Фронтир в американской истории - Фредерик Джексон Тёрнер

колонизация прибрежных районов (а именно оттуда шло продвижение в западном направлении) происходила в разное время. Наиболее активное перемещение на Старый Запад наблюдалось после 1730 г. Но в 1676 г. Новая Англия, закончив изнурительную борьбу с индейцами, известную под названием Война короля Филипа, могла счесть, что ее постоянные поселения находятся в безопасности и перейти к завершению установления контроля над своими внутренними районами. Этим она и занималась в обстановке не прекращавшихся конфликтов с туземными племенами, вторгавшимися из-за ее пределов, из Нью-Йорка и Канады, во время войн, которые велись с французами и индейцами с 1690 по 1760 г., и в условиях фронтира, отличавшихся от обстановки более ранней пуританской колонизации. В 1676 г. Виргиния воевала с туземцами — особенно ожесточенно у полосы водопадов, где проходил пограничный рубеж, — ив это же время вспыхнул социальный бунт, результатом которого стало поражение демократических сил, пытавшихся помешать аристократам усилить контроль над колонией{120}. Эта дата обозначает конец того периода, когда прибрежный район Виргинии сам мог считаться фронтиром. Вследствие этого начало проявляться больше конкретной заинтересованности во внутренних районах.

Обратимся прежде всего к северному направлению продвижения в эти области. Расширение территории Новой Англии за счет неосвоенной части ее собственной секции в обсуждаемый нами период привело к формированию во внутренних районах такого общества, которое во многих отношениях контрастировало с обществом побережья. Оно имеет особое значение в истории Запада, поскольку именно выходцы из внутренних районов Новой Англии заселили Большую Новую Англию в центральной и западной частях штата Нью-Йорка, Долину Вайоминг, Резервном районе Коннектикута, находящийся ныне в штате Огайо, и значительную часть прерий Старого Северо-Запада. Важно понимать, что Старый Запад включал внутренние районы Новой Англии.

Ситуацию в Новой Англии в конце XVII в. характеризует массачусетский закон 1694 г., перечисляющий 11 поселков, в тот момент находившихся на фронтире и уязвимых для нападений. Их нельзя было покидать без разрешения губернатора и Совета под страхом наказания в виде лишения земельного надела (если это был землевладелец) или штрафа (для других жителей){121}.

Таким образом, эти люди оказывались, по сути, в гарнизонах или «колониях-марках». Находясь в огражденных частоколами переполненных поселках, они были вынуждены, несмотря на свою бедность, претерпевать все тяготы войны с индейцами. Их лишения красочно иллюстрирует в своих мужественных, но в то же время вызывающих жалость письмах священник из Дирфилда Джон Уильямс{122}. В 1704 г. он в следующих выражениях сжато описывал обстановку в целом{123}:

Уязвимая граница Новой Англии имела длину от двухсот до трехсот миль, и она состояла из ферм и небольших поселков, разбросанных в почти непроходимых лесах на большом удалении друг от друга. <…> Даже в так называемых деревнях дома отстояли далеко один от другого, потому что люди жили земледелием. Те, кто был в состоянии сделать это, окружали свои жилища частоколами или строили их из толстых бревен с бойницами и выступающим верхним этажом подобно блокгаузу, а иногда с укреплением, прикрывающим фланг, — на одном или нескольких углах. В более крупных поселениях самый большой из этих укрепленных домов занимался в момент опасности вооруженными людьми и становился убежищем для соседей.

В такие укрытия в те дни, когда объявлялась тревога, набивались поселенцы со всей округи так же, как в более поздние времена в Кентукки они прятались в «сторожевых постах».

Несмотря на такую обстановку на фронтире, количество отдаленных поселков продолжало возрастать. Начиная с 1720 г. и до середины столетия поселения поднимались по р. Хусатоник и соседней с ней долине в районе Беркширских холмов. Литчфилд был основан около 1720 г., в 1725 г. — Шеффилд, в 1730 г. — Грейт-Баррингтон. В 1735 г. была прорублена дорога и вскоре после этого основаны поселки между Уэстфилдом и упомянутыми поселениями вдоль р. Хусатоник, что соединило их с более старыми районами заселенной местности по берегам р. Коннектикут и ее притоков.

В этот же период возникли разбросанные и иногда нежеланные поселения шотландцев из Ольстера, такие как Лондондерри (Нью-Гэмпшир), а также на Беркширских холмах и в районе, отвоеванном в результате Войны короля Филипа у индейцев племени нипмук, где также стали селиться гугеноты{124}.

Во время войны короля Георга[18] жители пограничья на р. Коннектикут находили защиту, укрываясь за такими же грубо сколоченными частоколами, как и те, которые охраняли в Нью-Гэмпшире поселенцев в Кине, Чарльзтауне (всего четыре поселка), Форте Ширли у истоков р. Дирфилд (Хит) и Форте Пелэм (Роу), в то время как Форт Массачусетс (Адамс) сторожил проход через горный хребет Хусак в Долину р. Хусатоник. Эти пограничные гарнизоны и самооборона жителей отдаленных мест Новой Англии хорошо описываются на страницах книги Ф. Паркмена{125}. С окончанием войны поселения вновь достигли Беркширских холмов, где в середине века были основаны Леннокс, Уэст-Хусак (Уильямстаун) и Питсфилд. Остановленный в ходе последней войны с французами и индейцами[19], фронтир очень быстро стал продвигаться вперед после заключения Парижского мирного договора (1763), особенно в районы Вермонта и внутренние области Нью-Гэмпшира. Вот какое описание ситуации в канун Революции дает анонимный свидетель — современник событий{126}:

Самые богатые части ожидающих раздачи земель находятся на северных притоках р. Коннектикут, в направлении к Краунпойнту, где по-прежнему остаются ненаселенными обширные местности с плодородными почвами. Северная часть Нью-Гэмпшира, провинция Мэн и территория Сагадахок — во всех них находится очень мало поселений по сравнению с теми землями, которые еще незаселенны…

Я должен далее отметить, что эти участки с момента заключения мира (т. е. с 1763 г.) осваивались довольно быстро: фермы на р. Коннектикут каждый день распространяются за пределы старого форта Даммер, почти на тридцать миль; а через несколько лет они достигнут Коухэссера, до которого около двухсот миль. Это не значит, что данные области будут заселены хоть на одну десятую часть, но новые колонисты обычно не селятся рядом со своими соседями; вместо этого переселенцы выбирают те места, которые им нравятся больше всего, хотя бы они и были удалены на двадцать или тридцать миль от других поселенцев. Это может показаться весьма странным для общительных людей в Европе, но американцы не очень заботятся о том, чтобы у них были в близких соседях другие фермеры; двадцать или тридцать миль по воде они в делах такого рода не считают за расстояние; кроме того, в стране больших ожиданий это пространство будет заселено в очень скором времени. Между р. Коннектикут и озером Шамплейн на р. Оттер-Крик и по всем берегам озера Сакрамент [Джордж]