран.

Видео файл, как и сообщение от незнакомца, удалился.

И что-то внутри меня удалилось тоже…

Глава 22. Пропасть

Я стояла перед экраном, сжав телефон так, будто могла раздавить его одной рукой.

Видео исчезло.

Как и я.

Что-то внутри меня рассыпалось в прах, превратилось в ледяную пустоту.

Пять лет назад я поверила своим глазам и ушла.

Пять минут назад я поверила его губам и почти осталась.

И вот оно — подтверждение, что я не ошиблась тогда.

— Оля? — раздалось за дверью.

Макс.

В его