Покидая Дом - Оливер Ло

между кусками чешуи бронзовый жук внезапно ожил и принялся яростно скрежетать сочленениями, отчаянно забившись в тесноте с явной угрозой разбить хрупкие стеклянные флаконы с готовыми чернилами.

Начертатель немедленно выдернул проблемную железку наружу. Бронзовая тварь сильно задергалась в его хватке и начала клацать тупыми жвалами-щипцами, норовя вывернуться прямо на камень.

Юноша тут же извлек заранее заготовленный лоскут бумаги с нанесенным нейтральными чернилами «Знаком давления». Пресс активировался с коротким хлопком, намертво пригвоздив непоседливую конструкцию к земле, так что жук лишь обиженно зажужжал в расплющенном по поверхности виде.

Начертатель опустился на корточки и пустил внутрь механизма тонкую нить Духовного чутья, результаты которого показали весьма любопытную картину. Под цельным бронзовым панцирем скрывалась крохотная россыпь шестеренок вместе с микроскопическими резцами. Внутри не обитало никакого замурованного духа или порабощенного демонического зверя. Архитектура просто питалась от тусклого кристалла в самом центре, исправно источающего слабый след огненной ци.

Шань Яо подошла ближе. Девушка принялась внимательно рассматривать жужжащую игрушку.

— Почерк мастеров Кузни Огненного Гребня, — уверенно произнесла она, изучая плотную компоновку металлических деталей. — Только их артефакторы способны выковать столь миниатюрные приводные узлы. Очень хорошее и качественное изделие.

Глаза Мина слегка сузились. В разуме юноши мгновенно всплыли увиденные по пути в Глубокое кольцо странности со срезанными на корнях духовными травами и аккуратно выскобленной из камня ценной рудой без малейших следов стоянки практиков, поэтому мозаика сошлась довольно быстро.

— Это сборщик, — констатировал юноша, задумчиво потирая подбородок. — Самоходная корзина для ресурсов. И, держу пари, в ущельях таких ползают десятки. Кто-то додумался выкачивать редкости из Запретной Зоны, абсолютно не рискуя собственной шкурой. Крайне интересный промысел.

Мин перевел взгляд на придавленный механизм, который вопреки весу знака упрямо скреб лапками и раз за разом поворачивал свой бронзовый нос строго на запад. Букашка целилась в сторону горных хребтов Кузни и отчаянно рвалась к своему хозяину.

— Значит, верну тебя на родину, посмотрим, кто вас таких делает, — усмехнулся Мин.

Он ловко подобрал железяку и затолкал ее обратно в отдельную секцию кольца, рассудив, что чумазая изобретательница обрадуется такому образцу инженерной мысли ничуть не меньше огнеупорных позвонков.

Обратный путь до границы Запретной Зоны пара преодолела быстрым шагом. Лесной ландшафт встретил их прохладным горным ветром, а вскоре впереди замерцали долгожданные огни внешнего лагеря, где всё еще кучковались дожидающиеся возвращения своих групп ученики Павильона Тихих Вод.

Едва Шань Яо переступила границу стоянки, как разговоры у походных костров тут же оборвались. Десятки практиков синхронно повернули головы, придавленные обрушившейся на стоянку тяжелой аурой, потому что мощь укрощенного Нефритового Зеркала пульсировала в девушке мощным прибоем. Ощутив этот колоссальный скачок силы воительницы, пораженные ученики молча склонили головы перед безупречной плотностью исходящей энергии.

Шань Яо остановилась на самом краю освещенной зоны и развернулась к сопровождавшему ее юноше. Лицо девушки вновь украшало чисто официальное выражение дочери матриарха, надежно скрывающее любые личные порывы от лишних глаз.

— Павильон Тихих Вод высоко ценит твою помощь в этих ущельях, бродячий мастер, — произнесла она ровным тоном, отдавая дань необходимым публичным правилам.

Она сдержанно кивнула, а Мин просто ответил таким же коротким поклоном и безоговорочно принял условия этой светской игры.

