Весь Карл Май в одном томе - Карл Фридрих Май

— Yes!

— Мы в плену, — начал я.

— Yes!

— И полураздетые.

— Yes!

— Как это произошло?

— Yes!

— Идите вы к дьяволу со своим «yes»! Я спросил, как это произошло, что они смогли нас поймать?

— Как будет «шельма» или «мошенник» по-курдски?

— «Шельма» — «хайлебаз», а «мошенник» — «херамбаз».

— Так спроси этих хайлебазов и херамбазов, как им удалось схватить нас.

Предводитель услышал курдские выражения. Он повернулся и спросил:

— Что вы говорите?

— Мой спутник рассказывает, как мы попали в ваши руки, — отвечал я.

— Тогда говорите по-курдски, чтобы мы могли вас понимать.

— Он же не понимает по-курдски!

— Тогда не говорите о вещах, о которых мы вам не позволяем говорить!

Он снова повернулся, видимо убежденный, что отдал удачный приказ. Я был, однако, рад, что нам вообще не запретили говорить; если бы он был курдом, то наверняка бы это сделал. И что касается наших пут — курдские были бы прочнее. Наши ноги они связали так, что веревка свисала под брюхо лошади, а мои левые рука и нога были связаны с правой рукой и ногой англичанина. Кроме этого, связали наших лошадей. Ладони нам оставили свободными, чтобы мы могли вести лошадей. В этих вопросах нашим теперешним хозяевам не помешало бы поучиться у американских индейцев.

— Ну, рассказывайте же, сэр, — попросил я англичанина.

— Well! Вы делаете кувырок, прямо как вчера. У вас вообще в этом отношении что-то начало получаться! Я скакал за вами. Понимаете?

— Понимаю, и очень хорошо. Продолжайте.

— Моя лошадь споткнулась о вашего вороного, который принадлежит теперь этому джентльмену. И я… yes!

— Ага! Вы тоже сделали кувырок?

— Well! Правда, мой кувырок получился лучше вашего.

— Может быть, у вас в этом отношении больше опыта!

— Сэр, как будет по-курдски «нос»?

— «Некул».

— Превосходно! Тогда не задирайте слишком высоко ваш некул, мистер!

— Спасибо за предупреждение, сэр! С некоторых пор вы стали весьма высокопарно выражаться, — как мне кажется, с того времени, как вы начали заниматься курдским. Не правда ли?

— Совсем не стоит этому удивляться в таких обстоятельствах! Значит, я упал на землю и очень медленно поднялся на ноги: во мне что-то неправильно согнулось. Ружье отскочило далеко в сторону, пояс раскрылся. Все оружие лежало на земле. Тут пришли эти херамбазы и набросились на меня.

— Вы защищались?

— Естественно! Я смог, правда, схватить только нож и один из пистолетов, поэтому им удалось разоружить меня и связать.

— А где в это время был бей со своими людьми?

— Не знаю. Я никого не видел, но слышал выстрелы впереди нас.

— Они, наверное, попали в окружение.

— Вероятно. Когда они меня скрутили, принялись за вас. Я думал, что вы мертвы. Есть примеры того, что даже плохой всадник когда-нибудь сломает себе шею, не так ли, сэр?

— Вполне возможно!

— Вас привязали между двух кобыл; затем мы тронулись в путь, после того как состоялся раздел наших лошадей.

— Вас допрашивали?

— Очень! Я отвечал! И еще как! Yes!

— Нам нужно обратить внимание прежде всего на то, в каком направлении нас везут. Где находится овраг, в котором произошло нападение?

— Овраг прямо за нами.

— Вон там стоит сейчас солнце; значит, мы скачем на восток-юго-восток. Вам нравится в Курдистане так же, как и прежде, когда мы охотились на медведей?

— Гм! Порой это жалкая страна! Кто эти люди?

— Несториане.

— Превосходная христианская секта! Не так ли, сэр?

— Курды обходятся с ними с такой нечеловеческой жестокостью, что можно не удивляться их желанию отомстить им.

— Могли бы с этим подождать до другого времени! Что теперь нам делать, сэр?

— Ничего, по крайней мере сейчас.

— И не пытаться бежать?

— В том состоянии, в котором мы сейчас находимся?

— М-да! Это был красивый костюм! Чудесный! Теперь его нет! В Гумри мы купим другую одежду.

— Это самое меньшее, что необходимо сделать, но без моего коня и моего оружия я не убегу. А что с вашими деньгами?

— Забрали! А ваши?

— Тоже забрали! Хотя там было немного.

— Хорошее дело, сэр! Что теперь они с нами сделают, как вы думаете?

— Нашим жизням опасность не угрожает. Рано или поздно они нас отпустят. Правда, под большим сомнением то, получим ли мы назад наше имущество.

— Вы примиритесь с потерей своего оружия?

— Никогда! Даже если мне придется разыскивать его по отдельности по всему Курдистану.

— Well! Я буду искать с вами.

Мы скакали по широкой долине, которая разделяла две цепи гор, вытянувшиеся с северо-запада на юго-восток; затем мы поехали налево между гор, пока не попали на высокогорную равнину, откуда можно было разглядеть на востоке несколько населенных пунктов и речку с впадающими в нее ручьями. В этой местности должны лежать Мурги и Лизан.

Здесь, наверху, под дубами, мы сделали остановку. Всадники слезли с коней. Нам тоже разрешили спуститься, хотя и привязали вместе к стволу дерева. Несториане вытаскивали из сумок съестное, нам же приходилось ограничиться голодными взглядами. Линдсей откашлялся, раздосадованный, и проворчал:

— Знаете, чего я с радостью ожидал?

— Ну и чего же?

— Медвежьей ветчины и медвежьих лап.

— Не мучайтесь больше этим напрасным желанием! Вы голодны?

— Нет, я по горло сыт злостью! Посмотрите только на этого парня! Он даже не может разобраться с револьверами.

Несториане могли теперь в полном спокойствии рассмотреть то, что они у нас отобрали. Деньги они заботливо перепрятывали. Наше имущество гуляло по рукам, а оружие возбуждало особое внимание новых владельцев. Предводитель держал оба моих револьвера в руках. Он в них ничего не понял, повертел их туда-сюда и обратился наконец ко мне со словами:

— Это оружие?

— Да.

— Чтобы стрелять?

— Да.

— Как это делают?

— Это нужно показывать.

— Покажи это нам!

Этому человеку не приходило в голову подумать о том, что эта маленькая вещичка может стать для него опасной.

— Ты не поймешь, — сказал я.

— Почему?

— Потому что сначала тебе нужно узнать, как обходиться с другим оружием.

— Какое оружие ты имеешь в виду?

— Которое лежит по твою правую руку.

Я имел в виду штуцер «генри». Он, как и револьвер, был снабжен предохранителем, которого предводитель не нашел.

— Но объясни же мне, — сказал он.

— Я ведь тебе уже сказал, что это нужно показывать!

— Вот тебе ружье.

Он протянул его мне, и, как только я почувствовал его в своей руке, мне показалось, что больше уже ничего не надо бояться.

— Дай мне нож, чтобы я смог открыть курок, — обратился я к предводителю.

Он подал мне нож, и я кончиком ножа сдвинул предохранитель, хотя мог бы это сделать легчайшим нажатием пальца, и оставил нож в