Малознакомый Ленин. Взгляд со стороны - Николай Владиславович Валентинов

Стоит напомнить, что большевистский Центр, имевший в руках капитал Шмита, и не подумал о возврате долга. 29 января 1908 года Ленин писал в Лондон Ротштейну, русскому социал-демократу, члену английской социал-демократической партии: «Следовало бы объяснить это англичанину, втолковать ему, что условия эпохи II Думы, когда заключался заем, были совсем иные, что партия, конечно, заплатит свои долги, но требовать их теперь невозможно, немыслимо, что это было бы ростовщичеством и т. д.» (см.: Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 47. С. 127). Долг был уплачен лишь в 1923 году по настоянию Красина, тогдашнего полпреда в Англии.

К политическим высказываниям Горького Ленин относился с презрительной снисходительностью. «Зачем Горькому браться за политику», – писал он однажды, но к Горькому, по словам Ленина, человеку с «неподражаемой милой улыбкой и прямодушным заявлением, что я плохой марксист», – Ленин чувствовал симпатию. Горький «парень очень милый, капризничает немного, но это ведь мелочь». Смотря на «милого парня», как взрослый – на очень талантливого ребенка, Ленин в письмах 1909–1913 годов все время его учит, подтаскивает к большевизму, вводит в курс партийных (правильнее сказать, – Ленина) планов, предостерегает от критиков ленинской политики и вместе с тем не перестает шпынять и упрекать Горького за всякие прегрешения. В 1912 году по поводу статей Горького «Из далека», помещенных в журнале «Запросы жизни»[694], он без стеснения ему заявляет: «А в “Запросах жизни” неудачные Ваши статьи. Странный, между прочим… журнал, – ликвидаторски-трудовическо-вехистский» (см.: Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 48. С. 84). Немного раньше он выражает недовольство по поводу сотрудничества Горького в журнале «Заветы»[695] вместе с социалистами-революционерами Черновым, Ропшиным. Произведения Ропшина-Савинкова «Конь бледный» и «То, чего не было» Ленин называл «позорными».

Большие упреки получил от Ленина Горький и за его участие в журнале «Современник»[696] рядом с буржуазным демократом Амфитеатровым. «Я думаю, что политический и экономический толстый журнал при исключительном участии Амфитеатрова, – указывал Ленин, – вещь еще во много раз худшая, чем особая фракция махистов-отзовистов» (см.: Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 48. С. 4).

Иногда письма Ленина принимали уже угрожающий характер. Горький в 1912 году ему написал, что очень радуется тому, что большевистская группа «Вперед», то есть Богданов, Луначарский, Станислав Вольский и другие, отказываясь от многих своих взглядов, как будто «возвращается» к Ленину. Ленин на это отвечает: «Вашу радость по поводу возврата впередовцев от всей души готов разделить, ежели… Но я подчеркиваю «ежели», ибо это пока еще пожелание больше, чем факт… Поняли ли они, что марксизм штука посерьезнее, поглубже, чем им казалось..? Ежели поняли, – тысячу им приветов, и все личное (неизбежно внесенное острой борьбой) пойдет в минуту насмарку. Ну, а ежели не поняли…» И тут Ленин, памятуя, что многие впередовцы – лекторы школы на Капри – друзья Горького и что сам Горький «плохой марксист», делает ему явное предостережение: «Ну, а ежели не поняли, не научились, тогда не взыщите: дружба дружбой, а служба службой. За попытки поносить марксизм или путать политику рабочей партии воевать будем, не щадя живота» (см.: Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 48. С. 140–141).

Горький долгое время с поразительным терпением выслушивал нотации Ленина. Тот восхищал его силой воли, своим «воинствующим оптимизмом». «Эта нерусская черта характера особенно привлекала душу мою к этому человеку».

Моментами Горький все же терял терпение. Однажды он написал Ленину, что вечная распря в партии ему кажется отвратительной, и он удивляется, почему Ленин постоянно стоит в самом центре склоки. «Людей понимаю, а дела их не понимаю». За что Ленин его немедленно отчитал: «…нехорошую Вы манеру взяли, обывательскую, буржуазную – отмахиваться: “все вы склокисты”» (см.: Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 48. С. 80).

Другой раз Горький писал, что было бы лучше, если бы лидеры партии вместо склоки и взаимного поливания грязью взялись за составление полезных книг и брошюр. На что Ленин ответил: «Лидеров ругать дешево, популярно, но малополезно…»

В ноябре 1913 года Ленин, придравшись к словам в статье Горького, что «Бога у вас нет, вы еще не создали его…», «Бог есть комплекс… идей, которые будят и организуют социальные чувства, имея целью связать личность с обществом, обуздать зоологический индивидуализм», – разразился по адресу Горького грубейшей нотацией: «Все Ваше определение (бога. – Н.В.) насквозь реакционно и буржуазно… Всякая религиозная идея, всякая идея о всяком боженьке, всякое кокетничанье даже с боженькой есть невыносимейшая мерзость… Всякий боженька есть труположство… Вы против богоискательства только ради замены его богостроительством!.. А богостроительство не есть ли худший вид самооплевания?? Всякий человек, занимающийся строительством бога… “созерцает” самые грязные, тупые, холопские черты или черточки своего “я”, обожествляемые богостроительством… Вы, зная “хрупкость и жалостную шаткость”… мещанской души, смущаете эту душу ядом, наиболее сладенькими и наиболее прикрытыми леденцами и всякими раскрашенными бумажками!!… Что же это Вы такое делаете? – просто ужас, право!»[697]

Не передаем всех грубостей Ленина – укажем лишь, что они очень раздражали Горького. Не обращая внимания на попытки Ленина в следующих письмах смягчать грубость: «…не сердитесь, что я взбесился. Может быть, я Вас не так понял?» (см.: Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 48. С. 230) (письмо от 15 ноября 1913 года) – Горький, не порывая с большевиками, решил отдалиться от Ленина.

И действительно, в течение последующих пяти лет он не переписывался и не встречался с ним. Он увиделся с ним лишь осенью 1918 года в Кремле, приехав навестить Ленина после покушения на него Фанни Каплан. С Капри Горький (попавший под амнистию по случаю 300‐летия дома Романовых) уехал в декабре 1913 года в Петербург, послав Ленину в некотором роде отповедь за все испытанные им нападки. Хранится ли это письмо в каких-нибудь архивах или давно уничтожено – не знаем[698], в кратких чертах его содержание мне поведал сам Горький при одном разговоре, имевшем место летом 1916 года. «Что я написал Ленину? Написал, что он очень интересный человек, ума – палата, воля железная, но те, которые не желают жить в обстановке вечной склоки, должны отойти от него подальше. Создателем постоянной склоки везде являлся сам Ленин. Это же происходит оттого, что он изуверски нетерпим и убежден, что все на ложном пути, кроме него самого. Все, что не по Ленину, – подлежит проклятию. Я написал: “Владимир Ильич, Ваш духовный отец – протопоп XVII века Аввакум, веривший, что дух святой глаголет его устами, и ставивший свой авторитет выше постановлений Вселенских соборов”»[699], [700].

После такого письма о прежних отношениях нельзя было и думать. «У меня, – писал в 1916 году Ленин Покровскому, – к сожалению, порвалась отчего-то переписка с ним (Горьким. –