Воительница сделала шаг, проходя вплотную к парню, и её пальцы легко скользнули по завязанному на запястье синему шелковому шнуру.

— Смотри не потеряй, — едва слышный шепот коснулся его уха.

В следующее мгновение бело-синяя туника уже скользнула мимо костров и оставила начертателя в полном одиночестве. Юноша привычно поправил ворот рубахи, спрятал улыбку и свернул на западный тракт, уводящий далеко в сторону кузниц Огненного Гребня.

Путь по извилистой дороге отнял у начертателя остаток дня, так что с наступлением ночи он расположился на привал прямо у подножия массивного утеса. Пламя разведенного костерка бросало на неровные скалы танцующие блики.

Пространство кольца внезапно издало отчетливый хруст. Дешевая бумага временного талисмана истончилась, а чернила предсказуемо утратили свои свойства и позволили пленнику наконец преодолеть духовное подавление. Мин тут же вытащил звенящий механизм наружу. Мелкая тварь резво закрутилась на ладони, пока её панцирь с сухим щелчком не раскрылся надвое.

Тонкий рубиновый луч немедленно ударил из оголившегося нутра механизма прямо в ночное небо, и красная полоса рассекла густой мрак, устремляясь в сторону горных пиков Кузни.

Начертатель вскинул голову и проследил за указательным лучом. Далеко на западе, ровно над теми горными перевалами, где обычно располагалась гордость всех местных артефакторов, небеса угрожающе исказились. Густой столб дыма медленно поднимался из-за гряд и застилал собой холодный свет ночной луны.

Глава 7

Кузнецы, оставшиеся без кузни

По пути к владениям Кузни Огненного Гребня Мин рисовал в воображении масштабную картину. Одна из четырех великих сект Долины обязана была встретить гостя звоном тяжелых наковален и ревом горнов, способных плавить звездную пыль. Отсюда непременно должны были выходить груженые торговые караваны. В конце концов, местное ремесло обеспечивало оружием и артефактами весь регион.

Реальность оказалась куда прозаичнее.

Свист рассекаемого воздуха заставил юношу шагнуть в сторону. Рядом во влажную землю вонзилось лезвие недокованного меча. Металл еще дымился и обдавал лицо жаром. На рукояти виднелся свежий оттиск, выдавленный с огромной силой: «БРАК».

Мин посмотрел вперед. Знаменитые врата Кузни оказались перекрыты красным Куполом. У подножия горы раскинулся утопающий в грязи палаточный лагерь.

Сотни перемазанных копотью мастеров ютились под рваными навесами наподобие обычных деревенских погорельцев. В десяти шагах от Мина два седых артефактора тянули на себя походную наковальню. Их ауры уверенно держались на пике Пробуждения.

— Отпусти, старый пес! Моя очередь клепать духовные застежки! — брызгал слюной первый.

— Твои поделки годятся только свиньям на шею! У меня горит срочный заказ на особый котелок для восстановительной похлебки! — орал второй. Для пущей убедительности он стал распалять ци на кончиках пальцев.

Чуть дальше возле чана с кипящим рисом толпились мастера в дорогих шелках. Они усердно раздували огонь своими техниками высокого уровня ради возможности просто согреть обед. Над всей этой суетой высился представитель Совета секты. Забравшись на плоский валун, мужчина поправлял сползающую повязку и вещал на весь лагерь:

— Сохраняйте спокойствие! Совет контролирует ситуацию! Внутренний массив проходит плановую перекалибровку, и эта изоляция служит исключительно вашей безопасности! Наша мощь возрастет втрое!

Прямо во время этой речи из вентиляционной шахты на склоне вылетела здоровенная шестеренка, оставляя за собой шлейф дыма. Она с воем прочертила дугу и разнесла палатку лектора в щепки. Оратор лишь дёрнул глазом и поспешно перевёл взгляд на небо, делая вид, что всё идет по утвержденному плану.

Мин медленно выдохнул.