Генерал тёмной властелины 3 - Александр Олегович Курзанцев

Правда, очень в этом не уверен. Ну, а к официрам гарнизона у меня одно требование: не калечить и не использовать сильную магию. Оглушать, обездвиживать, обезоруживать. Этого будет достаточно.

— Хм, это понятно, но сам понимаешь, всякое случается, девчонки в раж войдут, могут и помять слегка твоих.

— Не страшно, до десяти процентов временно выбывших с лёгкими ранами и травмами — это в пределах нормы. На боеспособность роты не повлияет.

— Тогда последнее, — взглянула на меня Ольга, — время, когда ты планируешь тренировку?

— После обеда, выход из лагеря в четыре часа дня, ориентировочно достигнут места засады после часа марша.

— Успеют устать, привыкнуть и расслабиться, — понимающе кивнула княжна.

— Именно.

* * *

Облегчённые боеприпасы, без порошка, по одной обойме в пять патронов на каждого стрелка за ночь интендантская служба гарнизона подготовить успела, и на следующее утро я лично проконтролировал, чтобы вооружавшиеся бойцы зарядили в винтовки именно их. Подсумки были заполнены камнями, как и заплечные мешки, имитируя полную походную загрузку.

Я оглядел выстроившуюся в две шеренги роту и гаркнул:

— Здравия желаю, стрелки!

— Здравия желаем, господин капитан! — хором пролаяли те мне в ответ.

В полную силу лёгких, слитно, громко, так что толком не разобрать слов. В общем, мне понравилось. Сразу видно, что настоящее армейское подразделение, а не банда

— Сегодня для вас будет последнее испытание. Полевой выход с полной выкладкой. Учебный, но не советую расслабляться. Совсем скоро мы выдвинемся на территории, на которые ранее не ступала нога человека, где безраздельно властвую твари, где их исконная земля. Поэтому к выходу относитесь, как к реальной боевой задаче, предполагая, что в любой момент по маршруту движения может произойти нападение.

Я оглядел повеселевшие лица. Про то, что скоро мы отправимся в неизведанное, они услышали, но моё предостережение, видимо, нет. Ну, что ж, через час самоуверенности в них поубавится.

Закончив с короткой речью, я подозвал к себе подпоручиков.

— Кораблёв, командование на тебе, — делегировал я полномочия командиру первого отделения, — я буду двигаться отдельно и наблюдать, как рота проходит маршрут. Вам тоже напоминаю, выход условно боевой, и отрабатывать вы его должны соответственно.

— Понял, командир, — кивнул подпоручик.

— Держи маршрут, — передал я ему планшетку с картой, где были указаны необходимые ориентиры.

— И вы, — перевёл я взгляд на остальных, — тоже своей головой не забывайте думать.

Парни, после шокирующего посещения морга, были в должной мере сосредоточены и замотивированы, в них я не сомневался. Но даже так им всё равно не справиться с засадой, просто потому, что в ближнем бою им нечего противопоставить внезапно возникшей угрозе, которая физически сильнее и быстрее. Они заранее обречены на поражение, и это тоже будет отличным уроком.

Я наблюдал, как рота живой змеёй потянулась в ворота, поднимая ногами красноватую пыль, затем, когда последний из стрелков покинул расположение лагеря, запрыгнул в паромобиль и выкатился следом, обогнув их по дуге, остановился на вершине холма, одобрительно хмыкнул, увидев, как Кораблёв отправляет в авангард одно из отделений и формирует боевое охранение. Мои уроки даром не прошли. Вступив первыми в бой, те дадут возможность остальной роте зарядить оружие магией и произвести заряженный залп. Вот только с засадой это не сработает.

Всё, дальше за ними смотреть смысла не было, и, надавив на газ, я поехал к месту планируемой засады.

Жилища полуросликов везде одинаковы, и поселения строятся по единому принципу. В центре большой дом, и он же общественный центр со старостой, как правило, представителем самой главной линии рода, а вокруг дома всех остальных родовичей, и чем дальше от центра, тем более дальнее родство было с главной ветвью, но было. Два рода в одном поселении не уживались. Поэтому крупных городов у них отродясь не было. Если бы они и женились там между собой в одном роду, было бы и вовсе отлично, мелкие гады давно бы выродились и подохли, но жён они выбирали из другого рода и вырождаться не собирались. Пока их не прибило проклятье Госпожи.

В общем, это поселение ровно ничем не отличалось от такого же возле портала, разве что здесь, прямо на центральном доме-холме, когда-то рос здоровенный дуб, от которого остался иссушенный голый остов, словно скелет когда-то могучего дерева. Вот к нему я и подъехал, выходя и оглядывая обманчиво тихую местность.

Раньше видеть в деле пластунок не доводилось, хоть кое-что про них иногда говорили, и сейчас я мог с уверенностью утверждать, что их искусство маскировки действительно было на высоте. Я ощущал шестым чувством, что за мной наблюдают, но вот так, сходу, засечь их присутствие не мог. Впрочем, бурлившая во мне мана, которой так любезно поделился Катон, позволяла это чувство легко оформить во вполне конкретный поиск живых существ.

Простейшее заклинание, скорее, даже ритуал, не требующий особых навыков, ведь здесь нет умеющих скрывать себя от магического поиска, и вот я уже ощущаю по меньшей мере сотню живых объектов вокруг себя. Парочка из которых была буквально на расстоянии вытянутой руки.

Обернувшись к широкому стволу дуба, я ухмыльнулся и вежливо постучал по нему костяшками пальцев. Звонкий стук подтвердил, что внутри пустота.

— Кто-кто в теремочке живёт?

Мне не ответили, но я явственно почувствовал, как внутри зашевелились.

— Мне нужна командира! — снова произнёс я, терпеливо дожидаясь.

Секунд десять ничего не происходило, и я уже хотел постучать снова, как с лёгким треском и шорохом часть дерева отделилась, открыв проём внутрь. Оттуда с недовольным видом выглянула знакомая подполковница и хмуро буркнула, оглядев меня нечитаемым взглядом:

— Какие люди и без охраны. — Затем, помедлив, с плохо скрытой язвительностью добавили, — прошу прощения, ваше сиятельство.

— Да бросьте, — махнул я рукой, довольно осклабившись, — столько вместе прошли, какие уж тут сиятельства. Я что приехал, — тут же перешёл я к делу, — мои вовсю шагают сюда, всё как положено, авангард, охранение, имейте ввиду.

— Разберёмся, — также хмуро ответила официра, продолжавшая дуться, что я её раскрыл.

— Нет, — вздохнул я, — так дело не пойдёт.

Подхватил её под локоток, ведя за собой, показал на раскинувшуюся перед нами местность, объяснил:

— Здесь и сейчас мне нужно, чтобы парни получили максимально наглядный урок, конкретный урок.

— Я знаю, — ответила подполковница, косясь на меня, — нужно показать, что женщины сильнее, несмотря на огнестрел.

— Да нет же,