Из золота в свинец 3 - Сергей Витальевич Карелин

холодное и скользкое щупальце. Не люблю таких людей: беспринципных, которых волнуют только деньги и ничего больше. Работать с ними — все равно что ходить по минному полю, потому что в любой момент у тебя может появиться ценник, о котором узнаешь в самую последнюю очередь.

А еще не люблю, когда кто-то принимает за меня решения.

— Кто сказал, что я пойду с вами? — уперся я лбом в ствол пистолета.

Дальше действовал быстро. Принцип действия огнестрела я прекрасно знал. Одной рукой схватился за оружие и толкнул его вверх. Ствол уставился в небо, а рефлекс заставил Мадьяра спустить курок. Пистолет громыхнул, эхо выстрела раскатилось по округе, в левом ухе у меня оглушительно зазвенело.

— Ты какого творишь? Совсем дурак-мудак? — от неожиданности Мадьяр позабыл язык.

В следующую секунду нас с Григорием уронили на землю и придавили ногами.

— Задолбал, Исаев, меня спасать! — ругался напарник. — Я тебе так скоро девять жизней буду должен!

— Не переживай. Если не сработало, нас сейчас обоих пристрелят.

— Не обоих, а только Гришу! — ответил сверху Мадьяр. — А ты, парень, все равно пойдешь с нами. Будешь указывать, где искать ингредиенты. — На миг он замолчал, затем спросил: — Не сработало что?

Глава 8

До него дошло слишком поздно, потому что сквозь звон в ушах я услышал пронзительный вой полутора десятков глоток. И этот вой быстро приближался.

— Рассредоточиться! — выкрикнул Мадьяр, наступая на мое левое плечо. — Похоже, это просто стая волков. Перестреляйте их, а я пока закончу с этими двумя.

Люди Мадьяра, подчиняясь его команде, разбежались в разные стороны, а он сам остался стоять на месте. Извернувшись, я увидел, что теперь он пистолет направил на меня. Чтобы не сбежал, видимо.

Все это время правую руку я держал в кармане, сжимая Морвину. Она уже давно просила пустить ее в ход, дать опробовать вернувшиеся силы. Просила, умоляла, выла; если бы могла, ползала бы на коленях. Просто их у нее не было.

Я внял ее мольбам.

Черные тени легко перемахнули через двухметровую живую изгородь и тут же скрылись от фар в темноте. Мадьяр, заметив их, на миг отвлекся, и я взмахнул правой рукой. В ней блеснул короткий изогнутый клинок, свистнул в воздухе, и на землю упала отсеченная кисть Мадьяра. Я даже не почувствовал, как лезвие натолкнулось на кость. А Мадьяр не почувствовал, что потерял руку.

Одновременно с этим в поле моего зрения мелькнула черная тень и утащила в темноту вскрикнувшего бойца. Донеслось рычание, чавкающие звуки, и крик быстро оборвался. Мутанту пытались стрелять вслед, но вряд ли попали. Мадьяр вскинул пистолет, чтобы присоединиться к своим, но… ни руки, ни пистолета уже не было.

— А-а-а! — только теперь заорал он от боли.

Со всех сторон затрещали автоматы, коротко заплевались пистолеты и закричали люди. Стая черных теней начала свою атаку. Они выпрыгивали из темноты, хватали кого-нибудь или кусали и тут же с длинным прыжком исчезали снова, унося добычу с собой. Сопротивление, хоть сколько-нибудь организованное, быстро превратилось в панику.

Мадьяр привалился спиной к двери нашего автомобиля и спешно заматывал обрубок, зло глядя то на меня, то, как умирают его люди.

— Ублюдок! — крикнул он, затем перешел на какой-то другой язык.

Память Исаева подсказала, что это венгерский — один из языков этой Империи.

К тому моменту я уже встал сам, а затем рывком легко поднял на ноги Григория. К счастью, он не поддался панике. Сказалось, что мы уже сталкивались с этими тварями. По крайней мере, о нас они на какое-то время явно позабыли.

— С дороги! — рявкнул я и пинком убрал Мадьяра от машины.

Он, завывая, упал на землю. Руку успел замотать и теперь второй, левой, искал что-то в кармане справа. Что именно он там ищет, я выяснять не собирался. Отопнул его руку с пистолетом и покидал наши сумки в салон. Григорий уже прыгнул за руль и пытался завести машину, а та, как назло, тряслась и дребезжала, но мотор молчал.

— Ну же! — отчаянно закричал он и ударил по рулю.

Видел это краем глаза, оббегая капот машины. Мотор тут же взревел.

— Помогите! — вскрикнули рядом.

Один из парней Мадьяра бежал к нам, а его с ленцой преследовала одна из черных тварей. Высокая, с абсолютно черной шерстью и с горящими красными глазами. С оскаленных клыков капала кровь, из пасти рвался довольный рык. И она явно уже не боялась света. Кровь вскружила голову мутантам.

Я прыгнул в салон и захлопнул за собой дверцу ровно в тот момент, когда до нее добежал этот несчастный. Руками и испуганным, бледным, без кровинки лицом он припал к стеклу. Напротив его рта вырос кружок испарины, а затем парня настигла черная тварь. Я видел, как ее пасть поглотила голову, а зубы сомкнулись на шее. Миг, и мутант с добычей ускакал прочь, оставив на нашем стекле россыпь кровавых брызг.

— Гриша, кажется, нам лучше уехать, — гулко сглотнув, проронил я.

— Думаешь? — истерично взвыл водитель, со скрежетом включил передачу и выжал педаль газа в пол, крутанув руль.

Буксуя на сырой земле, машина сорвалась с места и резко развернулась.

Вокруг нас происходила настоящая бойня. В воздухе висел запах крови и пота, забираясь в машину через воздуховоды, смешиваясь с ароматами ночного леса и кожаного салона. Еще оставшиеся в живых люди Мадьяра пытались спастись у своих машин. Отстреливались, отбивались оружием, но этих мутантов словно ничего не брало. Количество живых на поляне перед изгородью быстро сокращалось.

Вот примерно на такой случай я и берег эликсир Несокрушимой плоти. А теперь у меня его не было.

Зато была Морвина и зелье Огненного всполоха. Последнее уже совсем на крайний случай.

— Давай, давай, давай! — мычал Григорий, выжимая из своей машины все, что можно.

Мы проехали мимо навороченных внедорожников Мадьяра. Один из них рванул было следом, петляя и разбрасывая колесами комья земли, но тут ему в бок со всего размаху влетела черная тварь и перевернула машину. Через заднее стекло я видел, как к ней присоединились еще несколько: они принялись вскрывать корпус перевернутого внедорожника, словно консервную банку, и буквально выковыривать тех, кто пытался там спастись.

А вот двое мутантов устремились за нами.

— Жми, екарный бабай! — всплыло у меня в мозгу странное изречение. Откуда и почему — неизвестно, но сейчас и не до самоанализа.

Я увидел, как еще несколько теней присоединилось к погоне. И они быстро настигали нас. Не хотели отпускать ни кусочка добычи.

— Я пытаюсь! — крикнул Григорий,